Спокойное течение жизни (Стж) (СИ) - Прядильщик Артур Иванович - Страница 84

   И "на носу" (что за дурацкий язык!) зима - снег уже выпал. И таять, сука такая, даже не собирается! А что из себя представляет местная зима - Казума знал, пережив уже три зимы вне стен кланового поместья в Киото... При этом, после изгнания он жил гораздо южнее Хабаровска - в Поднебесной. А что ТУТ будет твориться зимой - страшно себе представить! Но денег возвращаться в относительно теплую Поднебесную - нет ни рубля, ни юаня, ни рю!

   А ведь есть еще и его девушка... хотя, правильно, с их-то отношениями, называть ее "невеста" - и ей приятно, и соответствует... планам. Правда, сам Казума к такому состоянию дел все никак привыкнуть не может. Так вот есть еще невеста с ее не слишком-то крепким здоровьем. Какой же он дурак, что поддался на ее уговоры и взял с собой из Харбина "на заработки"! Какой дурак!

   Вот уж, воистину, правильно сделал Совет Клана, избавившись от такого дурака! И жаль, что не придушили по тихому. Очень жаль! Потому что он теперь не один тихо замерзнет в местном морозильнике, а еще и красивую девушку за собой на тот свет утащит!

   Придурок! Бака! АХО!

   +++

   На намек о некоторой денежной задолженности работодателя последовал предсказуемый ответ: разведение рук в стороны и, наконец-то, виноватое выражение на лице бригадира. Никаких компенсаций не предусмотрено, а бригадир - человек маленький, на, и не он тут решает, на. Это все пи..ры в руководстве, на! Типа, хочешь - иди разбирайся, на.

   Будь на месте Казумы кто-нибудь другой - бригадир бы не юлил, сунул бы кулак в зубы в качестве легкого превентивного намека на неуместность "денежного вопроса", а если б собеседник упорствовал - еще и сапогами по ребрам прошелся бы, добавил.

   Но с "япошкой" такой номер откалывать не стоило: неделю назад, когда Казума prostavlalsya в одном из городских погребков (Спрашивается, с какой стати он это делал? Жалованье-то не получил - только половинчатый мизерный аванс!), к нему привязались "вокзальские". И пусть "вокзальские" были уже "хорошие", но - это ж грузчики! Одной рукой тяжелые деревянные столы с места только так сдергивали и кидали! И Казума (тоже, кстати, к тому моменту "неплохой") их всех расшвырял не без элегантности!

   Так что в итоге платить за "посиделки" пришлось противнику - "летуны", смекнув, к чему идет дело, похватали со столов бутылки (не забыв обчистить стол поверженного противника, слабо постанывающего на полу забегаловки), снялись и перелетели в другое питейное заведение.

   Железное правило подобных мероприятий - "кто остался, тот и платит" - в тот раз сильно выручило Казуму - заплатить в итоге хоть и пришлось, но не так уж и много - неплохо "догнались" с чужого стола. Гораздо меньше, чем он с ужасом ожидал.

   Вот поэтому бригадир и изображал лицом... всякое. Подзатыльники в ходе технологического процесса - это одно. А поднять руку на человека, которому нечего терять (и который в своей далекой Нихонии чему-то такому научился в плане прикладного членовредительства и может с легкостью валить с ног даже труженников железных дорог, в полтора раза тяжелее его самого) - совсем-совсем другое. Опасное и чреватое.

   Так что спустя час Казума уже входил в свою коморку на южной окраине Хабаровска. Бросил огромный рюкзак с "материальной компенсацией" в угол и прямо в одежде завалился на кровать... Вначале тяжело было привыкнуть спать на кроватях вместо привычных футонов, но хватило одной зимы, чтобы прочувствовать: да, кровать! И ничего, кроме кровати! К демонам эти ваши футоны - мерзните на них сами!

   В рюкзаке были две робы, безобразный, но крайне теплый и удобный мягкий ватник, грубые (но чрезвычайно крепкие) ботинки. Все это было выдано ему, когда он вышел на работу. Были даже две пары новеньких брезентовых рукавиц! "Чисто на всякий случай".

