Помоги мне исполнить мечты (СИ) - Либерт Таисса - Страница 25

— Угу, — я киваю.

Мы расплачиваемся и уходим. Я вызываюсь проводить Ив до метро. Мы разговариваем, снова немного шутим по поводу моей песни. Порывшись у себя в сумке, я не обнаруживаю книгу с моими произведениями.

— Черт! — Произношу и закрываю лицо руками.

— Что случилось? — интересуется Ив.

— Я, кажется, оставила книгу в кафе. Нужно возвращаться, — негодую.

— Давай вернемся. — Ив разворачивается и с беззаботной улыбкой уже собирается идти обратно, но я её останавливаю.

— Нет-нет, иди домой, а то твои родители будут волноваться.

— Ты чего, ещё ведь не ночь. — Отмахивается она.

— Я живу ближе, чем ты. Иди, а то вдруг на транспорт опоздаешь. К тому же, мы еще не далеко отошли, я мигом дойду.

— Хорошо. — Ив кивает, прощается со мной, разворачивается и уходит, постоянно оглядываясь и махая мне ручкой вслед.

Я начинаю бежать к кафе со всех ног. Лишь бы никто не нашел мою маленькую книжку с секретами. Задыхаюсь, горло начинает драть, под боком колоть, ноги подгибаться, и я перехожу на быстрый-быстрый шаг.

Внесшись в кафе, я вижу, что столик, за которым мы сидели, уже занят. Подойдя ближе, я узнаю этого человека. Это был тот самый кучерявый парень из школы, который сидел на рюкзаке в мой первый день. Задаюсь себе вопросом: «А почему я больше его ни разу не видела в школе?». Но потом вспоминаю, что в школу я ходила от силы неделю и могла его с легкостью не заметить. Он сидел на том самом месте, где сидела я, и держал в руках мою «волшебную книжечку». Я подхожу к столику и начинаю смотреть на него в упор, боясь потревожить его и разоблачения. Парень еще несколько секунд читает книгу, я еще больше напрягаюсь, а затем поднимает голову на мой кашель.

— Твоя? — Он указывает на раскрытую книгу.

— Да. — Киваю.

— Ясно. — Парень приподнимается и, кладя деньги в счет, выходит из-за стола. Вешает на руку за лямки рюкзак. — Держи, Эмили Беннет. — Отдает мне в руки мою книгу.

Я недолго думаю, удивленно моргая, а затем удивленно спрашиваю:

— Откуда ты знаешь моё имя?

— Угадай, — отвечает он с легкой ухмылкой.

Я раскрываю книгу, проверяя наличие там листиков, а затем случайно открываю форзац. Точно! Формуляр! На нём ведь написано моё имя. Угукаю, давая знак парню, что я поняла его намёк, и кладу свою книгу в сумку на самое дно, чтобы уж точно нигде её не потерять. Парень уже надел свой рюкзак и собрался на выход, но затем он остановился и произнес:

— Кстати, «Боже, помоги девушке» — просто ужас. — И ушел.

— Что? — удивленно произношу я.

Я смотрю на то место, где был парень. Затем снова роюсь в сумке, открываю книгу и вижу там свои песни. Я все понимаю. Он их читал! Вот же паршивец! Выхожу из кафе по направлению к дому — тут недалеко, всего квартал пройти — и начинаю говорить сама с собой:

— Ах, подлец! Подлец! Подлец!

Когда я пришла домой, то на пороге меня встречает Кристи, улыбаясь, но я лишь громко хлопаю входной дверью. Всё ещё гневаясь, бросаю сумку в угол и начинаю снимать с себя обувь и верхнюю одежду.

— Что-то случилось? — спрашивает сестра.

— Нет, все отлично! — язвлю я.

— Я тут приготовила сюрприз, — говорит она и провожает меня на кухню.

Стол накрыт. За ним сидят наши родители. «Это примирительный ужин», — вспоминаю я. Когда я вхожу в комнату, они переглядываются и улыбаются мне.

— Так вот ты зачем меня хотела выпроводить, — шепчу я.

— Ты должна их простить, — отвечает Кристи и направляется к столу.

— Привет, — я машу им рукой, — мам, пап.

Мама не выдерживает и вскакивает со стула, чтобы обнять меня. Я сначала не отвечаю. Что произошло в больнице, то было в больнице. Я все еще немного злюсь на них, а, может, я злюсь на того парня. Но затем к объятиям присоединяется отец и шепчет:

— Мы, правда, хотим, чтобы ты нас простила.

