Передел - Спарк Мюриэл - Страница 35

Паулина привлекла к работе на Братство нескольких знакомых. Петицию Бернардини она сделала пресс-агентом, на Пьетро Бернардини повесила связи с общественностью. Пино Туллио-Фриоле, сын Берто, регулярно совершал паломничества в дом Хьюберта, потомка богини Дианы, привозя с собой денежные пожертвования, щедрые подарки и богатых приятелей, которым нравилось участвовать в религиозных церемониях, а потом спать с кем попало. Пино было чуть за сорок, он презирал Мэгги и негодовал из-за выбора своего отца.

Одна из газетных вырезок, которыми щедро снабжала Хьюберта Петиция, из англоязычной итальянской «Дейли Американ» от восемнадцатого мая, в особенности привлекла его внимание.

Заголовок гласил: «Кардиналы и епископы: римские встречи и танцы». Вот эта статья:

«По информации Ассошиэйтед Пресс, семнадцатого мая в Риме епископы, архиепископы и кардиналы, в экстазе теряя головные уборы, плясали, обнимались и возносили хвалу Господу.

Преп. Джозеф Маккинли, епископ Гранд-Рэпидз, штат Мичиган, взялся за руки с преп. Джеймсом Хайесом, архиепископом Галифакса, который, в свою очередь, протянул руку кардиналу Бельгии Сюенесу.

Выступление этого небывалого хора ознаменовало открытие Девятой Международной харизматической конвенции в лоне Римской католической церкви.

На церемонию открытия у катакомб Святого Калликста, места захоронения многих христианских мучеников, собралась толпа приблизительно в восемь тысяч человек, в основном американцев. Музыку исполнял малоизвестный оркестр. Гости отовсюду, от Квебека до Бомбея, доложили, что харизматическое движение ширится повсеместно.

Кардинал Сюенес убеждал участников четырехдневной конвенции воспользоваться ею, чтобы "обновить веру, обновить надежды на будущее и любить друг друга, как никогда прежде".

У харизматического, в общем, мирского движения более чем полмиллиона последователей по всему миру. Оно возникло в шестидесятом году в рядах протестантов, а в шестьдесят седьмом распространилось и на католицизм.

Его основные особенности: страстные богослужения, «харизмы» – удивительные дары Святого Духа, такие как, например, возможность "говорить языками и упорство, с которым лидеры движения стремятся вдохнуть новую жизнь в понятие религиозности каждого человека.

Согласно последним данным, американские католические епископы признали, что у харизматического движения "немало положительных черт… новое понимание духовных ценностей, похвальное внимание к Святому Духу, благоговение перед Господом и искреннее перепоручение себя воле Божьей".

Но они же предупредили о неотъемлемой опасности при появлении подобных движений: о расхождении с официальными церковными учениями, фундаментализме, о преувеличении важности "харизм", наподобие дара "говорить языками" и пророчествовать.

– Не важно, говоришь ты языками или нет, важна только перемена в твоей жизни, – сказал Боб Кавнер, полковник ВВС США, который приехал на конвенцию из Далласа, штат Техас.

Кавнер, который когда-то вступил в движение вслед за сыном Джимом, – один из семидесяти человек, прославившихся на всю конвенцию даром "говорить языками" и, помимо прочего, испытавший "нисхождение Святого Духа"».

У Хьюберта было немало вырезок подобного содержания. Он читал и перечитывал их, все острее чувствуя, как бессовестно его ущемляют. В начале июня Мэлиндейн послал Паулину на одно из харизматических собраний, а после заперся с ней в гостиной. Чтобы спокойно все выслушать, он спрятался от прочей публики, бессчетного множества адептов и любовников, в тот момент населявших дом.

– Все началось с мессы, – важно сказала Паулина.

– В церкви?

– Нет, нет. Не знаю, чья это квартира, на Виа-Джулия. В общем, сначала была месса, там был католический священник в облачении и примерно тридцать человек паствы.

– Что за люди? Как вам показалось, богатые, бедные? Все говорили по-английски? На каком языке была месса?

