Проклятие памяти - Соул Джон - Страница 48

Он знал, что произошло тогда: слишком часто с той минуты, когда он очнулся в Институте мозга, самые разные люди пересказывали ему детали случившегося. Была вечеринка, они с Лайзой поссорились, и Лайза ушла. Через несколько минут он отправился за ней, но вел машину на большой скорости, поздно заметил Лайзу, и ему пришлось резко свернуть, чтобы не сбить ее. Машина сошла с дороги и упала в каньон.

Чего-то, однако, в этом описании не хватало. Где-то в глубине память подсказывала ему: был еще кто-то – чей-то смутный образ, он тоже боялся сбить этого кого-то – и вот из-за этого, собственно, и случилась авария.

Но кто это был? Он не мог сосредоточиться на этом едва различимом видении, не мог увидеть черты лица.

Пошатываясь от усталости, Алекс побрел к вершине холма, где возвышалась гасиенда супругов Эванс.

Сидя в регистратуре Медицинского центра Ла-Паломы, Марш Лонсдейл бегал пальцами по клавиатуре компьютера. Марш был зол, даже экран монитора, таращившийся, словно циклоп, раздражал его. Немало благодарственных молитв он вознес всевозможным богам за то, что в свое время они надоумили его оборудовать Центр компьютерной сетью, но нередко – и сегодня был как раз тот случай – за эту сумасбродную идею он посылал им многочисленные проклятия.

– Тут учиться Бог знает сколько лет нужно, чтобы только освоить эту чертову штуковину, – цедил он сквозь зубы. Выглянув из-за полок с папками, Барбара Фэннон сочувственно улыбнулась ему.

– На ругань машина, к сожалению, не отзывается. Если ты скажешь мне, что ищешь, может, я попробую помочь тебе? – Присев на стул рядом с ним, она мягко убрала руки Марша с клавиатуры.

– Алекса, – ответил Марш. – Я ищу все данные о моем сыне. А эта чертова машина мне их не дает, дьявол ее возьми!

– А ты не горячись, – наставительно ответила Барбара. – Ты спроси ее вежливо, и так, как она понимает. – Она прошлась пару раз по клавишам, и экран ожил. – Ну вот. Нажмешь вот эту клавишу – и все, что пожелаешь, со дня, когда он родился, до того, как он попал сюда. – Встав, она кивнула Маршу и снова занялась полками.

Марш принялся изучать данные – и, к своему изумлению, обнаружил, что последняя запись относилась к апрелю прошлого года, когда Алекс проходил в Центре диспансеризацию. С минуту Марш недоуменно вглядывался в экран, затем повернулся к Барбаре Фэннон.

– У нас что, дальше ничего нет?

– Прости... о чем ты?

– Я спрашиваю – вводили ли мы данные об Алексе за последние пять месяцев. Сейчас сентябрь, а здесь последняя запись за апрель, о диспансеризации. То есть отсутствуют сведения почти за полгода.

– Очень странно. – Барбара нахмурилась. – Мы вводим сюда информацию о пациентах каждые двадцать четыре часа. Дай, я сама посмотрю. – Перегнувшись через плечо Марша, она снова начала стучать клавишами. Однако под ее пальцами чуда не произошло. Данные по-прежнему заканчивались апрелем прошлого года.

– Ну, видишь?

– Вижу – что-то здесь не так, и причин тому может быть множество. У меня предложение – почему бы тебе не вернуться в кабинет и не заняться своей работой, а я пока выясню, куда же делись все данные об Алексе. Если мне все же не удастся вынуть их из компьютера, я принесу тебе оригинал снизу, из архива, но это займет некоторое время, извини. Договорились?

Кинув, Марш нехотя встал и направился к выходу, но Барбара остановила его.

– Марш, прости... что-нибудь случилось? Я имею в виду – с Алексом?

– Не знаю, – хмуро ответил Марш. – Что-то меня беспокоит в нем... и мне категорически не нравится этот Торрес. И потому я хочу проверить эти записи и доподлинно выяснить, что же он все-таки сделал с ним.

– Понятно, – Барбара вздохнула. – Теперь, по крайней мере, буду знать, что искать. Не переживай – в самое ближайшее время что-нибудь да отыщется.

Однако час спустя, когда Барбара вошла в его кабинет, на ее лице застыло выражение крайнего удивления.