Затем еще и Кристи обнимает нас всех. И я не смогла не ответить. Я обнимаю одной рукой родителей, а другой стараюсь достать до сестры. Она берет мою руку. Мне тепло. Я чувствую себя в кругу настоящей семьи, и, наверное, понятие «дома» приобретает для меня снова истинное значение. Желание «помириться с родителями» было даже не в первой десятке всего моего списка, но оно исполнилось вторым.

Комментарий к главе:

* — приблизительный перевод песни "Half of me" с добавочными элементами от меня, т.к

официального перевода нет.

** — перевод песни " God help the girl ".

Двенадцать

Эмили

Серые будни сменяли друг друга, недели шли очень быстро. Время летело. Его не остановить.

— Вечеринка в честь Хэллоуина! Вечеринка в честь Хэллоуина! Приходите все!

По школьному коридору расхаживают девушки и парни и раздают всем листовки о предстоящей вечеринке в доме у какого-то парня. Они обращаются ко всем прохожим, чтобы привлечь внимание.

— Приходи сегодня на вечеринку, — говорит мне девушка и дает листовку, — не пожалеешь.

— Ок’ей, ладно, — отвечаю я и беру лист, лишь бы от меня отвязались.

А затем пробираюсь сквозь толпы людей к библиотеке, чтобы отдать старые и взять новые книги. Мне пытаются еще несколько ребят дать листы, но я махаю уже взятым перед их носами, и от меня отстают.

Я беру с полок в библиотеке несколько книг классиков, заполняю формуляр и замечаю, что на многих книгах стоит одно и то же имя: «Майки Б.». Мне вдруг стало интересно, как же выглядит этот парень, и вообще, пообщаться с ним, ведь мы читаем одинаковые книги. Читающие парни в наше время — это большая редкость. А человек, который читает с тобой одинаковые книги и, скорее всего, имеет такие же увлечения, встречается ещё реже.

— Эй, — говорю я девушке, подрабатывающей в библиотеке, — ты не знаешь парня, который до меня брал эти книги?

— А на формуляре разве не сказано, кто он? — отвечает девушка.

— Майки Б., не знаешь таких?

— Не-а. — Девушка облокачивает об стойку библиотекаря и кладет голову на руки. — А вообще у нас по школе много Майков Б. расхаживает, потому тут не угадаешь.

— Ясненько. Спасибо. — Кладу книги в сумку и выхожу из библиотеки.

Затем, когда я направлялась на тригонометрию, ко мне подбежала Лондон и начала расспрашивать по поводу вечеринки. Она что-то там говорила, восторгалась такой необычной идеей, обязалась повести меня с собой, но я отказывалась.

— Ну, дава-а-ай, — упрашивала она. — У тебя что, в списке нет вечеринок?

— Нет. Не приравнивай все к списку, там многих вещей нет. — Когда я это произнесла, то поняла, насколько грубо это звучит со стороны, но было уже слишком поздно. Что ж, по крайней мере, я не скрываю истинного отношения к данной идее.

— Эмили, ну же! — Лондон хватает меня за руку и пытается сделать так, чтобы я обратила на неё внимание, но я лишь разворачиваюсь и тяну её за собой в кабинет. — Эмили, оторвешься, как следует, а я помогу тебе со следующими пунктами в твоём списке. — Не унималась она.

— Ты даже не знаешь, чего я еще желаю, — бурчу себе под нос, но Лондон все слышит.

— Но ты мне скажешь, ведь так?

— Может быть.

— Эмили, ну, пожалуйста, — говорит она и строит мне кошачьи глазки. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Без тебя мне будет скучно.

Я подумала, что она как-то раньше и без меня обходилась на вечеринках, пусть это было и давно. Но я ничего не говорю. Быть может, что-то в ней изменилось, от чего она не хочет посещать её одна, а может, всё из-за того, что я умираю. Не знаю.

— Если я соглашусь, то следующие подобные вечеринки мне можно будет пропустить? — спрашиваю я.

— Отлично! Значит, я зайду за тобой часов в шесть, ты успеешь подобрать костюм? — Лондон хлопает в ладоши и обгоняет меня, затем разворачивается ко мне лицом и ждёт моего ответа.