Край забытых богов (СИ) - Борисова Алина Александровна - Страница 82

— Мы больше не будем, — пытаюсь вторить ему я, но не выдерживаю, глядя на его покаянный вид, все-таки смеюсь. Сначала сдавленно, а потом все сильнее. Смеюсь, и не могу остановиться. Впервые с тех пор, как он вновь появился в моей жизни.

Он бросает на меня пронзительный взгляд, и в этом взгляде столь многое… Но тут автобус открывает двери, и Анхен тянет меня, все еще хохочущую, на выход. Мы вылетаем почти бегом, и на лице его тоже улыбка.

А потом долго целуемся на остановке, страстно, жадно, словно не в силах насытится. Словно и впрямь — всего лишь студенты, и не было ничего. Ничего, совсем! Всей той боли, кошмаров, смертей — не было. Это был просто сон, не со мной, не с нами. А мы — вот, гуляем. По городу. Просто гуляем. И этот город вокруг, залитый по-весеннему ярким солнцем, единственная реальность. Нет Бездны и вампирских земель за нею. Я там не была. Все не правда.

До университета мы не доехали, а потому дальше идем пешком, держась за руки, смеясь и временами целуясь. Словно где-то внутри меня прорвало плотину, и все светлые эмоции, чувства, все, что я заперла однажды за семью замками, вдруг вырвались, подхватив меня мощным потоком, закружив, сбивая с ног, лишая ощущения реальности. Мной владело просто сказочное чувство свободы, счастья и даже не любви, какой-то совершенно подростковой влюбленности, когда верхом блаженства кажется просто идти за ручку да целоваться на глазах изумленных прохожих.

А он подыгрывал мне, позволяя ощущать его мальчиком Антоном, позволяя не вспоминать о реальности. Просто чтоб слышать мой смех, как признался он мне потом.

— Погоди, но… куда мы идем? — несмелая мысль пробилась сквозь его поцелуи, и я решилась ее озвучить.

— В университет, — он взглянул чуть удивленно. — Сама ж вроде решила. За углом налево и второй поворот направо. Минут за двадцать дойдем. При желании. Или желания изменились?

— Да нет, я просто… Ты вроде сказал, сегодня выходной, а значит там все закрыто, пусто…

— Я вроде сказал? Ты у меня вообще мимо календаря живешь?

Только плечами пожимаю. С тех пор, как он вернул мне птичку — да, дни недели перестали иметь значение. А это было… пять дней назад? Или шесть? Зарубки на косяке не делала.

— Сегодня суббота, — пояснил с легким вздохом, оценив всю глубину моей неосведомленности в данном вопросе. — Так что жизнь кипит во всей полноте. Более того, у них на этой неделе конференция проходила, вчера должна была завершиться, но я позвонил, сказал, что возможно сегодня у них появлюсь, и они перенесли часть докладов и торжественное закрытие на сегодня. Полагаю, ты там увидишь очень много знакомых лиц.

— Ты сказал, что возможно будешь, и они все переиграли? — улыбаться уже не хотелось. Вспомнилось, что родной Светлогорск идеальнейшим местом на земле никогда не был. Все это раболепие перед вампирами вспомнилось, доходящее порой до абсурда, во вред себе. — И те, кто приехал из других городов, спешно меняли билеты на поезд, продлевали гостиницу…

— Да не интересовался я, если честно. Там организаторы есть эти проблемы решать, — Анхен тоже уже не улыбался, ответил чуть раздраженно. — Лар… — вздохнул. — У меня в прошлом году юбилей был… Семьдесят лет в должности куратора медицинского факультета. Отмечать планировалось в прошлом сентябре. Но, мудростью Владыки нашего, не вышло, — снова вздохнул. — А они обиделись, Лар. Они ждали, готовились. Для них это было событие, праздник… Нет, они так, конечно, не сказали и, возможно, даже не подумали. Сочли, что я скромно решил не бравировать достижениями, еще что-то в том же роде… Но горечь разочарования — она осталась… И потому они переиграли. Чтобы не ждать меня специально, и тем не обязывать непременно быть, но если я смогу зайти — то они все совершенно случайно на месте. А если не смогу — так они по делу собирались, а не тратили время зря… Они будут мне рады, Лар. Понимаешь, бывают такие люди, которые вампирам рады.

— Прости, — взяла его за руку. Двумя руками, обхватывая его ладонь. — Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто сложно вновь погружаться в прежнюю жизнь, и при этом не делать прежних ошибок… Ты тоже здесь год уже не был?

