Невеста каторжника, или Тайны Бастилии - Борн Георг Фюльборн - Страница 138

— Это не так?то легко сделать. К нашему счастью, у них пока нет ни лошадей, ни повозки. Не потащат же они клад на себе.

— Эти французы не так просты, как ты думаешь. Я слышал их разговор насчет лошадей еще в деревне. Они договорились с хозяином трактира, что тот пригонит им четверку лошадей с фургоном.

— А заметил ли ты, с какой подозрительностью смотрел на нас этот мушкетер? — продолжал свое Пьетро. — Он наверняка стоит на часах, охраняя золото, пока его главный подрядчик спит. Он человек военный, а потому принял все меры предосторожности.

— Мы убьем его! — убежденно проговорил Луиджи.

— Да–да, ты выстрелишь из своей задницы и сразишь его наповал, — насмешливо высказался Пьетро. — У меня есть план. У трактирщика над головой висит мушкет…

— Э, да это какая?нибудь старинная рухлядь. Он повесил его для красоты…

— А может, и для устрашения, — возразил Пьетро. — Место здесь тихое, разбойники бродят по дорогам. Если наведаются да приставят к груди нож, подавай, мол, всю выручку… На этот случай у него и мушкет под руками — снял со стены и начал палить.

— Что ж, давай попробуем, — согласился Луиджи. — Капитал у нас есть, да такой, каким кого хочешь соблазнишь.

И оба приятеля направились к стойке, за которой восседал трактирщик, щекастый толстяк с седыми закрученными усами.

— Что вам угодно, синьоры? — осведомился он при виде приятелей, которые облокотились о стойку и с жадным любопытством уставились на висевший над его головой мушкет.

— Нам угодно купить ваш мушкет, — бесцеремонно выпалил Луиджи, перекатывая в ладонях две золотые монеты.

— А зачем он вам понадобился? — подозрительно спросил трактирщик.

— Видите вы наших лошадей у коновязи? — вступил находчивый Пьетро. — Мы намерены заняться охотой, а ружья у нас нет.

— Нет–нет, синьоры, этот мушкет не продается, — проговорил хозяин поспешно. — Он мне и самому может понадобиться.

Реплика хозяина окончательно убедила приятелей в том, что ружье на стене пригодно для их целей. Луиджи положил обе монеты на ладонь и поднес их к самому носу хозяина.

— Видели вы это?

Трактирщик с любопытством стал разглядывать монеты.

— Ого! Да это испанские дублоны! — воскликнул он. — Старинные монеты, добротное золото. Вы хотите их продать?

— Нет, обменять, — снова вмешался Пьетро. — На ваш мушкет с порохом и пулями в придачу.

Глаза трактирщика разгорелись. Он понял, что ему предлагается выгодная сделка… Ведь на эти два дублона он сможет купить по меньшей мере два мушкета с припасом, притом новей и лучше. Однако как истый торговец он сделал вид, что колеблется.

— Я должен подумать, — объявил он. — Пойду посоветуюсь с женой.

— Да поскорей возвращайтесь, а то нам некогда! — крикнул ему вдогонку Пьетро. И вполголоса добавил, обращаясь к своему дружку: — Станет он советоваться с женой, как же. Ты видел, какие у него были глаза, когда он разглядывал монеты? То?то же! Увидишь, он сейчас же вернется и скажет, что согласен.

Так оно и случилось.

— Так и быть, забирайте мушкет, хоть жена и против. Вижу, вы люди почтенные. Как таким не угодить? — Он снял со стены ружье, достал из?под прилавка рожок с порохом и мешочек со свинцовыми пулями. И с видимым сожалением протянул все это приятелям. — Уносите его скорей, а то как бы я не передумал, — добавил он со смешком.

— Мы тоже можем передумать, — заверил его Пьетро, подчеркнув, что они не так просты и понимают, что хозяин совершил выгодную сделку.

— Бог в помощь, — напутствовал их трактирщик, когда они выходили. — Будете в наших краях, заходите еще вместе с моим дорогим мушкетом.

Приятели отвязали лошадей, взобрались на них и выехали на дорогу, которая змеилась по берегу Тичино. Река дышала влагой. Время от времени слышался плеск — то играла рыба или волны разбивались о перекат.

Лошади шли шагом, и приятели бросили поводья. Погонять животных не было нужды. В кромешной тьме они сами найдут дорогу, но ни за что не прибавят аллюр.

