Мой мир - Маяков Александр Викторович "Alex Shostatsky" - Страница 26

- Что это? – Еще сильнее испугавшись, спросила секретарша. Папка уже почти полностью вжалась в её плоскую, как доска, грудь.

- Долго объяснять. – Затушив рубашку, произнес я.

Тот случай так и не вышел за пределы зала. Я просто открыл окна и проветрил помещение, а рубашка… о, боже, мне пришлось надеть её на себя, застегнуть пиджак на все пуговицы и отпроситься с работы. Секретарше… опустим то, как я решил вопрос с секретаршей. Главное, что вопросы она больше не задает.

- Привет! – Стараясь улыбнуться, произнес я.

- Здравствуйте! А вам кого? – Пролепетала девочка.

- Ксюша, кто там? – Донесся знакомый голос из квартиры. Шелковый тембр ничуть не изменился за эти годы и пережитые беды.

- Какой-то дядя, мама! – Девочка скрылась за дверью. Я осторожно приоткрыл дверь и вошел в квартиру. В коридоре напротив меня в инвалидном кресле сидела Лида. Она немного осунулась, под глазами черные круги.

- Кто вы? – Испугано спросила Лида. Девочка жалась к ней.

Не контролируя себя, я кинулся к ней. Упал на колени и обнял кресло.

- Лида! – На глазах блестели слезы. Я здесь, я рядом.

- Кто вы?! – Она оттолкнула меня. Буквально за несколько секунд она развернула кресло, спрятала дочку в комнате, закрыла дверь и заблокировала её креслом.

- Лида, подожди, я… - попытался оправдаться я. Но смелости мне не хватило, как и десять лет назад.

- Кто вы?! – Она срывалась на истерику.

- Я люблю тебя! – Не выдержал я и так же перешел на крик. – Черт возьми, я все эти годы люблю тебя! С того самого момента, как ты пришла в нашу школу! Как провела первый урок в моем классе!

Истерика была со мной. Я снова припал к её ногам. Она испугано смотрела на меня.

- Прошу, не гони, - слезы катились по щекам. – Прошу тебя, не гони меня.

* * *

- Ты любишь мою маму? – Спросила меня Ксюша. Истерика (и моя, и Лиды) прошла. Мы кое-как разобрались в ситуации и теперь молча сидели и пили чай. Ксюше очень понравились принесенные мной пряники. Лида просто молчала.

- Ксюша, иди в комнату. – Произнесла Лида. Голос был напряжен, если дочка начнет капризничать, её сорвет. Но девочка, ничего не говоря, отправилась в комнату.

- Зачем ты пришел? – На нервах спросила она. – Я тебя даже не помню. – От волнения, чтобы не закричать, она перешла на шепот. – А ты бросаешься к ногам калеки. У меня ничего нет! Хочешь, бери, что унесешь.

- Лида…

- Я не помню тебя! – Она сорвалась.

- Мама? – В дверях стояла Ксюша. Она плакала. Лида протянула руки к дочери и та побежала в её объятья.

Я встал из-за стола, достал кошелек, и выгреб оттуда все что было.

- Вот! – Положил я деньги на стол. – Я сейчас уйду, но вернусь завтра. И буду возвращаться до тех пор, пока ты меня не примешь. Мне плевать, что ты меня не помнишь. Я помню тебя и хочу быть рядом.

После этих слов я накинул плащ и вышел из квартиры. ИДИОТ! Кретин, придурок, безмозглое существо!

Что ты наделал? Ввалился к ней в дом, напугал дочку. Ты мог по-другому? Да, мог, но… ты кретин и не мог по-другому!

- Болван, болван, болван! Что же я наделал? – Корить себя легко, а вот действовать. Во-первых, надо перестать быть маленьким мальчиком, который все делает на эмоциях. Ты показал слабость, потом решил показать силу. Но перед слабой, беспомощной женщиной это сделать легко. И кто ты после этого? Правильно, ты человек, желающей ей только добра и блага, но как ты это делаешь? Добро через силу, что может быть абсурдней. «Если вы не хотите добра, то мы вас к нему принудим».

Во-вторых, она меня не помнит. И если сейчас все получилось уладить миром, то в следующий раз дело может закончиться нарядом милиции. К следующему визиту надо успокоить нервы, усмирить эмоции и подготовиться с материалами. Должны же сохраниться какие-то фотографии со школы.

И в третьих… иди домой, все, что ты мог, ты сегодня испортил.