— Не довелось.

— Так идем, — решительно тяну его вперед. — Во сколько ты должен там быть?

— Да я не должен, Лар. Время не обговаривалось. Приду — прервутся. Я скажу пару слов, они пару ответных. Это нас не задержит. А потом поедем в Йорым. Или ты еще хотела в свой старый двор заглянуть?

— Не знаю. Хотела, но… Тяжело там. Гнетущее чувство, даже во сне. Двор есть, а дома нет. Вернее, дом-то стоит, просто теперь он чужой. И памяти нет. Про то, как я в этом дворе была. Понимаешь, в университете — ну, не помнят, и ладно, я там полтора года всего училась. Но там, где я росла, где меня все соседи знали…

— Они помнят, Лар. Всем память не изменить, да и зачем? Просто помнят, что ты в Новоград уехала. А потом и семья твоя туда же. Ближе к дочке. Ну а что нет вас там — так кто проверять станет? А если и станет… как найти? Нет и нет. Передумали. Или соседи напутали, и вы не в Новоград уехали, а в Старгород.

— Да, помню, Лиза тоже «уезжала» в Старицк, — универсальное решение проблем. Мало кто слышал о тех, кто ушел за Бездну. А вот знакомые, получившие работу в другом городе, найдутся у многих.

— Зато они тебя помнят, Лар. Пусть не близкие, пусть случайные люди, но ведь помнят.

И от этих слов становится теплее. День и так сегодня теплый, но еще и в душе… Я есть. Хоть для кого-то, хоть где-то, я — есть. Я жила, я живу, я существую!

— Будут спрашивать — расскажи про Новоградский институт, — добавляет он негромко, но настойчиво. — Это может быть важно. У них потом переспросят, я не зря тебя предупреждал.

— Я помню, Анхен. Я тебя не подведу, не волнуйся.

Он кивает. И мы идем дальше. Уже не веселясь, просто держась за руки. Не с мальчиком Антоном. Но с Анхенаридитом ир го тэ Ставэ. Вампиром, куратором, авэнэ. Врачом, профессором. Начальником. Моим непосредственным, когда-то… И рядом с ним, реальным, многогранным, неоднозначным, возникаю и я — студентка, практикантка, секретарша. Так боявшаяся стать спутницей. Когда-то… А сейчас… Сейчас я боюсь лишь, что этот день окажется слишком короток, и вместе с этим днем исчезну и я… Но ведь еще только утро, мы не так уж долго гуляем. Все еще впереди.

А город раскрывается нам навстречу, меня окружают запахи, звуки. Меня, вернее — нас, замечают люди. Пусть даже вскользь и лишь для того, чтоб разойтись на узком тротуаре. В моих снах они просто скользили сквозь меня. А сейчас… все было таким настоящим, взаправдашним, подлинным… Чувствуя, что слишком уж поддаюсь эмоциям, я сильнее вцеплялась в его руку, вздыхала глубже. И шла.

А университет не изменился ничуть. На спортивных площадках шли тренировки. Здесь играли в волейбол, чуть дальше в теннис. Вокруг футбольного поля бегали кросс. Кто-то шел нам навстречу, кто-то мимо, спеша от корпуса к корпусу. Большинство скамеек были пусты, но кое-где кучковались студенты, слышался смех, обрывки каких-то споров. Где-то сидели в обнимку пары, где-то самые ответственные (или самые одинокие) упорно штудировали книги.

Нас замечали. Вернее — замечали Его, вампира, шедшего со мной рядом. На территории университета светлейший куратор ауры не прятал. И потому оборачивались все. И мяч летел куда-то мимо, и бегуны сбивались с темпа, и разговоры обрывались. Все смотрели. Здоровались. Улыбались. А Анхен шел, держа меня за руку и приветливо улыбаясь им всем. Кивал на пожелания доброго дня, порой делал комплименты приветствовавшим его девам. Но при этом не снижая скорости уверенно вел меня к родному факультету.

А я еле сдерживала эмоции. Как все знакомо, как все неизменно. Давно ли мы приходили с ним так в универ из очередного похода «в город». Или шли вместе из корпуса в корпус. И он так же кивал, и здоровался, и улыбался. И это было так, само-собой, и в памяти-то особо не задерживалось. Да, он вампир, а я с вампиром, и все вокруг смотрят, и надо быть вежливой и доброжелательно-невозмутимой. А теперь… и ничего же не происходит, а я чуть не плачу.