Тринадцатая реальность (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 70

– Чем буду заниматься я? – спросил я. – Или вы этого сами не знаете?

– Все я знаю, – вздохнул он. – Если бы вы знали, сколько мне всего пришлось изучить! Как далеко многое из того, чем сейчас приходится заниматься, от того, что делал всю жизнь. Вы будете помогать в двух темах. Самая срочная – это радиолокация. Все промышленно развитые страны ею уже занимаются, но пока результаты есть только у американцев. С тем, что вы дали, можно быстро обогнать всех. Вторая тема тоже важная, но большой срочности в ней нет. Это телевидение. Будут и другие темы, например, кодированная радиосвязь, но подключаться к ним или нет, будете решать сами. Если появится желание и не в ущерб остальной работе... Я не стану обсуждать материальные условия, это сделают другие.

– И когда переезд?

– Там сейчас делают ремонт, о котором вы говорили, – усмехнулся он. – Поэтому переедете через неделю. Третью книгу не закончили?

– Неужели нравится? – удивился я.

– А чему вы удивляетесь? – спросил он. – Очень необычно написано, и хороший слог. У меня жизнь уже давно достаточно скучна. Делаю нужное, но неинтересное для меня дело, а ваши книги дают возможность хоть ненадолго от всего отвлечься и погрузиться в полный красок сказочный мир.

– За краски можете поблагодарить мою жену, – засмеялся я. – У меня самого с ними не очень...

– Обязательно поблагодарю, – серьезно сказал он, поднявшись с дивана. – Я дней на десять уезжаю в Сибирь, поэтому до вашего переезда больше не увидимся. Хочу вам дать совет. Может быть, это будет выглядеть не очень порядочно, но не надо вам прощаться с великим князем или предупреждать его о своем отъезде. Лучше напишите ему записку. У вас получится сделать это так, чтобы он не сильно обиделся.

– Садитесь, – пригласил статс-секретарь морского министерства Франко-Германской империи адмирал Гюнтер Льютенс бывшего министра флота Франции адмирала флота Жоржа Кремера. – Я вправе ожидать от вас содействия, адмирал.

– Адмирал несуществующего флота! – горько сказал Кремер. – Что вам еще от меня нужно?

– Есть мнение, что вам можно поручить возглавить тот самый французский флот, которого пока не существует, – невозмутимо сказал Льютенс. – Скоро война с американцами, и в первую очередь она будет на море. Вы такой же офицер империи, как и я, а французы и немцы живут в одном государстве. Неужели вы не заинтересованы в том, чтобы вернуть у наглых янки земли, которые совсем недавно были вашими?

– Допустим, заинтересован, – ответил Кремер, – и что дальше?

– Объединение не означает слияния, – сказал Льютенс. – Это касается многого, а флота в первую очередь. Глупо смешивать команды из немцев и французов или ставить на ваши корабли наших офицеров. Это резко снизит их боевые возможности. В будущем, возможно, но не сейчас.

– Это понятно, – кивнул Кремер. – Но где вы увидели корабли?

– Если согласитесь, займетесь восстановлением своего флота, – сказал Льютенс. – Подорванные в ваших портах корабли сейчас поднимают в плавучие доки, и будут делать срочный ремонт. При их затоплении старались нанести минимальные повреждения, поэтому через год большинство этих кораблей будет в строю. В колониях застряли два десятка ваших кораблей. По нашим сведениям, ваши моряки хотели вернуться, и сейчас американцы собираются их разоружить. Есть план, как этому помешать. В поход к одной из самых крупных группировок из шести кораблей отправятся три наших подводных лодки и танкер. Он дозаправит субмарины на подходе к цели и вернется. Задача – высадить диверсионные группы, которые освободят экипажи и пустят на дно два стоящих там американских фрегата. Боевые пловцы будут моими, а ваша задача – подобрать офицеров, которым подчинились бы команды кораблей. Потом займетесь вербовкой экипажей на корабли, которые будут на ремонте. И еще одно. На военно-морской базе в Портсмуте стоят ваши подводные лодки. Найдите мне парочку авторитетных офицеров-подводников, которых я туда переправлю со своими людьми. Возможно, у них получится сагитировать часть экипажей вернуться на родину. Беретесь?

