Пособие по выживанию - Ветрова Ника - Страница 42

— Интима побольше, — поздоровалась за всех оборотней Киса.

Чуть не вякнула «за что?», но вовремя прикусила язык и села на скамью, едва Райса пододвинулась. Метла бодро пропрыгала к стене, туда, где и остальные метлы сгрудились и, судя по всему, сплетничали.

На завтрак имелись пироги, пирожки, куски отварного мяса, которые предпочитали оборотни, чай в самоваре, шипящем прямо на нашем столе, и ароматные калачи. Я взяла одну из перевернутых кверху дном чашек, подошла к самовару, налила себе чаю и не сразу заметила, что за столом нашим, да и вообще в столовой, тихо так стало. Стою себе, чай лью, о том, чего в него положить — сахар, мед али варенье — размышляю, и тут позади бас такой:

— В списке кандидаток распишитеся, леди Харг.

Чай едва не выронила — один из оборотней, проявляя звериную реакцию, успел перехватить и укоризненно глянул на меня, обжегшись.

— Извини… э-э…

— Этир, — представился парень.

— Извини, Этир, — улыбнулась я.

— Флиртовать кончай, замужем вроде как, — напомнил Герак.

Исключительно из вредности очаровательно улыбнулась оборотню и поинтересовалась:

— Что вечером делаешь?

— Сваливает из универа во имя сохранения жизни, — хмыкнул черт. — Григорьева, ты не шути так, Владлен Азаэрович может и воспитания ради замуж взял, но у нас, чертей, с собственностью строго — за свое убиваем на месте.

Оборотень весело подмигнул мне, я ему и после развернулась к черту.

А выглядел Герак знатно — под глазом синяк, и даже шерсть не скрывает, рожа расцарапана, на плече клок шерсти вырвали, хвост в помаде. И вот что на хвосте помада делает, мне стало очень интересно. Проследив за моим взглядом, студент мрачно ответил:

— Утешал претенденток, платки закончились, пришлось перейти на подручные средства.

— Сопли, слезы, все такое, да? — уточнила я.

— Проверка женских навыков и умений, всю ночь проверяющим отпахал, на женщин теперь вообще смотреть нет желания, — мрачно ответил Герак.

— Силен, — хмыкнул кто-то из оборотней.

— Не в этом плане, — с отвращением ответил Герак, — привлек их к уборке… Дуры, дорвались до экспериментального самогона…

Решила, что надо пойти посмотреть, что там теперь в общежитии творится.

— Список, — прорычал Герак, едва я устроилась с куском калача и чаем.

— Поесть дай, — потребовала раздраженно.

Черт сел рядом, отчего вся скамья жалобно затрещала, и грустно попросил:

— Чаю налей.

Мне не трудно, встала, налила.

— Сахару четыре куска, — совсем жалобно попросил Герак.

И мне его реально жалко стало, потому все поставила, чашку передала и даже булочку маслом ему намазала.

— Варенье, — протянул мой несчастный, жизнью побитый враг.

С нежностью и любовью варенье поверх намазюкала, протянула.

— Спасибо, — Герак забрал у меня сдобу, — добрая ты, Стаська.

Да, я добрая, даже кивнула.

— Доброта тебя и погубит, — добавил вреднющий черт и с самым наглым видом принялся завтракать.

Хмуро глянув на него, я тоже есть начала. И вот сидим, жуем, никого не трогаем, а из-за соседнего после домовых стола такое ехидное хихиканье раздается. Ну, мы повернулись, а там феечки чего-то ржут, пальчиками в нас беспардонно тыкают и… ржут дальше.

— Это они о чем? — поинтересовалась Райса у одного из оборотней.

Я вот думаю, с чего бы, а оказывается, ведьмочка уже знала об отменном слухе наших друзей.

— Обсуждают интимные отношения Стаси и Герака, — пояснил Этир.

— Конкретно царапины на спине у черта, — добавила Киса.

Я удивленно на нее глянула, а девушка меланхолично расставила все по местам:

— Фейки — тупые, мозгов не хватает понять, что царапины на таком собрании мха способна от страсти оставить только демоница, у вас, ведьм, банально ногтей не хватит.

Все разом повернулись к Гераку, тот, поперхнувшись чаем, прокашлялся и сипло пояснил:

— Говорю ж — после вчерашнего на баб смотреть сил нет, пошел снимать стресс к тем, у кого не бывает пьяных истерик.

