Спокойное течение жизни (Стж) (СИ) - Прядильщик Артур Иванович - Страница 82

   Девушки старались находиться рядом. Вредины - потому что уловили, благодаря своей чувствительности, мое беспокойство, а Ирина... ну не слоняться же ей в одиночестве по огромной гондоле, верно? Хоть, согласно регламенту, рядом с каждым из нас обязан был постоянно находиться кто-то из экипажа ("Вот как хотите, так и обеспечьте!"), но что такое даже капитан или старший стюард по сравнению со мной, таким замечательным, ага?

   Вот и сидели-валялись они сейчас на мягких футуристического вида диванах - плодов любви сумасшедшего дизайнера и бешенного художника - в центре обзорной площадки. И слегка переругиваясь. Почти лениво. Деликатно стараясь не вовлекать меня в процесс. Ну, разве что позволяли насладиться отточенностью фраз, стройностью аргументов и изяществом тактических ходов. Потому что накануне, после напряженного ужина, свою угрозу я осуществил и заперся на ночь в огромной спальне ОДИН, впервые использовав в наших взаимоотношениях принцип общей ответственности.

   Выспался-я-я... Главное потом - не чувствовать себя виноватым под тремя парами укоризненных взглядов во время завтрака. И игнорировать сверхлюбопытные взгляды стюардов и стюардесс, которые, конечно же, в курсе.

   Наряду с прочими, была еще одна причина, по которой я принял решение сбежать на время из Москвы. Сегодня-завтра станет официально известно о разделении Сварогов на Сварогов и Радовичей. И мне хочется оказаться как можно дальше от Серафимы Николаевны, когда та сообразит, что любимый "сыночек" несколько поприжал кое-какую информацию...

   Ведь наверняка в "обвинительном заключении" будут фигурировать формулировки "выставил меня полной дурой", "злостно надругался", "коварно втерся в доверие", "нагло плюнул в душу", "безжалостно растоптал надежды", "подлец", "а казался таким хорошим мальчиком"... Ни-ни-ни - как-нибудь без меня. А вот когда "матушка" успокоится, в третий раз поменяет обстановку в своем кабинете, выместит неудовольствие на окружающих... - вот тогда можно будет приходить на семейное чаепитие без опаски заработать запор и энурез одновременно и на всю оставшуюся жизнь.

   +++

   После обеда девушки вежливо попросили меня принести "шампусик"

   "Ни-ни-ни, брат! Это же настоящее французское шампанское! Не будем доверять сию драгоценность даже этим милым молодым людям! К тому же, шампанское в моих личных вещах!" - Ирина.

   И, судя по чуть встрепанному виду, когда я вернулся, о чем-то таком договорились. И после двух бутылок шампанского (попробовать которое мне позволили только в количестве двух бокалов... я, кстати, и не настаивал, понимая, к чему они клонят, да и не разобрался я, если честно, в чем прелесть "настоящего французского шампанского") Вика, красиво приложив ручку ко лбу ("Ой! Один бокальчик явно был лишним... Дорого-о-ой?"), попросила уложить ее в кроватку... почему-то в моей спальне. Уложил... и все остальное.

   Через полчаса "болящая" выскользнула из получившегося хаоса подушек, одеял и простынок, и спустя минуту в дверях стояла разрумянившаяся Ирина с двумя бокалами шампанского ("Оп-па! А я вам шампанское принесла... Ну, не пить же тебе одному, верно?")

   Спустя час, после предупреждающего противного скрипа остро-заточенными ногтями по дверному косяку со стороны коридора (а тишина на дирижаблях - почти абсолютная - это вам не самолет с его турбинами... ну, исключая окрестности хорошо звукоизолированной спальни молодого патриарха Рода), раздраженно фыркнула и покинула спальню, небрежно накинув на голое тело... мой халат.

   "Ой, а куда это она? А вы разве уже все?" - ненатурально удивилась Даша, красиво шествуя в середину спальни.

   Удостоверилась, что дверь закрылась.

   Удостоверилась, что стоит правильно - чуть боком к кровати и лицом к зеркалу.