– На английском. Но там и французов, и итальянцев было предостаточно. Самые разные люди. Даже монашки явились. Несколько монашек пришли в обычном наряде, а потом я узнала, что некоторые из собравшихся – тоже священники, только в штатском. Люди разных возрастов, но совсем старых – всего пара монашек.

– Только обыкновенные люди приносят настоящий доход, – заметил Хьюберт. – Эти харизматики крадут наследие великой Дианы Немийской, которая с незапамятных времен была покровительницей природы!

– Не волнуйтесь, я говорила о Диане, – успокоила его Паулина. – Несколько человек очень заинтересовались. Кстати, угадайте, кто там был? Те самые иезуиты, Катберт Плейс и Джерард Харви, эколог. Отец Джерард даже уговаривал нескольких человек посетить наши собрания и рассказывал, как в Неми экологично, как здесь сохранилась окружающая среда и много еще в этом духе. Отец Катберт справился, как у вас дела, а я ему заявила, что долго рассказывать. Потом…

– Мисс Фин, – перебил ее Хьюберт, – я хочу знать про харизматическое собрание, а что болтали иезуиты, сможете пересказать и позже. Однако, моя дорогая, не могу не заметить, что ваши старания рассказать всем об истинном братстве исключительно похвальны. Вы очень, очень предусмотрительны, мисс Фин. Опишите, пожалуйста, мессу.

– Ну… месса просто предваряла собрание. В ней не было ничего особенного, кроме танцев под гимны и поцелуя мира, который был совсем настоящим, все друг с другом целовались. Монашкам это очень понравилось. В общем, все обнимались и пели.

– Нам тоже надо завести монашек, – решил Хьюберт. – У Дианы всегда были девственницы-весталки. Надо чтобы девственницы-весталки круглосуточно следили за пламенем на алтаре.

– Это несложно устроить, если не на полный день, – ответила Паулина. – Кто согласится целыми днями глазеть на огонь?

– Когда у нас будет большой приход, все организуется само собой, – сказал Хьюберт. – Иезуиты тоже приняли участие в оргии?

– Я бы не назвала это оргией. В любом случае иезуиты только наблюдали. Потом стало гораздо интереснее, когда они заговорили языками. Не знаю какими, это было похоже на что-то восточное, иврит какой-нибудь или греческий. В общем, это называется «говорить языками». Еще там толковали Писание. Там была одна женщина, она толковала очень много, вы не поверите, она – доктор наук. Эта женщина продекламировала отрывок из Евангелия, закрыла глаза и воздела руки, а все сказали «аминь». Потом мы пели, хлопали в ладоши и танцевали…

– Откуда был отрывок? – перебил Хьюберт.

– Не знаю. Что-то о странствиях святого Павла.

– Это не Евангелие, это Деяния апостолов. А про что?

– Не помню. Что-то про Господа. Понимаете, там было так шумно… К тому же слова ведь не главное, да?

– Да. А чем занимались иезуиты?

– Они стояли в стороне, но им нравилось, они всех разглядывали. Катберт Плейс подошел ко мне и сказал: «Привет, Паулина, как вам это нравится?» Я ответила, что ужасно нравится. Мне и правда нравилось. Но потом, знаете, я почувствовала себя страшно усталой…

– Все ясно, – сказал Хьюберт. – Нам надо оживить проведение службы в Братстве.

Зной стоял как вечером в конце июня. Море за грядой холмов Альбано сливалось с затуманенным жарой горизонтом.

Последние десять дней Паулина работала не покладая рук, растрачивая столько сил, сколько, казалось ей, у нее никогда больше не будет. Хьюберт не забывал напоминать ей, что они готовят лишь предварительное собрание в узком кругу, и только за ним последует большой съезд паствы со всего мира.

За прошедшие дни Паулине удалось созвать немало верного Хьюберту народа. Собраться все должны были позади дома, в давным-давно заросшем саду, который постепенно перетекал в темный, сырой лес. Грядущее событие Паулина назвала «тайной встречей» и поэтому полностью отказалась от писем и телеграмм. Не один час секретарша просидела у телефона и за рулем машины, чтобы известить «Друзей Дианы» и убедиться, что все будут. Целью встречи было формирование ядра, вокруг которого должны вырасти новые ячейки Братства.