Воздушный стрелок. Дилогия (СИ) - Демченко Антон - Страница 99

— Господа? — Подтягивая «телекинезом» ругеры, обращаюсь к секундантам, уже успевшим прийти в себя.

— Кирилл Николаевич, у нас нет претензий. — Тихо произносит Вешков, знаком приказывая своему напарнику опустить выхваченный ствол. Тот морщится, но пистолет убирает. А вот молчать, он явно не собирается.

— Андрей, но он же стрелял!

— Когда Кирилл Николаевич получил вызов, он задал вопрос касательно оружия. Вячеслав Еремеевич ответил, цитирую: «Хоть из гаубицы пали…» конец цитаты. — Ровным тоном ответил мой секундант, опустив пару эпитетов своего шефа, которыми тот сопроводил своё «дозволение», и второй секундант сник окончательно. Ну да, стал бы я заморачиваться с прямым нарушением правил? А так, боярич сам дал мне великолепную возможность для манёвра. Но даже если кто-то попробует возмутиться… иглы были заправлены под завязку чистой энергией, а не рунными зарядами, которые, кстати, только и могут нанести урон стихийникам… теоретически.

— Хм, Кирилл Николаевич, позвольте один вопрос. — Пока секундант боярича пытался привести своего валяющегося в отрубе шефа, в чувство и вправлял на место его перекошенную челюсть, вовсю фоня целительскими техниками, Вешков подошел ко мне и, наблюдая, как я меняю трубчатые магазины ругеров, поинтересовался. — А если бы я не успел остановить Артура?

Я кивнул за спину телохранителя, а когда тот обернулся, чтоб посмотреть, на что я указываю, скамейки, рядом с которыми, собственно, и стояли секунданты во время боя, взмыли в воздух и с грохотом обрушились наземь.

— Впечатляет. На такую атаку, мы бы могли и не успеть отреагировать. — Почесав бровь, секундант хмыкнул. — Но… впрочем, ничем другим, место для дуэли разметить здесь нечем. Вы предусмотрительный человек, Кирилл Николаевич. А…

Не знаю, что еще хотел сказать Вешков, его прервал слабый голос с трудом поднимающегося на ноги боярича Вердта.

— Поздравляю с победой. Это была самая хреновая дуэль в моей жизни. — Ну да, говорит невнятно, зато самоиронии хоть отбавляй. — Кирилл, вы не против, если я буду звать вас по имени? Все-таки, разница в возрасте у нас довольно большая…

— Десять лет, это две трети моей жизни, Вячеслав Еремеевич. Не возражаю. — Кивнул я.

— Тебе пятнадцать?! — Боярич было расхохотался, но тут же застонал от боли в отбитых рёбрах… и челюсти. — Ух… ё-ёо. Кому сказать, что меня так мальчишка отделал, не поверят. Камнедробилка, а не кулаки… Прошу извинить за вчерашнее, Кирилл. Честно говоря, увидев, кому повезло получить руку и… думаю, не ошибусь, если скажу «сердце» Ольги, я был несколько…

— Взбешён. — Подсказал я, и боярич снова попытался рассмеяться. С тем же результатом.

— Именно. — Вячеслав кивнул и, окинув меня долгим взглядом, протянул руку. — Мир, Кирилл? Глава 4. Куда вас, сударь, к чёрту, занесло

Вячеслав Еремеевич Вердт, гвардеец Московского легкого бронеходного полка, оказался типичным рубакой и повесой, словно сошедшим со страниц истории. Эдакий классический гусар. Бретёр, балагур, пьяница, ловелас и игрок. Честно слово, вот не думал, что такие еще есть! Впрочем, здешняя история сильно отличается от Тамошней, а некоторые традиции, как оказалось, гораздо легче переживают века, чем революции. В общем, так неудачно начавшееся знакомство, завершилось вполне мирно. Ну да, полаялись, подрались… можно и мировую выпить. Кхм. А вот тут мне пришлось развести руками. Вячеслав сначала нахмурился, потом задумался, а уж после расхохотался во весь голос.

— Простите, Кирилл. Меня опять ввела в заблуждение ваша серьёзность. — Признался Вердт, когда, во время заказа завтрака в небольшом заведении у Каланчовой площади, я отказался от алкоголя. — Совсем забыл о возрасте. Но, может, все же по бокалу вина? Хотя бы попробуете, что это такое.

— Извините, Вячеслав, но нет. — Я покачал головой.

— И почему же? — Приподнял бровь мой собеседник, одновременно принюхиваясь к принесенному официантом горячему паштету.