– Берусь! – решился Кремер. – Один вопрос, адмирал. В грядущем противостоянии с Американскими штатами мы будем одни?

– Скорее всего, посильную поддержку окажет флот Российской империи, – ответил Льютенс. – Янки отказались выполнять договор и возвращать русским Аляску, причем сделано это было очень нагло. Я понимаю, что они там прижились, но договоры для того и заключаются, чтобы их выполняли. И не нужно на меня так вопросительно смотреть. У нас был особый случай. Русские нас, как и вас, взяли за горло, иначе мы бы выполнили все, что обещали. У американцев нет никакой угрозы, просто не хотят отдавать то, что почему-то считают своей собственностью. Это плевок в лицо русскому императору, и я не думаю, что он утрется и все простит. Флот у них меньше, чем был у вас или у нас, но не такой уж маленький. Новых кораблей они построить не успеют, но сейчас приводят в порядок те, которые есть. За год-два можно многое сделать, а раньше мы не начнем. Мы в сражении с англичанами потеряли немало кораблей, и эти потери нужно восполнить.

– Это хорошо! – с удовлетворением сказал Кремер. – Русские моряки одни из лучших в мире, они в этой драке лишними не будут. Англичане, наверное, вмешиваться не станут?

– Они обижены, – усмехнулся Льютенс. – Янки пообещали помощь, а сами бросились захватывать ваши колонии. Но обида, конечно, только предлог, а главное – это то, что они понесли большие потери, восстановить которые им будет трудней, чем нам. Если они рискнут влезть в драку и проиграют, лишаться всех своих колоний и влияния, да еще придется платить. Там дураков нет, поэтому так рисковать никто не будет. У Американцев очень сильный флот, поэтому я на месте англичан сидел бы и ждал, наблюдая, как мы топим друг друга. Наверняка они именно так и сделают, ну а мы постараемся сделать так, чтобы их расчеты не оправдались.

Глава 22

– Вот и лето кончилось, – грустно сказала Вера.

Она сидела рядом со мной в кабинете и смотрела в окно, за которым ветер гнул ветви мокрых от дождя деревьев парка.

– Откуда столько грусти? – я отложил черновик книги, обнял ее и посадил на колени.

– Не знаю, – ответила она. – Мне и раньше в эту пору было грустно, а сейчас почему-то хочется плакать.

– Ты случайно не забеременела? – спросил я. – У беременных бывают немотивированные смены настроения.

– Все-то ты знаешь, – она поцеловала меня в губы, а потом прижалась щекой к щеке. – Слова какие-то закрученные... Не знаю я, Леш, но думаю, что пока ничего нет. Если из-за беременности меняется настроение, то не сразу, а позже. Ты вот стараешься каждый вечер, а результатов нашей любви не видно, и это меня беспокоит. У меня тетя была бесплодной, что если и я тоже?

– Буду стараться, пока не добьюсь результатов, – заверил я, – а потом все будем повторять. Мне одного ребенка мало! Ну вот! Хотел поддержать, а на выходе получил слезы.

– Сейчас перестану, – всхлипнула жена. – Давай задернем занавеску. Это, наверное, виновата погода.

– Конечно, погода, – сказал я, ссаживая ее с коленей. – Живем в шикарных и почти своих апартаментах, кушать готовят, грязь убирают, даже белье стирают! Дети сопливые не плачут и не мешают спать, муж каждый вечер домогается со своей любовью, а иной раз и днем... Подруга появилась – не разлей вода, три книги выпустила и скоро будет четвертая, а наши песни слушает и поет половина России, а может быть, уже и вся. И денег у нас куры не клюют хотя бы потому, что не завели кур. И что тебе еще не хватает? На сцену не выпускают? Так это временно, записи-то все равно делаем, причем под своими именами. Понял! Ты грустишь из-за того, что я тебя увез от Олега! Захотелось стать великой княгиней, а тут я со своей ревностью. Перекрыл, понимаешь, дорогу к счастью!

– А что, очень может быть, – засмеялась она. – Он мне нравился, а император ничего бы не сделал. Сбежали бы за границу и там обвенчались. Еще потом и простил бы. Великий князь это не наследник.