Проклятие памяти - Соул Джон - Страница 74

– Конечно. – Пожав Джиму руку, Марш захлопнул входную дверь.

Выйдя за ворота, Джим подошел к своей машине и, сев в кабину, помахал одному из полицейских, тот помахал в ответ. Запустив мотор, он нажал на газ и, развернувшись, поехал к дому.

Когда он почти спустился с холма, мимо него, с потушенными фарами и на большой скорости, пронеслась встречная машина. Было слишком темно, поэтому Джим не заметил, что за рулем сидел Алекс Лонсдейл.

Алекс остановил машину перед последним поворотом. За ним следят – в этом он уже не сомневался, – может быть, в доме его уже ждет полиция. Взяв с сиденья ружье, он проверил магазин.

В нем остался только один патрон.

Этого ему хватит.

Выйдя из машины, он почти беззвучно закрыл дверцу и, сойдя с дороги, пошел прямо по склону холма. Он уже знал короткий путь к дому. В неверном свете луны дом выглядел в точности так, как на старой фотографии, и где-то глубоко в мозгу снова зашептал голос – голос Алехандро.

Прокравшись в густой тени вдоль стены, он подошел к тому месту, где – он помнил – она была ниже. Одним прыжком преодолев ее, Алекс оказался на заднем дворе.

Обогнув дом, по ступеням крыльца он поднялся к двери.

Повернул ручку. Дверь оказалась незапертой.

Открыв ее, он вошел.

В двадцати футах от него, посреди гостиной, стоял отец.

Нет. Не его отец.

Отец Алекса.

Но сам Алекс Лонсдейл давно умер.

Зато Эллен Лонсдейл еще жива...

Venganza... venganza...

Но Алехандро де Мелендес-и-Руис тоже был мертв. И праправнук его, доктор Раймонд Торрес...

Нет. Эти еще живут. Оба они – в теле Алекса Лонсдейл а, в его искалеченном, полумертвом мозгу...

Отец, не отрываясь, смотрел на него.

– Алекс?

Это зовут его – так же полчаса назад называли его и Кокрэны. Но это не его имя.

– Я не Алекс, – прошептал он. – Я... я другой.

Подняв ружье, он медленно пошел через гостиную. Туда, где на диване неподвижно сидела она – последняя из четырех, мать Алекса – и глазами, расширившимися от ужаса, смотрела на сына.

Потянувшись, сержант Финнерти открыл глаза. Секунду он не мог понять, где находится, затем пришел наконец в себя и повернулся к напарнику.

– Ну, что слышно?

– Да ничего, – ответил Джексон, позевывая. – Кокрэн уехал несколько минут назад. А так все тихо.

– Угу, – промычал Финнерти. – Отчего же, интересно, я вдруг проснулся...

Пожав плечами, Джексон устроился поудобнее на сиденье и закурил. Обвел взглядом пустынную Гасиенда-драйв. Никаких изменений.

А Финнерти вот проснулся. Не дай Бог – неспроста. У него на происшествия какое-то шестое чувство...

И тут вспомнил.

Несколько минут назад где-то за домом вспыхнул и погас дальний свет – словно на холм въехала машина, но остановилась, не сделав последний поворот.

Он еще подумал – кто-то из соседей вернулся...

– Ч-черт! – повернувшись к Финнерти, он выложил ему все в двух словах. Выругался Финнерти, против обыкновения, кратко.

– Пошли, надо глянуть, что там.

Через секунду оба бежали к дому.

Не спуская глаз с Алекса, Эллен отказывалась поверить тому, что видит. Это сон. Зрение не повиновалось ей, выхватывая лишь отдельные, незначащие детали.

Кровь на лбу, засохшая в длинном порезе над левой бровью.

Глаза, смотрящие словно сквозь нее, полностью лишенные всякого выражения.

Нет, не лишенные. Где-то в самой глубине их горит крохотная искорка злобы.

Злобы – или давней ненависти.

Ружье. Черная дыра дула, такая же пустая, как глаза Алекса. Нет, тоже не пустая – оно уставилось на нее с той же древней злобой. Или ненавистью?