Между тем Виктор Делаборд, ненадолго забывшийся в чутком сне, вздрогнул и привстал на постели. Марсель по–прежнему крепко спал, но мушкетеру больше не спалось. Он начал прислушиваться к доносившимся до него снаружи звукам ночи. Казалось, вся природа погрузилась в глубокую дрему. Тишину нарушал только глухой шум реки, струившейся вдоль берегов, да редкие вскрики ночных птиц.

Беспокойство не покидало мушкетера. Ему казалось, что в эту ночь что?нибудь непременно должно случиться. А потому он потихоньку поднялся, сунул пистолеты за пояс и вышел на крыльцо. Слух и зрение Виктора были обострены, как это обычно бывает, когда ждешь опасности и не знаешь, с какой стороны она нагрянет. Все это во много крат усиливала окружавшая его непроницаемая тьма.

Вдруг он замер и напряг слух. Ему показалось, что вдалеке слышен конский топот. Потом снова все стихло. На всякий случай он вытащил один из пистолетов из?за пояса и взвел курок.

Ночь была безветренная, но неожиданно что?то зашелестело в кустах, окружавших их контору.

«О, черт подери! — напряженно подумал Виктор. — Если это какой?нибудь зверь, то он должен продолжать свое движение. А если…» Он привалился спиной к косяку и поднял пистолет. Виктор понимал всю тщетность своих приготовлений — небо заволокли тучи, и тьма была кромешная. Он мог стрелять только на звук, иными словами — наудачу.

Но вот в разрывах туч на миг показалась луна, и среди колеблющихся теней… Не показалось ли ему? Две человеческие фигуры, пригнувшись, крались к их убежищу.

Мушкетер весь подобрался. Невольно он сделал несколько шагов навстречу кравшимся людям. Он был убежден — это они, надсмотрщики… Не выкрикнуть ли их имена? Нет, надо подождать. Быть может, ему привиделось, и крадущиеся фигуры не более чем причудливая игра теней. Но если это они… Хорошо, что он вовремя удержался и не крикнул. Стрельба на крик в темноте может стать прицельной. С другой же стороны… Они, эти негодяи, должны знать, что разоблачены, что если они отважатся напасть, то получат отпор. А на следующий день об их нападении будет донесено властям…

В следующее мгновение под чьей?то ногой треснула сухая ветка. Сомнений не осталось. Они подкрадываются, они готовятся напасть. И у них наверняка есть оружие. Иначе эти негодяи не решились бы. Ведь им хорошо известно, что Виктор и Марсель вооружены…

«Зря я вышел вперед, — мельком подумал Виктор. — Надо было стоять на месте. И следовало разбудить Марселя».

Но возвращаться было поздно — любое движение тотчас выдало бы его. Он продолжал неподвижно стоять на месте, напряженно прислушиваясь, не выдаст ли злодеев какой?либо звук. И они, как видно, тоже выжидали, кто кого перестоит.

Наконец Виктор потерял терпение. «Была не была! — подумал он. — Выкрикну их имена. Пусть знают хотя бы, что они разоблачены». И, оставаясь на месте, он закричал:

— Пьетро, Луиджи, я вас узнал! По вас плачет виселица!

Это была роковая ошибка. В следующее мгновение прогремел выстрел, и яркая вспышка озарила темноту. Мушкетер рухнул как подкошенный — пуля попала ему в голову.

Однако дружки все еще медлили.

— Давай подождем, — прошептал Пьетро на ухо Луиджи. — Быть может, он притворился. Стоит нам высунуться, как он начнет стрелять…

— Наверняка притворяется, — шепнул Луиджи. — Если бы мы его ранили, он бы стонал.

Злодеям не могло прийти в голову, что мушкетер случайно был сражен ими наповал. Они затаили дыхание и терпеливо ждали. Их враг должен был как?то обнаружить себя. Но кругом по–прежнему стояла мертвая тишина.

Звук выстрела разбудил Марселя. Он приподнялся и осторожно позвал:

— Виктор! Проснись! Ты слышал?

Но его верный товарищ не отозвался. Марсель повторил свой оклик. И не слыша ответа, решил, что мушкетер крепко спит. Не зажигая свечи, он торопливо подошел к постели Виктора. Она была пуста и холодна.

Предчувствуя неладное, он ощупью нашел шпагу, вытащил ее из ножен и осторожно приоткрыл дверь. Не слыша никакого движения и уже сообразив, что случилось нечто непоправимое, он все же осторожно окликнул: