Пособие по выживанию - Ветрова Ника - Страница 11

А потом ректор Вреднум понравился мне еще больше, потому что сказал:

— Ну, давайте, рассказывайте, у кого какие проблемы и кому что требуется.

Мне, безусловно, это очень понравилось, но говорить о своих трудностях я не решилась, и как оказалось, совершенно напрасно.

— Похмелье, — жалобно простонал тролль.

Ректор без слов подошел к нему, прикоснулся к зеленому лбу, произнес странное заклинание. Пахнуло озоном, лицо тролля разгладилось, и он выдохнул:

— Спасибо.

— Не за что, милейший, — как-то добро и по-отечески ответил ректор Вреднум.

На секунду в кабинете стало тихо, а затем поднялась эльфийка, протянула руки, и длинные рукава натянулись, открывая два брачных браслета. Эльфийских. Такие, если были одеты, то навечно, там очень сильная магия.

— Он меня на триста лет старше, — простонала эльфийка, — и пусть не урод, но отдать молодость тому, кому я даже не нужна…

— Понимаю, — улыбнулся ректор.

И оба браслета с тихим звоном упали на пол. По бледным щекам эльфийки заструились сверкающие ручейки слез.

— Ну-ну, дорогуша, не стоит, из-за мужиков вообще плакать нет смысла, — сказал Вреднум, протягивая ей носовой платок.

— Благодарю вас, — прошептала эльфийка. — О небо, вы спасли меня!

Следующим встал демон и прямо, без обиняков заявил:

— Смертельно проклят.

Ректор задумчиво покивал, пристально вглядываясь в высокого темнокожего представителя клана Несущих смерть, затем щелкнул пальцами. Огненное красное кольцо вспыхнуло над парнем, резко спустилось вниз, до пола, и исчезло. В тот же миг демон вздохнул полной грудью, преданно посмотрел на ректора, и…

— Не стоит благодарностей, — с улыбкой сказал Вреднум. — Вам, демонам, с благодарностью сложно, так что не стоит, я все понимаю.

— Ваш должник! — с чувством сказал демон.

— О, не разнесите мне полигон, и я уже буду счастлив, — заверил его ректор.

После чего окинул всех нас вопрошающим взглядом.

Встал гном и, запинаясь, сообщил:

— Родовой поисковый маячок, сам не сниму, а родичи…

Щелчок, и из серьги в ухе гнома выпал маленький драгоценный камешек, чтобы самоуничтожиться, едва достигнув пола.

— Век благодарен буду! — громким басом заверил гном. — Вот как есть целый век!

— Главное, раскопки близ скалы Мудрости не начинайте, — с улыбкой попросил ректор.

И вновь окинул класс внимательным взглядом. И каким-то немыслимым образом этот взгляд остановился на мне, после чего Вреднум негромко спросил:

— Ничего сказать не хочешь? Не стесняйся, я здесь, чтобы помочь, для нашего университета это стандартная практика. Ну же?

И вот как он понял, что очень хочу, только стыдно и неудобно как-то. Но сейчас, когда ректор пристально смотрел на меня, я не выдержала и призналась:

— Защиту от вызова по ауре…

Очень хотелось, чтобы господин Вреднум сейчас щелкнул пальцами или еще чего-то сделал — и все, спать можно спокойно, но ректор нахмурился. Затем подошел ко мне, простер руку над моей головой, прикрыл глаза. Несколько долгих минут стоял так, все даже заволновались, а после грустно сказал:

— Снять не смогу, ведьмочка, прости. Тот, кто наложил, силен очень, да и связь прямая установлена.

И мое сердце ухнуло куда-то вниз.

— Однако, — продолжил Вреднум, — там, где нельзя пройти прямо в ворота, всегда имеется шанс проползти сквозь щель в заборе. Здесь прореха тоже есть, маленькая, но есть.

И Вреднум полез в один из своих карманов, ковырялся долго, все чего-то искал, а потом извлек лунный камень на тонкой серебряной цепочке.

— Вот, — сказал он, протягивая мне украшение, — носи не снимая, и как только вызовет боевик этот, сожми кулон, и связь разорвется без возможности восстановления часов на девять. — Старик подмигнул мне и добавил: — Как раз хватит времени, чтобы выспаться.

Дрожащими пальцами я взяла кулончик, сжала в ладони на миг, ощутив холодок лунного камня, а затем поспешно надела и выдохнула искреннее «Спасибо».