Но ведь это не ее сын. Господи, как она могла ошибиться?

Это кто-то другой. И он пришел, чтобы убить ее. Но что она ему сделала?

– За что? – наконец смогла прошептать она. – Кто ты?

Чувства понемногу возвращались к ней, она услышала голос мужа.

– Алекс, что произошло? Что с тобой?

– Venganza... venganza...

– Месть? Но кому? За что?

– Ladrones... asesinos...

– Нет, Алекс, – сказал Марш мягко. – Ты чего-то не понял. Это не мы. – Он отчаянно соображал, что сказать, как сделать, чтобы Алекс его услышал.

Алекс? Нет, это не он. Кто бы это ни был – это не Алекс.

Где же, черт бы их побрал, полицейские...

Дверь распахнулась, и Финнерти с Джексоном с грохотом ворвались в дом.

Алекс резко обернулся, Марш понял, что лучшего момента ему не представится. Прыгнув вперед, он схватил ружье за ствол, затем, резко вывернув его, вырвал оружие из рук Алекса. Сила прыжка едва не сбила Алекса с ног. Пошатнувшись, он прислонился к камину, схватившись за верх решетки. Еще миг – и их глаза встретились.

– Освободи меня, – прошептал он. – Если ты любил Алекса – сделай это.

Марш тяжело дышал.

– Кто... кто ты? – пальцы судорожно нащупывали спусковой крючок – и отдергивались, словно обжегшись. – Ты Алекс?

– Нет. Я другой. Я – тот, кем меня сделал Торрес, и я должен сделать то, на что он запрограммировал меня. Алекс хотел остановить это, но не смог. Поэтому я прошу – освободи меня. Если ты хоть немного любил меня – сделай это... папа.

Марш поднял ружье, на глазах Эллен и полицейских он нажал на курок.

Грохот наполнил комнату, тело Алекса вытянулось у каминной решетки.

Время остановилось.

Эллен не отрывала глаз от распластанного на полу тела. Теперь она видела – это не ее сын.

Это не он – но тот, кто долгие месяцы жил в ее доме, которого она любила, которого старалась вернуть... Но кем бы он ни был – он был так далеко от нее, вернуть его было нельзя, и возвращать было некого.

Ее сын давно мертв. И перед ней – не Алекс.

Обернувшись к мужу, она долго смотрела на него.

– Благодарю тебя.

Шагнув к Маршу, она обняла его, спрятав лицо на его груди.

Обняв жену за плечи одной рукой, в другой – все еще сжимая оружие, Марш наконец оторвал взгляд от распростертого у его ног трупа. Глаза его встретились со взглядом Финнерти, неподвижно стоявшего рядом с напарником у самой двери.

– Сержант, я... простите нас, – выдохнул он. – Вернее, меня... у меня просто не было выхода...

Он хотел сказать что-то еще, но голос ему не повиновался. Бросив ружье на пол, он крепко обнял жену.

Несколько секунд Джексон и Финнерти молча смотрели друг на друга.

– Конечно, доктор, – наконец откашлялся Финнерти. – Разумеется, мы же видели все. Мы видели, как он напал на вас и на вашу жену и...

– Нет! – последним усилием Марш простестующе поднял руку. – Ради Бога, сержант, он не нападал на нас...

– Как так? – удивился Финнерти. – Он напал на вас, вы пытались отнять у него ружье, и в момент борьбы оно случайно выстрелило. – Видя, что Марш снова собирается сказать что-то, Финнерти жестом остановил его. – Простите, доктор Лонсдейл, но мы с Томом все это видели. – Он повернулся к напарнику. – Верно я излагаю, Том?

Джексон колебался всего секунду.

– Все ведь было точно так, как говорит Росс. Несчастный случай – мы оба тому свидетели. Вы бы лучше отвели жену наверх, доктор Лонсдейл.

Стараясь не смотреть на тело, лежавшее у их ног, Марш и Эллен повернулись и вышли из комнаты.