— У демонесс бывают, — авторитетно заявил один из оборотней.

Из всего этого я поняла, что глубоко не в теме местных отношений между полами.

— С фейками разберусь, — хмуро решил Герак.

— Интересно, как? — проявила любопытство Кларисса.

Черт глянул на всех нас, потом на метлы, потом хмыкнул и спросил:

— Вы быстро жрать умеете?

— Ты определись: «с фейками разберусь» или «на коленях буду просить ведьм о помощи», — жестко усмехнулась Ханна.

Герак формулировку проглотил, помолчал, некоторое время смотрел в свою чашку и вдруг поднял на нас совершенно невероятные, такие большие и просительные глаза, которые сделали бы честь любому самому милому песику, и спросил:

— Вы же мне поможете?

Нет, правда, если бы он на меня так сразу посмотрел, я бы не задумываясь им все бумаги на заселение подписала. И это я, которая чертей ненавидит, что уж говорить об остальных ведьмочках. Ничего удивительного, что, наскоро покончив с завтраком, мы смылись выполнять коварный план Герака — перетаскивать на метлах мешки с мусором из чертового общежития в общежитие фей… И то, что мешки сами там порвались… не сразу, а с нашей помощью, это вот правда — чистая случайность. Но когда мы покидали место преступления, на потрясающую вонь уже летели все местные мухи — да, у чертей тоже есть своя магия. А я как-то даже не сообразила, почему при имеющемся мусорном завале в чертовом общежитии мухи не роились, оказалось — магия.

В результате на пары мы все явились с мокрыми после поспешного душа волосами, довольными улыбками, и да:

— Слышали, как фейки вопили? — поинтересовалась Кларисса.

А то! Окна открытыми все оставили, причем исключительно ради этого.

— А вопль «Уберите муху с моей…»? — хихикнула Ханна.

Тот вопль весь универ слышал.

Ну да, нам, суровым ведьмам Диверсионного факультета, все нипочем. Мы дело свое правое совершили, вселенскую справедливость восстановили и на пары отправились в мокром — высохнуть все же не успели, — но приподнятом настроении.

И вот, залетели в радушно распахнутые кем-то двери, чинно рядком приземлились, метлы в углу сложили, пусть дальше сплетничают, по местам разошлись, к доске повернулись, а там…

— Как понимать вашу выходку с феями?! — прошипела взбешенная Мара Ядовитовна.

Наш преподаватель — ведьма, хмыкнув, отвернулась к окну, сделав вид, что ее тут не наблюдается, а секретарь зама ректора продолжила:

— Да вы хоть понимаете, что будете наказаны?!

И тут я осознала, что Мара Ядовитовна, может, и страшная, но вот коварства ей явно недостает, потому как Кларисса, демонстративно зевнув, поинтересовалась:

— А что мы такого сделали?

Дальше я поняла, что коллектив у ведьмочек уже вполне сложившийся и сработавшийся, ибо к разговору подключилась Ханна:

— Фей не трогали.

И добавила Светлана:

— После завтрака переоделись — и на пары.

Пауза.

Если честно, от ведьминской наглости у меня у самой ступор, а Мара Ядовитовна стоит, глаза сверкают, поганка на носу ядом наливается, аж сизой стала.

— Тогда объясните, почему вы все с мокрыми волосами? — прошипела кикимора.

Агата посмотрела на свою мокрую прядь так, словно вообще впервые видела, откинула назад и нагло ответила:

— Так после зарядки вспотели, оборотни за завтраком все носы зажимали, вот и вымылись ради уважаемой страшнейшей Эльвиры Жутковны. Уважаем мы ее очень.

Мара Ядовитовна медленно повернулась и уставилась на преподавателя. Ведьма пожала плечами и заметила:

— Доказательств нет.

— Доказательств-то нет! — вспылила кикимора. — А полное дерьма фейское общежитие есть!

Мы с трудом сдержали кривые ухмылки. Мара мрачно на нас глянула, после развернулась и сказала:

— Расследование поручили навам.

У всех ведьмочек резко настроение испортилось.

— Зла! — рявкнула кикимора и покинула нас.

Когда за ней закрылась дверь, ведьма-преподавательница задумчиво почесала переносицу и произнесла: