Светящийся - Кинг Стивен - Страница 72

Денни отшвырнул окровавленную бесформенную клюшку и побежал.

Он с плачем бежал к лестнице.

Им нужно немедленно покинуть отель.

49. Взрыв

Хэллоранн так и не смог потом восстановить в памяти ход дальнейших событий. Он запомнил, что лифт промчался мимо их этажа без остановки. И он не сделал даже попытки заглянуть через круглое окошко кабины, чтобы разглядеть внутри какое-то хнычущее существо, лишенное человеческого облика. Спустя некоторое время на лестнице послышались быстрые шаги. Венди Торранс сперва в страхе прижалась к Дику, но затем устремилась к парадной лестнице с поспешностью, какую позволяла ей раненая нога.

— Денни, Денни, наконец-то! Живой, слава Богу, слава Богу!

Она обняла мальчика, застонав от радости и от боли одновременно.

Денни!

Денни устремил взгляд на Хэллоранна. Мальчишка здорово переменился, подумал Хэллоранн. Страшно бледное, измученное лицо, исхудавшее тело. Сравнивая мать с сыном. Дик пришел к мысли, что мать выглядит молjже, несмотря на страшные побои, которые перенесла.

Дик, нужно уходить. Бежим, отель вот-вот взорвется!

Картина «Оверлука», охваченного пламенем. Дождем сыплются на снег кирпичи. Звон пожарного колокола… Но Бог весть почему — ни одна пожарка не пробьется сюда до конца марта. Денни посылал лишь один сигнал — спешите! Беда может случится в любой момент.

Хэллоранн направился к матери и сыну, испытывая ощущение, будто плывет в глубокой воде, преодолевая ее сопротивление. Он утерял чувство равновесия, поэтому ему приходилось держаться за стену. Челюсть посылала в виски пульсирующую боль, а щека распухла до размеров кочана капусты.

Но ему передалась тревога Денни, заставлявшая забыть о боли, и боль отступила.

— Нужно уходить, бежать из отеля, — сказал он отрывисто.

— Но я не одета… моя одежда… — растерянно прошептала Венди.

Денни вырвался из объятий матери и помчался по коридору. Она с тревогой поглядела ему вслед.

— Что, если ОН вернется?

— Ваш муж?

— Да. Но это не Джек, — пробормотала она. — Джек умер. Отель убил его, этот треклятый отель! — она ударила кулаком в стену и вскрикнула от боли в порезанных пальцах. — Вы говорили о котле?

— Да, мэм, Денни уверяет, что он взорвется.

— Хорошо. — Слово прозвучало с усталой покорностью. — Не знаю, смогу ли я спуститься по лестнице. Ребра… он сломал мне ребра. И спина… страшно болит спина.

— Мы одолеем лестницу, — сказал Хэллоранн, — вместе мы ее одолеем. — И вдруг ему припомнились кустарниковые звери. Что если они преградят им дорогу на выходе?

Вернулся Денни с охапкой одежды в руках — он принес мамины сапожки, пальто и перчатки, а также свое пальто и рукавички.

— Денни, — сказала мать, — ты должен надеть свои сапоги.

— Слишком поздно, — сказал Денни, глядя на них огромными, как блюдце, глазами, горевшими отчаянным нетерпением. В мозгу Хэллоранна внезапно возник образ часов, стоявших на каминной полке в бальном зале. ИХ стрелки показывали без одной минуты полночь.

— Боже мой, — прошептал он. — Бежим, или будет поздно.

Дик почувствовал странный прилив энергии. Он обхватил одной рукой Венди за талию и приподнял ее. Другой подхватил Денни и побежал к лестнице.

Венди вскрикнула от боли, когда Хэллоранн прижал ее к себе, но тот не замедлил шага. Он устремился вниз по лестнице, неся их на руках. Один глаз, полный отчаяния, был широко раскрыт, другой превратился в узкую щелку — Дик походил на одноглазого пирата, несущего пленников.

Монстр торопливо двигался в темноте подвала к слабому желтому свету, исходившему от топки под котлами. Он издавал жалкие, стонущие звуки. Цель была так близка, так близка к осуществлению — он мог заполучить мальчишку и его замечательный дар. И вот — поражение. Но нет, он сейчас спустит пар, а петом… накажет-таки мальчишку… и сурово.

