Бывший любовник - Сойер Мерил - Страница 99

ГЛАВА 37

Джейк вошел в клуб вместе с отцом. После того как выяснилось, что судно Клая было задержано с грузом героина, настроение у них обоих улучшилось. Макс гордился, что не потерял чутье, а Джейк получил подтверждение, что его плохое отношение к Дювалю диктовалось не ревностью и не завистью, оно было вполне оправданно. Джейк остановился в холле перед обеденным залом.

– Ты пошел ради меня на большую жертву, – сказал он отцу. – Я этого никогда не забуду. Я знаю, чего это тебе стоило.

Макс пожал плечами:

– Я сам виноват. Глупый старик, влюбленный в эгоистичную фальшивую женщину. Когда я забрал своего ребенка из больницы, я должен был открыто сказать об этом. Надеюсь, что твоя Алиса простит меня когда-нибудь.

Его Алиса! Если бы это было так!

– Но я должен еще кое в чем тебе признаться, – сказал Макс.

«Судя по тому, что он снова начал сжимать кулаки, новости ожидаются не из приятных», – подумал Джейк.

– Это я заходил в кабинет в ту ночь, когда убили Феб. Это меня видела Алиса.

Джейк вскипел. Сколько можно лгать! Жизнь, полная лжи и обмана. Разве можно иметь дело с таким человеком?!

– Зачем ты солгал? – устало спросил Джейк.

– Ну, я ведь тебя не обманывал. Я только умолчал. Мне не хотелось рассказывать, что Феб разводится с Клаем, но не выходит за меня. Она сказала мне как раз накануне бала, я пытался ее переубедить.

– А расплачиваться за все должна опять Алиса, – сквозь зубы процедил Джейк, стараясь не привлекать к ним внимания.

– Нет. Я все рассказал в полиции. Я только не мог заставить себя сказать тебе. Я всегда выполнял все просьбы Феб. Я заставил тебя купить «Дюваль Энтерпрайзис», хотя знал, что компания ничего не стоит. И она так отплатила мне за все.

Что ж, любовь слепа. Оставалось только посочувствовать Максу.

– Ладно. Главное, что в полиции знают правду, все остальное неважно.

– Я хотел бы, чтобы мы… Я понимаю, что был плохим отцом, но теперь ты мне нужен. Ничего не должно стоять между нами. Никакой лжи.

Джейк кивнул, соглашаясь. Ему всегда трудно было говорить о своих чувствах. На его поясе завибрировал пейджер. Джейк озабоченно прочел сообщение. Оно было от Санчеса.

– Извини, мне надо позвбнить, – сказал он отцу. Он быстро набрал знакомый номер.

– Я получил информацию об этом экстрасенсе, Данте Беноте, – сказал Санчес. – Он только играет роль шамана, это прикрытие, на самом деле он занимается контрабандой наркотиков. Он крупная фигура, связан с Венецио и его ребятами.

Джейк отошел к окну, чтобы никто не мог услышать его рассказ об аресте судна в Сингапуре.

– Пусти за ним «хвост», – сказал Джейк Санчесу. – И еще одно. Можешь не искать больше второго человека, который был на балу в костюме дьявола. Это мой отец заходил к Феб.

Санчес немного помолчал, затем спросил:

– Ты думаешь Макс мог…

Джейка самого давно мучила это мысль.

– Нет, я не верю, что он застрелил Феб. Он, конечно, натворил дел, но он не убийца. Это невероятно.

– Иногда случается и невероятное.

– Что может быть менее вероятным, чем эта паутина, в которой мы все бьемся?

Санчес ехидно хмыкнул:

– Вот тебе свежий пример. Трой Шевалье пришел к Лекруа выразить соболезнования, а Хетти накинулась на него с кулаками и назвала французским геем, соблазнившим ее невинную девочку.

– Все знают, что Трой не голубой.

– Странность в том, что Феб не собиралась ни о чем сообщать родителям, пока не окажется в Париже.

Джейк задумался.

– Это Клай сказал Хетти, – решил он. – Он хотел заручиться ее поддержкой, развод был ему невыгоден. Ты все еще следишь за ним?

– Еще как.

– Это хорошо. Скажи своим парням, пусть смотрят в оба.

Они попрощались, и Джейк с отцом наконец вошли в зал ресторана. Метрдотель взглянул на Макса сверху вниз и заявил, что свободных столов нет.

Джейк оглядел зал и заметил Клая, обедающего со своим отцом. Оттуда помощи ждать не приходилось. С десяток приятелей Макса с энтузиазмом ели, не поднимая глаз от тарелок. В дальнем конце зала сидели Алиса и Гордон – просто День отца, да и только. К Алисе тоже лучше не подходить, вряд ли Лекруа в восторге от того, что Макс – отец его внука. Между тем Гордон тоже их заметил, он поднялся и пошел к ним через весь зал.

Джейк вздохнул в ожидании неприятной сцены. Не хватало только драки в клубе для избранных. Все разговоры смолкли, и все глаза уставились на них.

– Макс, Джейк, и вы здесь, – сказал Гордон, протягивая руку. – Присаживайтесь к нам.

Он повел их к своему столику, поддерживая светский разговор о небывалой для этого времени года жаре. Казалось, Гордон не замечает ни необычной тишины в зале, ни напряженного внимания окружающих.

Макс сел рядом с Алисой, а Джейк – рядом с Гордоном, который продолжал улыбаться, словно рекламировал зубную пасту. Ну что ж, по крайней мере, Макс вздохнул с облегчением. Кроме того, если Гордон принял его, то другим, похоже, нет смысла его отвергать.

Гордон нагнулся к Джейку и шепнул:

– Алиса сказала мне, что любит тебя. И я понимаю почему. Ты такой же, как твой отец. У тебя есть мужество.

Джейк вежливо улыбнулся. Алиса любит его? Почему же она сказала об этом отцу, а не ему? И вдруг он понял: чтобы не связывать его, если ее все-таки обвинят в убийстве.

Клай наблюдал за Алисой, сидящей за столиком с тремя мужчинами. Почему у них такие довольные лица? Ведь Алиса вчера пришла к нему, а не к Джейку.

– Тебя не удивляет поведение Гордона Лекруа? – обратился к нему отец. – Нам он сказал, что ему нужно поговорить с этой… этой женщиной, а сам пригласил к столу человека, который украл его внука.

– Макс – отец ребенка, – не удержался Клай. – Может, ты помнишь, когда Феб заявила, что беременна, я говорил тебе, что это не мой ребенок.

– Ну да, – Дюваль растерянно улыбнулся. – Думаю, нам пора навестить Хетти. Она, наверное, очень расстроится, когда узнает об этом.

Пока отец подписывал чек, Клай обдумывал, как разделаться с Данте. Сегодняшний вечер – вечер накануне похорон Феб – идеально подходил для этого. Все будут считать, что он сидит дома и горюет. У него будут ночевать родственники Феб. Он сделает вид, что идет спать, а сам незаметно выскользнет из дома.