Лестница в небо. Том 2 (СИ) - "Laaren" - Страница 59

  Несколько секунд царило молчание, а потом я все же кое-как вытолкнул из себя слова:

   - Мда... Я думал, что человек, посоветовавший назвать ребенка в честь лапши - уникален, но теперь я вижу - отсутствие фантазии заразно! Вы подпали под дурное влияние бабули Цунаде! И я буду не я, если не поженю этих двоих - они должны ругаться друг с другом и обезопасить общество от своих жутких придумок!

  Мама хихикнула, а потом убрала улыбку и серьезно посмотрела на меня.

   - Ну что, успокоился? Больше не будешь переживать? Что ты так смотришь? Думаешь, я не вижу, что с тобой творится после того, как ты узнал про воскрешение? Айдо... Я не знаю, что ты натворил, добираясь к Риннегану, вряд ли что-то хорошее - бессмертие еще никому из людей не принесло добра... Но хочу, чтобы ты запомнил - не ошибается тот, кто ничего не делает, а человек определяется не тем, сколько и чего он натворил, а какую цену он готов заплатить, чтобы исправить свои ошибки. Так что не вздумай вытворять то же, что и Хатаке Сакумо! Мертвые - уже ничего не могут изменить, уж я-то знаю!..

  Кушина вдруг подняла голову, к чему-то прислушиваясь. На мгновение на ее лице отразилось недоумение, она несколько секунд удивленно рассматривала меня, а затем улыбнулась:

   - Айдо, твой отец уже заканчивает, он справился гораздо быстрее, чем рассчитывал. Ну еще бы, с такой-то помощью! Тебе пора, иначе ты рискуешь застрять здесь вместе с нами, а ты ведь жив... Но напоследок хочу тебе сказать - не вздумай жалеть, что Кьюби запечатали не в тебе! Иначе я бы не стала бабушкой такой замечательной внучки!

   - Откуда ты?!. - только и успел спросить я.

   - Только что познакомились. А теперь - иди!

  Она толкнула меня в грудь и я снова, в который уже раз за этот длинный день, рухнул в темноту...

  Интерлюдия.

  Такой бури чувств Наруто не испытывал еще никогда. Хотелось бегать, прыгать и орать от счастья, обнять весь мир и рассказать всем-всем-всем, что это, наконец, произошло... И одновременно - закрыть глаза, броситься вперед и молотить, молотить, молотить всеми руками и ногами, неостановимо и бесконечно, пока душащая его нестерпимая ярость наконец-то ней уйдет. Ибо перед Наруто, посреди какой-то белой бесконечности, во плоти, точно таким же, каким его рисуют на портретах, стоял Четвертый Хокаге. Тот, кто запечатал в Наруто Девятихвостого Лиса Несчастий - ужас и бедствие Деревни, Скрытой в Листве. Тот, кто на самом деле был - его отцом... И ведь ни одна собака не сказала! Вот он их всех, даттебайо! А новоявленного отца - первым! Наруто чувствовал, что одного удара под дых ему самому явно не хватало и рука просто чесалась отвесить еще - можно по печени. Но на мгновение - мелькнуло смутное воспоминание о каких-то тринадцати годах чьих-то братских подзатыльников и кулак сам собой разжался...

  Четвертый Хокаге, стоящий перед ним, что-то говорил, Наруто бездумно что-то отвечал... Ему даже не нужно было сосредотачиваться, его душа, так долго ждавшая подобного момента, сама по себе раскрывалась навстречу тому, кто решился выслушать. И как же жаль, что этот человек был уже мертв долгие семнадцать лет!..

