Библейский культурно-исторический комментарий. Часть 2. Новый Завет - Кинер Крейг - Страница 163

28:23–27. Цитаты Павла из Ис. 6 составляют самую сердцевину главной темы Книги Деяний: неприятие *Мессии избранным народом на фоне Его широкого признания среди язычников не противоречит библейскому пророчеству, а подтверждает его истинность.

28:30. Через два года Павла должны были освободить — при условии, что его противники не явятся в Рим с новыми обвинениями или не пошлют на негодоносы. Позднее Павел снова был арестован и обезглавлен, но для Луки этот правовой прецедент важен как пример строгого соблюдения закона в противовес злоупотреблениям, начавшимся во времена тирании Нерона. В ряде древних писаний повествование резко обрывалось; Лука, следуя образцу еврейских и христианских авторов (но в отличие от большинства греков), хочет закончить свою книгу на оптимистической ноте.

28:31. Судя по тому, что Павлу удалось проповедовать под самым носом у преторианской гвардии, римский закон не чинил особых препятствий христианам, пока не началось их преследование по политическим мотивам во времена Нерона. Представленная Лукой юридически и философски обоснованная апология христианства подготавливает почву для защитников христианства во II в. и служит надежным ориентиром поборникам христианства в современном обществе.

НОВОЗАВЕТНЫЕ ПОСЛАНИЯ

Введение

Риторика. Древние авторы, владевшие эпистолярным искусством, придерживались общепринятых правил *риторики — науки об ораторском искусстве, или красноречии. Греческое высшее образование обычно включало обучение риторике, хотя некоторые студенты предпочитали изучать философию. Те, кто мог себе это позволить, учились чтению и письму под руководством «грамматика» с одиннадцати или двенадцати лет, и лишь немногие продолжали обучение после восемнадцати лет у «софистов», или риторов.

Риторика была незаменимым инструментом политиков, юристов и других общественных деятелей, мерилом образованности высшего класса. Совершенствование в риторике включало такие дисциплины, как подражание речам знаменитых ораторов, композиция, декламация, импровизация на заданную тему, жестикуляция, техника цитации и т. д. Те, кто не получил специального образования, учились, слушая ораторов, а при желании вникнуть в этот предмет глубже, имели возможность выбрать из множества разнообразных учебных пособий.

Риторические жанры. В риторике выделяют три основных жанра: эпидейктическое (эн-комиастическое) восхваление или осуждение кого-либо в настоящем; дидактическое увещевание кого-либо действовать надлежащим образом (нацеленное на будущее) и судебное красноречие (имеющее своим предметом действия в прошлом). Попытки привязать послания Павла к конкретному риторическому жанру обычно остаются неудачными, поскольку на практике в его посланиях могут присутствовать все риторические формы.

Послания. Послания подражают устным формам риторики. Риторы разделяли свойственную греческой учености склонность к классификации и создавали руководства по составлению различных видов писем: обличительных (напр., Послание к Галатам), дружеских или семейных, эстетических (для узкого круга ценителей), официальных и писем-эссе. Большинство *новозаветных посланий (за исключением Послания к Филимону, Второго и Третьего посланий Иоанна и Послания Иуды) имеют довольно большой объем даже по нормам эпистолярного жанра того времени; некоторые же из них чрезвычайно пространны (в оригинале они насчитывают около 71 тыс. слов, тогда как у *Цицерона в среднем около 300, а у *Сенеки — около 1 тыс. слов).

Риторика в новозаветных посланиях. Поскольку некоторые риторические правила были просто частью литературного языка того времени, многие авторы, и среди них Павел, могли недооценивать собственное риторическое мастерство. Вместе с тем, для современного читателя весьма важно почувствовать и свыкнуться с различными формами публичных выступлений и использовавшейся при этом системы аргументации, чтобы понять риторические приемы, которые применяли новозаветные авторы. Павел, несомненно, в большей степени был озабочен использованием надлежащих технических приемов риторики в своих самых официальных посланиях (напр., в Послании к Римлянам) или в тех случаях, когда обращался к высокообразованному читателю (напр., в Первом и Втором посланиях к Коринфянам), — соответственно, и я буду рассматривать риторику этих посланий более детально, чем других.

Цель посланий. Некоторые послания предназначались для дальнейшей публикации и широкого распространения даже в тех случаях, когда они были личными. Статус ветхозаветных пророческих посланий (2 Пар. 21:12–15; Иер. 29; 36; ср. также: Отк. 2, 3) свидетельствует о том, что в среде евреев они могли рассматриваться как богодухновен-ные, если были продиктованы пророком (1 Кор. 7:40; 14:37).

Письма-эссе в большей степени напоминали трактаты, содержание которых определялось интересами автора, а не вопросами, волнующими читателей. Большинство посланий, однако, были сфокусированы на злободневных темах; древние теоретики эпистолярного жанра подчеркивали, что содержание посланий должно отвечать интересам читателей; вероятно, все дошедшие до нас послания Павла (включая и Послание к Римлянам) имеют своей целью разрешение тех или иных конкретных проблем.

Стандартные формы писем. Для изложения различных стандартных тем (ныне обобщенно именуемых topoi) существовали различные типы писем. Риторы разработали образцовые формы писем, чтобы ораторы и писатели могли наилучшим образом приспособить свои речи и послания к конкретным ситуациям. Так, например, в древних «утешительных письмах» повторялось несколько основных формул, подобных тем, что используются ныне в современных письмах с выражением соболезнования, на эпитафиях или в надгробных речах. Но ораторы уровня Цицерона подчеркивали, что важно не простое выражение чувств в общепринятой форме, но сопереживание. Информацию о вступлении и заключении посланий см. в коммент. к Рим. 1:1–7, 16:21–24 и 25–27.

Чтение посланий. По некоторым оценкам, грамотных в римском мире насчитывалось около 10 процентов; хотя умеющих читать было больше, чем умеющих писать, и в городах уровень образования был выше, чем в сельской местности, многие члены общины не умели читать. Читали, как правило, вслух, даже если для себя; в *церквах, к которым были адресованы послания Павла, их читали вслух во время служения, вероятно, те же люди, которые обычно читали отрывки из Писания.

Как понимать послания. Послания первоначально не были разделены на главы или стихи (это было сделано позднее); таким образом, послание необходимо читать целиком, чтобы проследить ход мысли автора, и никогда не вырывать слова из контекста. Для древних читателей главным было понять намерение автора послания, а обстановка, в которой они жили, была им хорошо известна. Нам же необходимо в первую очередь представить ситуацию, которая побудила автора написать то или иное послание, а затем попытаться проследить за его мыслью, читая послание с учетом всего его контекста.

Собрания посланий. Иногда письма известного человека собирали и хранили для дальнейшего опубликования. Послания Павла были собраны после его смерти, но, возможно, уже в конце I в. — по мере того как местные церкви делились друг с другом своими сокровищами.

Некоторые проблемы, связанные с посланиями. Поскольку большинство посланий связано с конкретными ситуациями, в них могут встречаться сходные фразы и выражения при описании совершенно разных проблем. Большинство авторов были эклектиками в философском отношении и черпали из самых разных источников; даже *Свитки Мертвого моря свидетельствуют, что одни и те же читатели могли воспринимать различные виды религиозного языка (закон, ритуал, апокалиптика, гимны и т. д.). В этой связи трудно доказать отсутствие единства в языке и стиле автора или утверждать наличие очевидных богословских противоречий, основываясь на различиях в посланиях Павла или в других раннехристианских посланиях.