Столица - Руда Александра - Страница 52

— Я понимаю, — сказал граф. — Не скрою, мне было любопытно посмотреть на вас. Однако признаю, что с моей стороны было крайне эгоистичным не принять во внимание ваши чувства.

— В таком случае, поставьте мне отличную оценку по этикету, — сказала я.

— Не так быстро, Ола. — Блондин налил себе еще чаю. — Помнишь, ты мне услугу задолжала?

Я закатила глаза. Летом мне пришлось обратиться к Лиму с просьбой. Он помог нам разобраться с очень скандальным клиентом-аристократом, и я осталась ему должна.

— Вижу, помнишь. Пришла пора. После прохождения конкурсных испытаний ты поедешь к моим родителям в качестве моей невесты.

Я подавилась шоколадкой. Остальные парни сидели молча, и на их лицах не было удивления. Значит, Блондин это все спланировал заранее!

— Кого? — просипела я, как только смогла хоть что-то сказать. — В качестве невесты? Твоей? К твоим родителям?

— Именно, — потер руки Блондин. — Девушки, которые прошли все испытания, считаются лучшими в королевстве. Достойными женами для аристократов.

— Я, кажется, с ума схожу, — пробормотала я. — Я — и твоя невеста? У меня для тебя плохая новость. Я отказалась подписывать договор, согласно которому обязуюсь выйти замуж за аристократа. Я лучше за эльфа замуж выйду, чем за тебя!

— Ола, не заставляй думать, что ты законченная идиотка. Я не хочу на тебе жениться. Я вообще не хочу жениться. Но мои родители считают, что я должен. И грозятся… много чем грозятся.

— Деньги давать перестанут? — поинтересовалась я.

Блондин скривился.

— И это тоже. Но не в том суть. Я прихожу к ним со своей невестой, которая признана достойной в результате королевского конкурса, и тетя это подтвердит. — Ага! Тетя! Я так и знала! — Представляю тебя родителям, ты ведешь себя паинькой, все в умилении, и мы уезжаем в Чистяково.

— И твои родители ждут нашей свадьбы. Нет, я на такое пойти не могу.

— Да, они ждут, но, во всяком случае, на год они от меня отстанут, а потом я приеду и скажу, что ты, жестокая женщина, меня бросила, променяв на… кто у тебя там на повестке дня нынче? Тот барон, который так хотел попасть в эту группу экзаменующих? Или эльф? Это тот эльф, с которым ты на заседании гильдии артефактников целовалась, или уже другой? Я не успеваю отслеживать твоих мужиков. В любом случае, через год тебя точно кто-то отведет в храм Богини Рода, а я еще пару лет буду страдать от разбитого сердца.

— Твоя тетя меня не любит, — сказала я.

— Неудивительно, — ухмыльнулся Блондин. — Но это ей не помешает признать твои профессиональные качества. А счастье единственного племянника для нее важнее собственной неприязни.

— Ладно, — согласилась я. — Услугу я тебе действительно должна, только клянусь всеми Небесными Силами, Лим, за тебя замуж не выйду.

— Я тебе клянусь всеми Небесными Силами, Ола, что ты — последняя женщина на свете, на которой я хотел бы жениться. От тебя даже некромант сбежал. Нормальные люди рядом с тобой вообще дохнут, как комары от дыма.

Берган и брат Левана, слушая наш разговор, откровенно скалились, но благоразумно не вмешивались.

— Замечательно, — обиделась я. — И кто же это рядом со мной сдох? Ты, Блондин, не наглей, а то ведь терпение у меня небезграничное.

— Лим очень извиняется, — сказал граф. — Но ему действительно нужна ваша помощь.

Интересно, а почему он за Блондина заступается? Ах да, Лим как-то говорил, что они дружили с Леваном. Наверняка его младший брат знает Блондина чуть ли не с рождения.

— Я тебе поставлю отличную оценку за экзамен, — сообщил Берган, отставляя чашку с чаем. — Только с одним условием: сними с меня проклятие.

— Какое проклятие? — удивилась я и присмотрелась к его ауре повнимательнее. — А, вот в чем дело! Так ты же, дружочек, вздумал мошенничать на состязании, тогда как мы в свидетели жреца Госпожи Удачи призывали. А я, знаешь ли, являюсь верующей в эту богиню. И ты думаешь, что теперь хорошей оценкой отделаешься? В то время как твое умертвие меня чуть не убило?