– Марш, прости, но... я ничего не нашла.

– В компьютере ничего нет? – поинтересовался он.

– Хуже, – сев в кресло напротив Марша, Барбара протянула ему картонную папку. – В архиве тоже никаких данных.

Открыв папку, на которой крупными буквами значилось имя сына, Марш обнаружил листок с одной лишь фразой:

"Содержимое этой папки передано в Институт мозга по распоряжению доктора Маршалла Лонсдейла, директора Медицинского центра Ла-Паломы".

Марш откинулся на спинку стула.

– Что все это значит, черт возьми?

Барбара пожала плечами.

– Видимо, только одно – что после аварии ты послал все данные в Пало Альто, а нам их так и не прислали назад.

Протянув руку, Марш нажал клавишу интеркома.

– Фрэнк, можешь подняться ко мне?

Минуту спустя в кабинет вошел Фрэнк Мэллори. Марш протянул ему листок.

– Что ты скажешь об этом?

Изучив запись, Фрэнк в свою очередь пожал плечами.

– Ну да. Все данные отправили в Пало Альто. Торрес их потребовал.

– Да, но почему он не прислал их назад? И какого черта мы не сделали копию?

Мэллори изобразил на лице гримасу задумчивости.

– Я... да, мне кажется, я просто на них понадеялся. Они еще черт знает когда должны были их вернуть – вместе с копиями и всем прочим. Это же часть истории болезни Алекса...

– Вот именно, – громыхнул Марш. – Но они, как видишь, не вернули. Барбара, тебе нетрудно будет позвонить туда и узнать, почему до сих пор все материалы у них? И не церемонься особо с ними.

Когда Барбара вышла, Фрэнк Мэллори несколько секунд внимательно смотрел на Марша.

– Слушай, а ты что такой взвинченный? С Алексом что-нибудь? Если не секрет, конечно.

– Да какой там секрет, – Марш устало качнул головой. – Просто я сам не могу понять, что с ним происходит. И поэтому боюсь за него.

– А Торрес тебе просто не нравится.

– Обратного я никогда и не утверждал, – Марш нахмурился. – Но дело не только в этом. Торрес ведет себя так, будто Алекс теперь – полная его собственность, а сам Алекс... не знаю. Говорю тебе – мне страшно за него.

– А Эллен? Она тоже за него боится?

Марш пожал плечами.

– Хотелось бы. Но она, к сожалению, думает, что Торрес – всемогущий маг из двадцать первого века. И еще – что на Ла-Паломе лежит проклятие... или как она там сказала.

Глаза Мэллори изумленно расширились.

– Проклятие? Брось, Марш, только не Эллен...

– Да понятно, – Марш махнул рукой. – Думаю, она и сама ни во что такое не верит. Просто сегодня утром она была здорово расстроена. Смерть Марти всего через несколько месяцев после того, что случилось с Алексом...

– Но ведь одно с другим никак не связано, – Фрэнк пожал плечами.

– Вот и я ей то же самое говорил. И уверен – она поймет, что я прав, если как следует об этом подумает. Больше беспокоит меня другое – отношение ко всему этому Торреса. – Он коротко пересказал Фрэнку разговор с Торресом в день похорон Марта Льюис. – Представляешь, что он мне ответил? Вы, мол, перечитайте договор, который подписали со мной.

– А кстати, ты его перечитывал с тех пор, как подписал?

Прежде чем Марш успел ответить, дверь отворилась и в кабинет вошла Барбара, держа в руках еще одну картонную папку. Одного взгляда на ее лицо Маршу было достаточно, чтобы понять – что-то неладно.

– Ты звонила? Что они тебе ответили?

Швырнув папку на стол, Барбара с шумом выдохнула.

– Они сказали... они сказали, что все данные у них и возвращать нам их они не собираются. Представляешь – даже наши собственные записи, не говоря уже о копиях и о тех, что вели они!

– Но... но это невозможно, – пробормотал Марш. – Они не имеют права...

– Они утверждают, что имеют, Марш. И что все их права достаточно четко определены в контракте, который ты подписал с ними перед операцией.

– Нет, не верю, – Марш замотал головой. – Я должен перечитать его. Черт, у меня нет копии...

Взяв со стола папку, Барбара молча протянула ее Лонсдейлу.

– Я как раз и подумала, что он понадобится тебе. И... сама его уже прочитала.