— Во-первых, потому что уже пробовал алкоголь и не нахожу его столь уж притягательным. Во-вторых, закон запрещает продажу вин лицам не достигшим совершеннолетия. Ну а в-третьих…

— Да-да? — С легкой усмешкой поторопил меня Вердт.

— А в-третьих, в отличие от вас, Вячеслав, я не мучаюсь с похмелья, и не имею нужды употреблять вино в… половину восьмого утра. — Я отразил улыбку моего собеседника. А когда тот демонстративно покаянно поник головой, договорил. — Кстати, советую лечиться не вином, а рассолом. Лучше всего, капустным… по крайней мере, мне он кажется вкуснее того же огуречного. Но это уже на ваш выбор.

— Кирилл, открою вам страшную тайну. — Прекратив изображать кающегося грешника, Вердт фыркнул. — Рассол, не панацея. Особенно, когда вечером угощаешься не водкой, а вином и коньяком.

— Что ж. Вам виднее, Вячеслав. — Пожал я плечами, налегая на рисовую кашу с изюмом, от вида которой, моего собеседника ощутимо передернуло. Да-да, по сравнению с заказанными им блюдами, мой скромный завтрак казался нарочито детским… Зато вкусным и сытным, в отличие от микроскопических порций «навороченных» закусок стоящих перед Вердтом.

— Кирилл, а где вы научились так стрелять? — Неожиданно перевел тему мой бывший противник. — Судя по тому, как расползался мой щит, вы били в одну и ту же точку. Хм… если посчитать… да, разброс был не больше десяти-пятнадцати сантиметров. На бегу, из автоматического оружия, с двух рук… Это была незаурядная стрельба, должен сказать.

— Что значит «научился»? — Я поставил на стол стакан с апельсиновым соком. — До сих пор учусь. Стрелковый клуб «Девяточка» в Преображенском. Замечательное место.

— Ого! — Вячеслав покачал головой. — Однако… Недешёвое место.

— Вы знаете этот клуб?

— Нет, именно «Девяточка» мне незнакома. Но в Преображенском просто нет недорогих заведений. Да и попасть без протекции, в большинство тамошних клубов почти невозможно. Ну да ладно. Собственно, я вот к чему веду… — Вердт побарабанил тонкими пальцами по столу и решительно кивнул сам себе. — Как смотрите на то, чтобы заглянуть на наше стрельбище? Мы хоть и бронеходы, но стрелковое оружие ценим, и среди моих однополчан найдется не один любитель пощеголять своей меткостью.

— Почему бы и нет? — Согласился я, и гвардеец мечтательно улыбнулся. Хм, вот я не я буду, если он уже не представляет себе, как собьет спесь с кого-то из своих сослуживцев.

Жаль, что нашу беседу вскоре пришлось свернуть. Одновременно зазвонили браслеты, и мы, переглянувшись, одинаково пожали плечами. В один голос рассмеявшись, мы с Вячеславом пожали друг другу руки и, оставив на столе плату за завтрак, потянулись к выходу. Каждый, по своим делам. Уж не знаю, кто вызывал бронеходчика, а мне пришло сообщение от Ольги, в котором нареченная очень вежливо интересовалась, куда это унесло её любовника, жениха и, по совместительству, учителя, из теплой постели, да с утра пораньше.

— Уже еду, милая. — Сбросив короткое послание, я оседлал «Лисёнка» и, захлопнув забрало рыжего шлема, поддал огня. Обогнав АМОвского «толстяка» Вячеслава, я просигналил ему на прощанье и, получив в ответ рёв клаксона, больше напомнивший мне вой корабельного «ревуна», прибавил ходу.

Вопреки моим ожиданиям, первым человеком, встретившемся мне в усадьбе, если не считать охранника на воротах, была вовсе не Ольга, и даже не Леонид. Бестужев-старший стоя на Красном крыльце, окинул меня внимательным взглядом и, довольно кивнул.

— Доброе утро, Кирилл. — Прогудел боярин, когда я поднялся по высокой лестнице и оказался рядом с ним.

— Доброе, Валентин Эдуардович. — Кивнул я и, заслужив еще один очень внимательный взгляд, не выдержал. — Что-то не так?

— Да вот, ищу страшные раны… и проверяю наличие головы. — Вздохнув, усмехнулся Бестужев. Но тут же стал убийственно серьёзным. — Кирилл, ты каким местом думал, ввязываясь в дуэль? Вердт старше тебя на десяток лет, он гвардеец, воин. А ты? Юнец, ты о чём думал, вообще? Или решил, что раз ты весь из себя такой монстр Эфира, то вой тебе на один зуб?!