— Котел не должен взорваться! — причитал монстр. — Это не должно случиться!

Спотыкаясь, он приблизился к корпусу котла, раскалившемуся почти докрасна. Котел шипел и плевался во все стороны струйками пара. Стрелка манометра уперлась в край циферблата.

— Нет, этого нельзя допустить! — вскричал управляющий.

Он положил руки Джека Торранса на вентиль клапана, не обращая внимания на запах паленой плоти. Раскаленное колесо повернулось, и клапан открылся — монстр испустил торжествующий вопль. Пар вырвался из котла с оглушительным ревом, словно зашипела в унисон сразу дюжина драконов. И прежде чем пар скрыл от глаз стрелку манометра, монстр заметил, что она дрогнула и пошла вниз.

— Я ПОБЕДИЛ! — заорал монстр, отплясывая дикий танец в облаке жаркого пара и размахивая над головой пылающими руками. — Я НЕ ОПОЗДАЛ, НЕ ОПОЗДАЛ! Я ПОБЕДИЛ…

Его торжествующий крик утонул в оглушительном грохоте взорвавшегося котла.

Хэллоранн вынес свои ноши на крыльцо и спустился в траншею, прорытую в огромном сугробе. Он увидел кустарниковых верей — увидел яснее, чем прежде, — и сразу понял, что оправдались его наихудшие опасения: они выстроились между крыльцом и снегоходом. И в этот миг отель взорвался. Ему показалось, что оба эти события произошли одновременно, хотя позже ему стало ясно, что такого не могло быть.

Взрыв прозвучал на одной всепроникающей ноте:

БУММ!!!

Затем в спины ударила горячая взрывная волна, подбросив их в воздух. Хэллоранн рухнул в глубокий снег, который мгновенно набился ему за шиворот и в нос.

Он с трудом выбрался из сугроба и на миг забыл обо всем: о кустарниковых зверях, о Венди Торранс и даже о мальчике. Лежа в снегу, со странным чувством он наблюдал за гибелью отеля.

НЕТ! ТАК НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ! НЕ ДОЛЖНО!

Отель завопил, но вопль этот был безголосый. Это было проклятие — проклятие своей судьбе, гибели, распаду мыслей и воли. Вопль замирал, тут же уносясь в пустоту и безмолвие.

БАЛ ЗАКОНЧИЛСЯ.

50. Исход

Когда Хэллоранн поднялся на ноги, чтобы помочь Денни и Венди, то увидел, что звери оказались на своих обычных местах в изгороди, укутанные снежным покрывалом, только один кролик сидел на задних лапках возле цепи, ограждающей детскую площадку, и как сумасшедший барабанил по ней передними лапами — звенья цепи звякали, как адская цитра. Даже издали Хэллоранн слышал, как хрустят и трещат веточки и кустики, составляющие его тело, словно хрустели его поломанные кости.

— Дик, Дик! — звал Денни. Мальчик пытался поднять из снега Венди.

Одежда, которую он вынес из отеля, была разбросана. До Дика вдруг дошло, что женщина в одном халате, Денни без курточки, а на улице холодина — около десяти градусов ниже нуля.

Бог мой, она ведь босая!

Он побрел по снегу, по временам проваливаясь по пояс в сугробы, подбирая пальто Венди, сапоги, куртку Денни, перчатки.

— Не могу, — бормотала Венди. — Нет, не могу, извините.

Денни умоляюще взглянул на Хэллоранна.

— Ничего, оклемается потихоньку, — сказал тот и поддержал Венди. — Идемте.

Все трое побрели туда, где снегоход, откатившись от крыльца, остановился и заглох. Хэллоранн усадил женщину на пассажирское место, набросил на нее пальто. Затем обтер ей ноги курткой Денни — они были холодными, но не обмороженными — и натянул сапоги. Лицо Венди было белым, как алебастр, веки полуопущены на помертвевшие глаза, но она задрожала — Хэллоран счел это за добрый знак.

Позади отель сотрясался от новых взрывов. Оранжевые вспышки осветили снег.

Денни прикоснулся губами к уху Хэллоранна и прокричал: