Мужчина на одну ночь - Сойер Мерил - Страница 92

Впрочем, секрет привлекательности Зака заключался, естественно, не только в его манере одеваться и фигуре. Весь его облик говорил, что он исключительная натура. Его усталый, немного покровительственный взгляд, гордая осанка не оставляли сомнений в том, что перед вами сильная личность. Таким человеком нельзя стать, если ты им не родился. Клер не сомневалась, что Зак сразу же завоевал сердца телезрителей. Все-таки поразительно, что большинство жителей Таоса настроены против него…

– В новостях сказали, что к расследованию убийства Моррела подключилось ФБР, – осторожно заметила Клер.

Она боялась, что в Таосе поползут слухи, будто ФБР отстранило от дела шерифа по причине его некомпетентности. Об этом наверняка будет говорить Олли Хэммонд, который смертельно ненавидит Зака.

– Да, теперь это уже не секрет. Официально следствие ведет ФБР. – Зак, похоже, не был огорчен этим обстоятельством. – Я просто помогаю им.

Он взял у нее губку и продолжил мыться уже сам. «Вот недотрога!» – обиделась Клер, но через секунду поняла, что он прав: если бы этим делом занялась она, то все непременно закончилось бы сексом,

– Ну и как идет расследование? Успешно?

– Пока мы не нашли ничего конкретного. – Зак отложил в сторону губку. – Скажи мне одну вещь. Тебе никогда не казалось, что Невада Мерфи гей или бисексуал?

Клер уже собралась было ему возразить, но внезапно передумала. Художник, которого она вывела в люди, оказался страшно лживым и двуличным человеком. Невада обманывал ее даже тогда, когда знал, что его обман рано или поздно раскроется. Например, он заверял ее, что будет выставлять свои работы только у нее, хотя уже заключил подобную сделку с Моррелом.

– Мне кажется, что нет, а там – кто его знает. – Клер пожала плечами. – Невада пользуется успехом у женщин, среди почитательниц его таланта есть такие, с кем у него были любовные связи. Но он искусный притворщик. Не исключено, что он действительно бисексуал, но тщательно скрывает это: его карьере придет конец, если твои предположения верны. А почему ты спрашиваешь – у тебя есть какие-то подозрения?

– Да нет, просто спросил. Мне показалось странным, что никто не знает, почему Моррел развелся с женой. Я уверен, что выйду на след убийцы, когда выясню, ради кого он ее бросил.

– Моррел?! Мне всегда казалось, что он – абсолютно нормальный парень. Во всяком случае, на людях он появлялся только с женщинами. Он кружил им головы, обещал золотые горы, а потом подсовывал липовые гравюры. Ему удалось одурачить даже Ванессу. Никогда бы не подумала, что Моррел может быть бисексуалом. Все это как-то странно…

– Я вижу, ты озадачена. – Зак загадочно улыбнулся, и у нее возникло ощущение, что он что-то скрывает. – Ладно, давай поговорим о чем-нибудь другом. – Он потянулся к Клер и поправил прядь волос, упавшую ей на лоб. В этом движении было столько нежности, что она от удивления потеряла дар речи. – Признайся, что ты задумала? Сегодня ты не похожа сама на себя, тебя словно подменили. Ты так нежна и мила со мной… Почему?

Клер растерялась, мысли лихорадочно заметались в голове. Что делать? Сказать, что она поняла, как он нужен ей? Рассказать о разговоре с отцом? «Нет, это будет ошибкой, – подумала она. – Зак решит, что я хочу привязать его к себе. Пусть все идет своим чередом».

– Что в этом странного? – Клер усмехнулась. – Такой уж у меня характер. Если меня что-то раздражает или у меня что-то не ладится, то я могу рассердиться. Если же у меня все в порядке и на душе легко и радостно, то почему бы мне не быть нежной и милой? Все зависит от настроения.

– Я не против того, чтобы у тебя почаще было хорошее настроение, – улыбнулся Зак.

– Сегодня утром я совсем упала духом. Анжела сказала, что Пол решил бросить живопись.

– Я знаю. Из-за этого он поссорился с Анжелой. Сегодня утром Пол ввалился на виллу Бессинджера, когда мы с Игером были с головой в работе, и попросил разрешения пожить у меня какое-то время. Естественно, я не смог ему отказать. А потом он позвонил и сказал, что они помирились. – Зак сочувственно посмотрел на Клер. – Представляю, как ты расстроилась, узнав о его решении. Но не суди его за это, а постарайся понять.

– Да я на него, вообще-то, не в обиде. – Клер пожала плечами. – Он заходил ко мне в салон и все объяснил. Я не стала его переубеждать. В конце концов, Маргарет Митчелл написала только один роман, но зато какой! Настоящий шедевр, я считаю.

– И все-таки глупо зарывать в землю такой талант. Может, он еще передумает?

– Сомневаюсь. Мне показалось, Пол был настроен решительно. Кстати, у тебя в гостиной я видела журнальный столик, а на нем – бронзовую сову. Великолепная работа!

Зак поспешно отвернулся и потянулся за полотенцем, но не учел того, что в ванной комнате кругом зеркала. Клер показалось, что он чем-то взволнован, но потом она решила, что ошиблась, поскольку в неверном, дрожащем свете свечей могло почудиться что угодно.

– Тебе понравилась сова?

– Да. Анжела сказала, что в твоей кладовой есть и другие изумительные работы. Откуда они у тебя?

– Это работы моего отца, – без всякого выражения произнес Зак.

Клер была поражена. Она не знала, что Джек Коултер был еще и скульптором – да к тому же талантливым.

– Он был настоящим мастером, – сдержанно сказала она.

Зак подозрительно покосился на нее.

– Он вообще был потрясающий человек, – заметил он и замолчал.

– А на кого ты оставил все свои вещи, когда уехал из Таоса после смерти матери? – поинтересовалась Клер. – Насколько я знаю, ты уехал налегке?

– У меня не было ничего особенно ценного. Кое-какой скарб я, правда, отвез Тохоно и попросил его присмотреть за ним.

«Ну, конечно, Тохоно! Как же я сразу не догадалась?» – подумала Клер, наблюдая за тем, как вода, закручиваясь спиралью, убегает из ванны. – Зак, когда понял, что в городе ему не от кого ждать помощи, обратился к Тохоно. А через несколько лет Тохоно помог ему стать шерифом в Таосе».

Зак перешагнул через край ванны и встал на мраморный пол. Клер следила за его движениями и не переставала удивляться тому, как ему удается двигаться так легко и грациозно. Он не стал вытираться насухо – лишь небрежно смахнул полотенцем капли воды с плеч и груДи, а затем обмотал его вокруг бедер. Клер уже хотела было взять другое полотенце и помочь ему вытереться как следует, но внезапно поняла, что на самом деле она хочет сделать совсем другое. У нее появилось неодолимое желание броситься к нему и, прижавшись к его груди, разрыдаться от охвативших ее противоречивых чувств – от страха и счастья.