   Не в том он положении, чтобы оставлять все эти драгоценности в шкафчике раздевалки техперсонала после увольнения. А бригадир был не в том положении, чтобы препятствовать ему забрать все это добро. К тому же Казума сильно сомневался, что кому-то может понадобиться ношенная спецодежда уволенного работника... хотя, носил он ее всего месяц. Аккуратно носил.

   И охрана что-то такое сообразила по очень хмурому лицу молодого японца, бывшему явно не в настроении... И, да, один или два человека из охраны конечно же "упали на хвост" неделю назад, после того, как узнали, что молодого японца удалось развести на "банкет".

   Ну, хоть какая-то польза от этого дурацкого местного обычая!

   +++

   Смотрел я на официантку и не знал, о чем думать. В моем сознании Сай Нагава лупился головой в воображаемую стенку, а оба Олега сочувственно хлопали его по плечам.

   Девушка была... вылитая Какитцу! Вылитая! И даже повадки такие же! Ну, вот так же она себя вела перед своими первыми миссиями в Гантц - скромная, застенчивая, чуть испуганная, но любопы-ы-ытная... Пока Гантц ее не пообтесал и не сделал таким же отмороженным супербоевиком, как и меня.

   Ну, Гантц, сука такая, всех обтесывал. И убивал рано или поздно.

   В этот ресторан нас потащила Ирина. Обещала познакомить с "девушкой единственного мужчины, сумевшего заинтересовать нашего уважаемого жениха". Удивительно, как она умудряется так быстро собирать информацию - ведь всего сутки прошли с момента моего распоряжения-просьбы. Видимо, все ресурсы спецслужб местных отделений Рода отданы в ее руки. Да и местные спецслужбы тут со Сварогами очень-очень стараются дружить - до Москвы далеко, а многочисленные филиалы и предприятия Семьи - вот они, туточки.

   Значит, вот эта девушка - невеста Казумы?

   Следовало признать, вкус на женщин у Казумы отменный! Потому что Какитцу - милашка! Именно так - милашка! Невысокая, стройная (правда, местный вариант был худеньким и даже щуплым... ну так, извините, условия-то совсем другие!), с красивым правильным лицом... вот что значит смешение рас и хорошая порода! Не такая жгуче-красивая, как Ирина, не такая холодно-прекрасная, как Вика или Даша...

   Другая красота - японского разлива. В здешней Японии, так же, как и во всех остальных странах уже тысячи лет играются в увлекательную евгеническую игру "выведи лучшую породу человека". Странно, а откуда тогда в мире Гантца появилась моя Какитцу, если там евгеникой не занимались от слов "даже рядом"? К тому же там, в Японии Гантца, девушки не были столь поголовно-красивы, как здесь: ну, Какитцу, ну, Рейка, ну, Сакураока... Так, извините, вторая - поп-идол страны, а третья брала за счет шарма и бесстыжести.

   С другой стороны, я в местной Японии не был - может быть там с женской красотой дело обстоит не так радужно, как на материке, и именно так, как я помню по Японии Гантца?

   - Вы ведь японка?

   Я с трудом удержался от перехода на японский, пожирая взглядом знакомое до слез лицо официантки. Да и место для лингвистических упражнений не очень располагает: ушей в зале много (время бизнес-ланча), а мои девушки, при всех их достоинствах, японского не знают - будет крайне некрасиво выключить их из беседы. И, самое неприятное, чревато семейными осложнениями и надутыми губками.

   Яростно захотелось закурить. Аж скулы свело и во рту пересохло! И, как назло, какая-то компания солидных местных бизнесменов на диванах в углу пользовала кальян! Рука сама дернулась к плечу. Удивительные мои Вредины! Как-то поняли, в чем дело, и Вика под столом ловко шлепнула кругляшек никотинового пластыря мне на запястье.

   - Не совсем, сударь... - Пролепетала девушка, быстро пунцовея. - Папа - кореец, мама - японка.

   - А давно вы в Хабаровске,... простите, как вас зовут? - Стрельнув в меня глазками, поинтересовалась Ирина.