— Не за что, ведьмочка, — ответил господин Вреднум и обратился ко всем присутствующим: — Зло пожаловать в Университет вредной магии, единственный в своем роде и позволяющий своим адептам раскрыть все скрытые возможности. Для начала получите карты!

И перед каждым из нас на столе появился свиток.

— Откройте, — по-отечески посоветовал ректор.

Торопливо раскрыв, я увидела стандартную план-схему, которая отражала это здание и соседние территории.

— Для того чтобы понять, как работает карта, произнесите место, куда бы вы хотели сейчас попасть.

Думали мы недолго, но первым был тролль:

— Столовка, — басом выдал он.

И тут же на карте вспыхнул красный крестик, над которым загорелась надпись «Столовая. Студенческий зал», и от него неподалеку второй крестик, над ним «Кабинет начального ознакомления», то есть наш кабинет, затем на карте красным пунктиром высветился маршрут и зеленой стрелочкой этот самый тролль.

— Как видите, все просто, — сказал ректор. — Но у карты много возможностей: к примеру, если у вас неприятности, достаточно произнести «Потайные ходы».

И в тот же миг на наших картах отразилась схема ближайших к нам потайных дверей — семь штук только в этом кабинете!

— Еще одна возможность — доступ к расписанию, — продолжил объяснять ректор. — В данный момент эта функция не работает, так как вы еще не выбрали факультет, но едва начнете обучение, всегда будете в курсе расписания. На этом, дорогие студенты Университета вредной магии, наша сегодняшняя встреча завершается, но помните — двери моего кабинета всегда будут открыты для вас.

И ректор, одарив нас всех теплой улыбкой и понимающим взглядом, вскинул руки и исчез в появившемся дыму.

В тот же миг в кабинете раздалось хоровое «Моя комната» и одиночное «Столовка», потом все встали и пошли в разные стороны. Лично мой красный крестик загорелся на пятом этаже одной из северных башен, так что путь предстоял неблизкий, хорошо хоть карта позволяла точно отслеживать свое местоположение.

Идти пришлось долго — один длинный коридор, второй, после винтовая лестница до самого верха, столь крутая, что я, стоя внизу, смотрела на это чудо, запрокинув голову, и всерьез размышляла, что будет, если я прямо тут спать лягу. Но поднялась, как говорится — глаза боятся, а ноги шагают.

Дошагали до места назначения, гудя и побаливая, но едва я подняла голову, замерла, с трудом сдерживая слезы. Потому что на двери сияла надпись:

«Зло пожаловать, студентка Григорьева. Это ваша комната на ближайшие пять лет. Здесь вы найдете кровать, душевую кабинку, совмещенную с санузлом, шкаф и стол. Мы рекомендуем вам для занятий использовать тринадцать обширных библиотек нашего университета, а для приема пищи — исключительно столовую, но так как вы прибыли только сегодня и едва держитесь на ногах, завтрак ожидает вас в комнате.

И еще раз — зло пожаловать! Надеемся, у нас вам будет отвратно!

Администрация».

Дрожащими пальцами открыла дверь, вошла и едва не села от удивления — здесь уже были мои сундуки и две котомки, удобная одноместная кровать оказалась застелена темно-бирюзовым шелковым покрывалом, на тумбочке аккуратной стопкой лежали сложенные полотенца, ночная рубашка. На постели — ученическая форма, под ней туфельки и чулки. А на столике у окна, из которого открывался чудесный вид на цветущую холмистую долину, на серебряном подносе имелись: заварник с чаем, маленький, на чайном блюдце — тортик, поджаренные хлебцы с медом, сметана, чашечка с моим именем «Стася» и вообще…

Потрясенная, растроганная до глубины души ведьма села прямо на пол и заревела, наверное, впервые в жизни от невыразимой радости и огромной благодарности. Я не могла поверить, что после всего меня ждет нечто такое.

Да к демонам диплом, я хочу здесь учиться! Я действительно хочу здесь учиться, здесь потрясающе!

С этими мыслями позавтракала, после искупалась и, вернувшись из душевой — маленькой круглой кабинки, в которой вода ведрами лилась сверху с промежутком в одну секунду, — я взялась за ночную рубашку, оставленную для меня, и… передумала. Куда я попаду, стоит заснуть, — дело известное, а тут на рубашке эмблема университета…