  Можно ли простить того, кто лишил тебя единственного в твоей жизни учителя, ставшего одновременно и другом? Единственного, кто относился к Наруто не как к джинчуурики Кьюби, генину Конохи, малолетнему шалопаю - а как к человеку? Не старался все время опекать - но почему-то всегда находившемуся рядом? Любившему поиздеваться над мелким Наруто, и всегда добивавшемуся, чтобы Наруто понял - все это не более чем его собственные желания, не осуществленные только потому, что недостаточно сил, и последствия у них точно такие же? Того, кто научил его - быть самим собой, и верить, и идти вперед, и отдавать свою силу людям вокруг себя, и получать отданное обратно сторицей? Возможно ли закрыть глаза на стертую с лица земли деревню с теми, с кем прожил рядом всю свою жизнь? Именно поэтому у Наруто будто сам собой вырвался вопрос:

   - Четвертый... - Наруто все еще не мог полностью принять... полностью смириться и назвать этого человека словом, которое он так долго безмолвно повторял по ночам, глотая злые, отчаянные или просто одинокие слезы - 'отец'. - Скажи... Что мне делать?

   - Не знаю... даже я не знаю, что делать, чтобы преодолеть многолетнюю ненависть. Тебе придется найти ответ самому.

  И тут Наруто прорвало. Все, что так долго копилось в нем все, что бурлило в душе, все, что он когда-либо хотел высказать своему отцу, или Четвертому Хокаге, или тому, кто обрек его на эту судьбу, вырвалось в лицо человеку, удивительным образом оказавшимся всеми этими личностями одновременно. В одной фразе.

   - Почему?! Почему вы все постоянно вешаете на меня все дерьмо?! Сначала Лис, ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти?!. А теперь еще и это?! Каким образом я должен отыскать то, что не нашли Жабий Отшельник и Четвертый Хокаге?! Я не великий шиноби и никогда не был очень уж умен!..

  Неизвестно, сколько бы еще орал Наруто, но вдруг на его голову легла рука отца... и слега потрепала по волосам.

   - Однажды ты найдешь ответ. Потому что ты - мой сын!

   - Ты... правда думаешь, что я?.. Что у меня получится?..

   - Эй, - улыбнулся Минато, - родители всегда верят, что из дети способны на все! И, кроме того - ты будешь не один! Рядом с тобой всегда будет тот, кто сможет тебе помочь. И моей веры хватит на вас обоих!

   - Э-э?.. Что ты имеешь в?.. - пробормотал озадаченный Наруто, но Четвертый неожиданно нахмурился:

   - Мне пора. Чтобы поговорить с тобой, я потратил все резервы чакры. Я восстановлю печать, но это будет в последний раз. Будь осторожнее.

  Он протянул руку к животу Наруто, на котором до сих пор зияла идеально круглая черная дыра с засохшими потеками мерзкой темной кашицы. С такими дырами не живут, но... в конце концов, вокруг был его внутренний мир, а это был всего лишь символ. Символ его злобы и ненависти ко всем живущим. Наруто кинул вниз лишь один взгляд и тут же поднял глаза - смотреть на это было неприятно. Да уж, если бы он знал, к чему это приведет, он бы... Парень тряхнул головой - все равно бы это ничего не изменило, ведь Хината, она...

  Минато тем временем поднес руку к животу Наруто. На его лице сама собой возникла жутко серьезная и суровая гримаса. Он явно собирался сказать парню что-то важное

   - Лист вырастет снова... Теперь это в твоих ру... - но пафосные слова застряли у Четвертого Хокаге в горле, а выражение значимости смели расширившиеся от удивления глаза. Потому что дыра печати, будто выкрученная в животе Наруто гигантским коловоротом, вдруг задрожала и совершенно самостоятельно начала раскручивать витки, одновременно затягиваясь. Без малейшего участия со стороны, собственно, автора печати.

   - Эт-то что еще за биджево дерьмо?.. - пробормотал Минато, а Наруто не удержался и несолидно хихикнул - уж больно выражение лица Четвертого было похоже на воспитателей приюта, приходящих в себя после очередной выходки его доброго красноволосого друга... который до сих пор шляется неизвестно где!

  Минадо стремительно шлепнул ладонью по животу парня, закрыв рукой дыру, и замер, во что-то вслушиваясь, а удивление на его лице все росло и росло, поднимая брови куда-то к верхней грани протектора и вынуждая глаза расширяться так, что это уже было даже как-то неестественно для человека...