Библейский культурно-исторический комментарий. Часть 2. Новый Завет - Кинер Крейг - Страница 100

24:47–49. Исаия говорил, что в конце времен Израиль будет свидетельствовать перед Богом обо всех народах (43:10; 44:8) благодаря излитому на него *Духу (42:1; 44:3). Дух ассоциировался главным образом со способностью пророчествовать — говорить то, что внушает человеку Бог.

24:50. Священники поднимали руки, благословляя народ («Да благословит тебя Господь и сохранит тебя…»; Чис. 6:24–27).

24:51. О вознесении см. в коммент. к Деян. 1:9-11.

24:52–53. Многие дворы храма использовались для совершения молитвы. Древние авторы нередко «обрамляли» литературные произведения или отдельные разделы, начиная и завершая их одинаковыми картинами; Лука обрамляет все свое Евангелие, начиная и завершая его описанием событий, разворачивающихся в храме.

Евангелие от Иоанна

Введение

Авторство. Раннехристианские источники практически единодушны во мнении, что четвертое Евангелие принадлежит перу Иоанна. В самом Евангелии сказано, что оно является свидетельством очевидца (19:35), который, судя по содержащимся в тексте указаниям, был «любимым учеником», — определение, наиболее соответствующее Иоанну, сыну Зеведееву, известному по другим Евангелиям. Доказательства авторства Иоанна, приведенные богословом XIX в. Б. Ф. Уэсткоттом (основанные на содержащемся в самом тексте утверждении, что он написан очевидцем событий, а также на других текстуальных свидетельствах, позволяющих свести число возможных авторов до одного из членов ближайшего окружения Иисуса), не потеряли своей силы и поныне, хотя они не убеждают некоторых современных богословов. (В качестве примирительного решения была выдвинута гипотеза, что это Евангелие составлено представителями «школы» Иоанна по материалам, которые передал им Иоанн; у большинства известных учителей были ученики, которым они передавали свои знания.)

Археологические открытия, совершенные в XX в., дали дополнительное подтверждение соответствия материалов четвертого Евангелия культурно-исторической среде палестинских евреев, в которой жили Иисус и Иоанн. Наиболее серьезные возражения против принадлежности этого Евангелия Иоанну касаются, во-первых, времени написания и, во-вторых, существенных отличий этой книги от других дошедших до нас Евангелий. Возражения, построенные на хронологической основе, сводятся к тому, что в период создания этого Евангелия сыну Зеведееву было более восьмидесяти или девяноста лет. Однако это довод едва ли можно считать убедительным; хотя немногие доживали до глубокой старости, самая высокая смертность была в то время среди детей в первые годы жизни. Тот факт, что один из апостолов дожил до девяноста лет и испытал в конце жизни настоятельную потребность записать опыт своего общения с Иисусом, представляется вполне вероятным. Возражение, основанное на том, что Евангелие от Иоанна существенно отличается от Евангелий, написанных Матфеем, Марком и Лукой, — более серьезно, но и оно потеряет свою убедительность, если предположить, что Иоанн представляет независимое свидетельство об Иисусе, записанное в присущей ему манере.

Хотя в древности и существовали литературные произведения, вышедшие под *псевдонимом, они скорее заявляли о своем предполагаемом авторе, чем косвенно указывали на него. Если мы не намерены отстаивать подразумеваемое использование имени Иоанна неким неизвестным автором, то должны признать, что свидетельство самого текста об авторе-очевидце остается в силе. По этой причине я считаю, что четвертое Евангелие заявляет о своем авторе более убедительно, чем остальные Евангелия, авторство которых в конечном счете подтверждается лишь церковной традицией, внешней по отношению к самому тексту.

Дата написания. Раннехристианская традиция утверждает, что это Евангелие было написано в 90-е гг. 1 в.; более поздняя дата отпадает (вопреки мнению некоторых богословов XIX в.), поскольку обнаружен фрагмент рукописи этого Евангелия, датируемый началом II в. Высказывались предположения и о 60-х гг., но большинство исследователей считают датой написания 90-е гг., что лучше согласуется не только с обрисованной ниже исторической обстановкой, но и с предполагаемым контекстом Книги Откровение, которая связана с теми же христианскими кругами, что и четвертое Евангелие.