   И, щелкнув пультом: включила в помещении тихую медленную музыку, закрыла шторы на огромных окнах-иллюминаторах и включила неяркий красноватый свет ночников.

   Деланно-смущенно отвернулась, и бирюзовая шелковая блузка красиво сползла по спине, оголив точенные сильные плечики, изящную спинку и синие бретельки кружевного бюстгальтера.

   Я вымотался. Я устал. Но Даша, одновременно с медленным и изысканным освобождением от лишней одежды, стала делать в мою сторону едва заметные пассы, от которых по коже забегали мурашки, а внутри стали ходить какие-то теплые и холодные приятные волны...

   А с другой стороны, грех жаловаться. О выносливости мужчин-Сварогов ходят какие-то там слухи... Надо ж соответствовать представлению о Сварогах хотя бы в этой малости!

   И понятно теперь, отчего неведомый режиссер продолжает разрабатывать такую многообещающую тему...

   +++

   - От меня что-нибудь требуется, Федор Дмитриевич? - Спросил я командира.

   Командир дирижабля. Кстати, из семьи Климовых.

   - Никак нет, Олег Ильич. Сами. Так что отдыхайте спокойно!

   В Москве почему-то решили, что поездка в Хабаровск затеяна бывшим приютским Радовичем развлечения ради. "Красивая тачила" и "шикарные телки" только усугубляли это заблуждение. А ведь настоящая причина путешествия - посещение фабрики "Макароныч" - мною не скрывалась и настойчиво декларировалась. Не поверили! Удивительно, правда?

   И хорошо, что "сами". Физически я не сильно устал, а вот спать - хотелось зверски. Организм Олега тоже находился в смятении - смена часовых поясов слегка выбила из колеи - и чириканье этого "жаворонка" выдавало некоторое смятение.

   А здравый смысл, обреченно причитая "если так будет каждый день" (с тщательно скрываемым даже от самого себя удовольствием), пытался найти хоть какой-нибудь выход. С другой стороны, отрадно, что у невест включился здравый смысл и они, кажется, не собираются стирать меня до самой простынки. Даже какое-то подобие нейтралитета (вооруженного до зубов, ага) стало вырисовываться.

   У причальной мачты уже суетилась обслуга - причальные канаты были успешно закреплены и сейчас бригада техников подступалась к лючкам заправочных и сервисных баков, разъемов и прочих технических "выходов" дирижабля.

   В Хабаровске уже неделю лежал снег. Ирина сейчас смущала взгляд легким оранжевым летним платьицем, со всеми подробностями подчеркивающим тренированную великолепную фигуру. В прошлой жизни очень часто при виде таких красавиц в голову приходила подлая завистливая мыслишка: "А ведь какой-то мудак ее... кхм... того..." А теперь я участвовал в процессе несколько с другой стороны. И мысли были целиком практичные. И теплое чувство собственника разливалось в груди.

   А вот Вредины, напротив, кутались в роскошные норковые шубки. Так что на этом фоне мое длинное пальто и длинный вязанный шарф смотрелись более чем уместно. Мы - не маги огня-выпендрежники, мы - якобы маги Ветра - такие мерзляки...

   Метрах в сорока нас уже ждал кортеж - десять машин. Шесть машин попроще (относительно) и четыре черных джипа. Ну, кто б сомневался - четыре черных мамонта дорог - огромных, неуклюжих... престижных. Человек двадцать-двадцать пять сопровождающих - все из Рода - выстроились в шеренгу и сейчас озабоченно проверяли положение носков обуви на одной воображаемой линии.

   И с некоторым напряженным любопытством косились в мою сторону - чего ждать от нового главы Старшего Рода? Слухи о драке с Драконом сюда, опять-таки, благополучно добрались. Кто знает, что там в голове повернется у скорого на расправу бывшего Наследника Сварогов и нынешнего главы Радовичей, явно испортившего свой характер в приюте?

   С каким-то новым, ранее не испытанным, злорадством подумалось: сколько ж они тут мерзли, ожидая приземления дирижабля? А, хотя, почти все - маги огня. С чего б им мерзнуть-то?