* * *

- Только тот, кто ловок, победит врагов! Если ты труслив и неуклюж – уходи в свой дом! Только тут ты станешь мужиком! – Во все горло пел мультяшный персонаж с экрана. Люблю я просматривать мультфильмы. В отличие от большинства фильмов (особенно современных) в них нет той злобы, той агрессии, той ненависти ко всему живому. Как можно кино, если там одни убийства, смерть на смерти. Я не говорю про мелодрамы с тоннами соплей, их тоже не мало. Но если сейчас включить ТВ и проклацать пару каналов, обязательно наткнешься на какой-то боевик с продажными ментами, наркобаронами и мелкой швалью поливающих друг друга свинцовым дождем. Уж лучше окунуться в детские воспоминания и посмотреть мультик про отважную девушку, которая ради отца пошла служить в армию, прикинувшись парнем. Вот Мулан, вроде история схожа с солдатом Джейн. Та тоже пошла в армию, но здесь все как-то красивее, прекрасней, интересней даже. Нет, фильм тоже хорошо, но… я выключил его.

Глупый вопрос: а что же я делаю, я умудрился не задать себе. И так понятно, что я пытаюсь уйти от реальности в мир детских фантазий. Еще сегодня днем я говорил, что пора вести себя как взрослый, а сейчас смотрю мультик и радуюсь, что в душе остался ребенком. Ты хочешь стать для неё мужчиной, а не маленьким мальчиком. Так что же ты делаешь? Нет, что же делаю я! Хватит говорить о себе в третьем лице, так и до раздвоения личности недалеко.

А я ничего не делаю. Я просто красиво говорю, но сам ничего не делаю. Я оставляю все на волю случая. Прокатит, не прокатит. Вот в прошлый раз все прошло. Да, не совсем удачно. Но я был рядом с ней. Только, какой с этого толк?

- Я несу бред… - откинувшись в кресле, констатировал я. – Я маленький мальчик, которому нужна не женщина, а мама. Может, я её и не люблю? Просто она старше, и мне хочется быть с ней рядом, как с мамой? Ага, спать с ней и быть как с мамой. Это уже какое-то извращение. Мысли окончательно запутались.

* * *

- Вот мы всем классом на День учителя. – Я показывал Лиде школьные фотографии. – А вот я. Как раз дарю тебе цветы. Вспомнила?

Лида посмотрела на фото, потом на меня, потом снова на фото.

- Знаешь, ты изменился. – Наконец-то произнесла она.

- Мне все так говорят, - ответил я. – Только я сам этого не замечаю. Прошлый раз ввалился к тебе, закатил… черт знает что.

- К тебе… - задумчиво повторила Лида. – Мы уже перешли на ты?

Я удивленно посмотрел на неё.

- Я думал…

- Знаешь, Артур, ты больше не приходи, пожалуйста. – Отводя взгляд, произнесла она.

- Я же сказал, что буду приходить каждый день. – Железным тоном ответил я.

- Зачем я тебе? – Спросила она. На удивление сегодняшний разговор был почти спокойным. Так пару раз мелькнули стальные нотки.

- Я калека, и никогда больше не смогу ходить. – Продолжила она. – К тому же, старше тебя на десять лет. Я сейчас выгляжу как старуха, а еще пару лет и вообще… не губи себя рядом со мной.

- Как я могу угробить себя рядом с любимой женщиной? – Нежно беря её ладони в свои, спросил я.

- Мальчик, - с улыбкой начала Лида, - это ты сейчас говоришь. Пройдет время, дурная пелена сойдет с глаз, и ты поймешь, что это и не любовь вовсе. Найди себе молодую, красивую девушку…

- Да, да, да, - нервы начали сдавать, - найди девушку, сравни, переспи с ней. Зачем? Чтобы понять, что люблю только тебя? Ты думаешь, я так не пробовал? Делал, только все равно перед глазами ты. Я говорю с ней, а в ушах твой голос. Я целуюсь с ней, а чувствую твой аромат. Я сплю с ней и вижу тебя, а не стонущую двадцатилетнюю блядь под собой! Я устал говорить, что мне нужна только ты.

- Нет, Артур, это всего лишь иллюзия.

- Это не иллюзия! Я люблю тебя и хочу быть с тобой! Прошу, дай мне шанс, не гони.

- Шанс? А обо мне ты подумал? Я ведь не игрушка, поиграл и выбросил. Я человек!

- Это ты мне говоришь? – Я встал из стола, и стал шагами мерить кухню. – Мне? Сказала бы ты это своему бывшему мужу! Где он? А как говориться? – Я вплотную подошел к ней и прошептал на ухо. - «И в болезни, и во здравии»!