Место написания. Поскольку Иоанн постоянно ведет ожесточенную полемику с фарисеями, резонно предположить, что его Евангелие было написано в Галилее или в Сирии, где в 90-е гг. I в. столкновения христиан с иудейскими фарисеями были наиболее вероятны.

Однако церковная традиция настойчиво утверждает, что Иоанн жил в Эфесе, хотя был родом из Палестины и, вероятно, поддерживал отношения со своими земляками, чтобы быть в курсе происходящих там событий. Две из семи церквей в Книге Откровение сталкиваются с теми же проблемами, которые обсуждаются в Евангелии от Иоанна: Смирна (Отк. 2:9,10) и Филадельфия (3:7–9). Вероятно, церковь в Смирне — центр распространения и изучения наследия Иоанна в последующие десятилетия — и была его главной аудиторией. Не исключено, что Евангелие от Иоанна имело хождение в той или иной форме как в Галилее, так и в этих церквах Малой Азии (на западе совр. Турции).

Историческая обстановка. После 70 г. большинство религиозных группировок в Палестине распалось; главенство в религиозной сфере постепенно приобрели *фарисеи, влияние последователей которых стало в конце концов определяющим среди евреев всего Средиземноморья. Они вступили в решительную борьбу со своими главными соперниками — иудео-христианами, и (согласно наиболее достоверному толкованию имеющихся свидетельств) даже добавили строчку к своей традиционной молитве с проклятиями в адрес сектантов, к числу которых они среди прочих относили иудео-христиан. Непримиримо враждебное отношение Иоанна к фарисеям, отчетливо выраженное в его Евангелии, свидетельствует о том, что их противодействие было проблемой, с которой сталкивались и его читатели.

После войны 70 г. н. э. евреи в Римской империи стремились всячески дистанцироваться от разного рода сект, проповедующих *Мессию и *Царство и возвещающих пророчества. Христиане, бывшие приверженцами Иоанна (и его читателями), третировались руководителями местных *синагог, которые ставили под сомнение их иудейскую сущность из-за веры в Иисуса как Мессию и носителя Царства. Римские власти также с подозрением относились к людям, которые отказывались поклоняться императору, не будучи иудеями (см. обсуждение этого вопроса во введении к коммент. к Книге Откровение). Иоанн пишет свое Евангелие, чтобы воодушевить этих иудео-христиан и внушить им уверенность, что вера в Иисуса — истинно иудейская, и что именно их противники неверно истолковывают библейский иудаизм.

Жанр. О *жанре Евангелий в целом см. введение к Евангелиям в настоящем комментарии. Хотя все четыре Евангелия можно отнести к разряду древних биографий, этот жанр был достаточно емким, чтобы вмещать в себя произведения, значительно различающиеся между собой по стилю. Так, например, Лука пишет как древнегреческий историк; частое обращение Матфея к *Ветхому Завету свидетельствует о его интересе к библейскому толкованию истории. Но у Иоанна, по-видимому, самое «разъяснительное» Евангелие из всех, что признавали еще Отцы ранней Церкви.

Специального комментария заслуживают также проповеди Иисуса в этом Евангелии. Стиль речей Иисуса отличается здесь от стиля Его высказываний в трех других Евангелиях; в этом отношении целесообразно отметить, что древние писатели специально обучались искусству парафразировать (пересказывать своими словами) чужие речи и высказывания. Некоторые исследователи также утверждают, что Иоанн передает слова Иисуса, сообразуясь с ситуацией, в которой находились его читатели, под водительством *Духа; еврейские учителя и рассказчики часто импровизировали на темы ветхозаветных повествований, излагая их языком, наиболее понятным слушателям. Речи Иисуса в Ин. 3—12 в основном отражают столкновения с иудейскими религиозными властями, и потому в них используется весь арсенал аргументов, применявшихся в *раввинских диспутах. В целом, однако, Евангелие от Иоанна остается Евангелием — древним жизнеописанием Иисуса.