— Оно к тебе даже прикоснуться не успело, — буркнул Берган.

— Теоретически оно меня могло убить с большой долей вероятности.

— Практически я живу уже два с половиной года с проклятием! — взорвался Берган. — Ты отомщена!

— Ладно, — смиренно согласилась я, — посмотрим, что я смогу сделать.

Мужчины подписали экзаменационный лист, я забрала остатки шоколадки, и мы вышли.

— Вы позволите на завтрашнем балу пригласить вас на танец? — спросил брат Левана.

— Э-э-э… — Да как же его зовут? — Хорошо, только я танцевать не умею.

— Но вы же хотите пройти испытание?

— Хочу.

— Соглашайся и не выделывайся, — посоветовал Блондин. — И я тебя приглашу, чтобы тетя поверила, какой страстной любовью я к тебе воспылал.

Стоило Лиму вспомнить о тете, как она тут же показалась в коридоре, по которому мы шли.

— Вы уже закончили? — удивилась она. — Так быстро?

— Зачем тянуть? Ольгерда продемонстрировала выдающиеся познания в этикете.

— Да? — удивилась пани ня Монтер.

— Да, — подтвердили граф и маг.

— Я полна скрытых талантов, — скромно сообщила я.

Блондин приобнял меня за талию.

— Мне очень, очень понравилась эта конкурсантка.

Пани ня Монтер не смогла скрыть ужаса. Однако дама снова продемонстрировала умение владеть собой.

— Хорошо, давайте ваш экзаменационный лист. Лим, тебя можно на минутку?

Я присела в реверансе и удрала в библиотеку. Надо было вчера домой ехать. Это была правильная мысль, жаль, что я к ней не прислушалась.

Глава 5

МУЗЕЙНЫЕ ЭКСПОНАТЫ

За ужином нам объявили, что завтра утром предстоит экскурсия в Королевский музей. Эта информация вызвала у Отто дикий восторг — билеты в музей стоят очень дорого, а нас везут бесплатно. Вечером состоится бал. Поэтому в наших комнатах заработает отопление. Эта новость вызвала безудержное ликование.

После конкурса по этикету нас осталось тридцать пять претенденток. Из «простых» девушек без аристократических корней — только я одна. Впрочем, я не обольщалась — если бы не соглашение с Блондином, мне тоже пришлось бы собирать вещи.

Кстати, комната во дворце меня очень разочаровала. Только и плюс, что отдельная туалетная, а так — все как в гостинице. Широкая кровать, шкаф, столик и стулья. Да, над кроватью был красивый балдахин, а у шкафа — резные дверцы, но я ожидала чего-то такого… такого… Этими впечатлениями я вечером поделилась с лучшим другом.

— Такое тут тоже есть, но не для нас, — сказал Отто, прислоняясь к батарее. — О, как же хорошо! Почему-то я был уверен, что в столице теплее.

— Все говорят, что в это время обычно в столице значительно теплее, а в этом году весна очень поздняя. — Я обняла вторую батарею. — Это работа погодных магов, я тебе говорю. Чувствуется в воздухе.

— Зачем? Чтобы выморозить девиц на конкурсе? Около сотни человек заболело, и это я еще бедных дуэний не считаю.

— Не знаю. — Я принялась раздеваться. — Наконец-то вымоюсь, как следует, а то уже чешусь.

— А я тебе говорил! — Отто помог мне расшнуровать платье. Вообще-то у меня не было ни одного платья с модной шнуровкой сзади, и до сих пор прекрасно справлялась со своей одеждой сама, однако полугном вошел в роль дуэньи и я не стала ему мешать. — Ты же маг, надо было нагреть себе душевую. Рианна для своей подопечной так и делала.

— Рианна куда более квалифицирована, — буркнула я. — А я уже давно бытовой магией не занимаюсь.

В дверь постучали. Отто нацепил вуаль на лицо и пошел открывать, да так и замер у полуоткрытой двери. Я стянула шнуровку на груди и пошла посмотреть, что же его так удивило.

В коридоре стол Блондин с букетом цветов. Лучше бы хьюдорского шоколада принес!

— Дорогая, — сказал он. — Кто это с тобой?

— Дуэнья. — Я оттерла Отто в комнату так, чтобы его было как можно меньше видно. — Профессор дер Кирхехаст подсобил с родственницей. Что ты хочешь, Лим, на ночь глядя?