Битва Стихий (СИ) - Дженкинс Кассандра - Страница 37

Тишина взорвалась десятками кашляющих, задыхающихся и фыркающих. Кругом были пандарены. Она видела, что некоторые уже выбрались на покрытый травой берег. Кейган-Лу был среди них. За их спинами возвышался непроглядный лес, в некоторых места он спускался к самой воде.

Тарион, где же Тарион?

— Мама!

Она поплыла на звук его голоса.

— Я тут!

Драконы не плавают, улыбнулась Джайна, когда увидела его, неловко барахтающегося в изумрудной зелени. Берег был недалеко, и она помогла сыну доплыть. Вместе они опустились на траву рядом с остальными. Джайна оправила мокрые волосы, поглядела с улыбкой на Тариона.

— Ты знаешь, где мы оказались? — спросила она.

— Кто вы? — раздался голос позади них.

Джайна обернулась.

Таурен и ночной эльф с удивлением взирали на пандаренов. Оба были облачены в доспехи и вооружены. На их груди красовались зеленые накидки со знакомым гербом, но Джайна не сразу его вспомнила. Впрочем, дружба различных рас Азерота была хорошим знаком. Если только, по иронии Нептулона, они не угодили в Азерот из другого измерения.

Джайна поднялась к ним на встречу. Им должно показаться, что безоружная, в простом платьем она не представляет для них никакой угрозы.

— Мир вашему дому. Меня зовут Джайна Праудмур. Я бывшая правительница Терамора, член Альянса.

Пандарены перестали интересовать стражу. Оба разглядывали ее с ног до головы, ничуть не стесняясь.

— Мы считали, вы погибли, — наконец сказал ночной эльф. — Даже с помощью Изумрудного сна Верховный друид не смог отыскать вас.

— Верховный друид Малфурион? — решила уточнить Джайна. И после кивка таурена сказала: — Туманы Безвременья, которые окружали остров, делали Пандарию не доступной даже для Изумрудного сна. Это пандарены. И мы чудом избежали гибели… Скажите, где мы? Наша телепортация была несколько непредсказуема.

— Вы оказались на Лунной Поляне, леди Праудмур. А этот юноша с вами или с пандаренами?

Джайна посмотрела на сбитых с толку друидов и подумала, что друидов ждет еще много, очень много неожиданных сюрпризов. Интересно, если Нептулон перенесся вместе с ними из опасных вод Пандарии, то где он теперь? Все еще в глубине озера? Нужно уточнить это у Тариона.

— Тарион, подойти ко мне, пожалуйста. Это Стража Лунной Поляны. А этот юноша… он… мой ученик, — сказала Джайна. — Мне нужно как можно скорее связаться с Малфурионом. Вы поможете мне?

Глава 9

Жестокий нрав Подземья

Лейтенант Древних Богов, Теразан Мать-Скала, скрытая тенью Каменного Трона, издали наблюдала за смертными. Шаманы действовали упрямо и настойчиво. Эти странные, непохожие друг на друга ростом и цветом кожи создания называли себя Служителями Земли. Раз за разом смертные вели переговоры со Старшими Сыновьями. Теразан не вступала в переговоры. Она берегла свои силы.

Однажды Мать-Скала уже доверилась смертным, в тот раз они нарекли себя Культом Сумеречного Молота. Она не испытывала страха перед этими непохожими друг на друга созданиями из нового мира. Хотя стоило бы, с горечью понимала Теразан. Ей стоило убить их прямо тогда. Не раздумывая. Пока культисты, как и шаманы из Служителей Земли, сидели перед ней, склонив головы. Но тогда ей льстили их страх и уважение, это теперь уже — нет. И нужно быть честной перед самой собой, в конце концов, ее одолело любопытство.

Для общения с каменными великанами смертные творили ведомые им одним ритуалы. Сидя на коленях, они качались из стороны в сторону, будто земляные черви в брачный период. Ни к кому из Теразан так и не смогла обратиться напрямую.

Перед своим внутренним взором Мать-Скала видела нечеткие образы, с помощью которых шаманы Культа обращались к ней. Они показали Теразан черные щупальца среди гор, усыпанных белой пылью, кружась, белая пыль сыпалась с небес, стирая грань меж верхом и низом. Другие щупальца вырастали из высоких песочных гор, и на конце каждого из них вращались лишенные век круглые глаза с суженными зрачками. Третьи щупальца были едва различимы, скрытые тьмой влажных туннелей, ведущих глубоко под землю.

Трое.

Сначала Мать-Скала не поверила смертным, но Культ Сумеречного Молота действительно прославлял Древних Богов. Разум жалких смертных не позволял им осознать истинную сущность Древних и их связь с этим миром. Они видели то, что могли опознать — щупальца и дюжины глаз. Но если эти создания не чтили наследия Титанов, то возвращение хаоса было неизбежным. Даже сейчас Теразан Мать-Скала понимала всю простоту этой истины.

С появлением Титанов в их мире все изменилось.

Благостные годы разрушений и междоусобной борьбы Лейтенантов Стихий. Первозданный хаос. В те времена и Боги, и Лейтенанты, созданные ради их развлечения, были едины, были чем-то огромным, целым и необъятным. Теразан даже не бралась судить о том, сколько веков минуло с тех пор. В жестоком сражении Титаны одолели одного из Древних Богов. Мир ответил единым стоном на его последний крик. Его имя стерлось у нее из памяти, и Теразан винила в этом боль, которую ей довелось испытать тогда. Когда сердце Древнего перестало биться, она сама едва не умерла. Мир хаоса будто взорвался изнутри, и каждый из Лейтенантов, каждый из трех оставшихся в живых Древних, ощутил ту невыносимую, безграничную тоску. Утих гомон голосов других Стихий в мыслях Теразан. Исчезли приказы Богов, что они отдавали ей в битве с Титанами.

Со смертью четвертого та связь, что объединяла их, разорвалась. Даже Лорд огня Рагнарос не оказал того сопротивления, на которое был способен. Века минули, прежде чем агония, терзавшая Теразан, наконец, стихла.

Мать-Скала смирилась с заточением, на которое ее обрекло поражение Древних Богов. Подземье с ядовитыми василисками, огромными земляными червями и неторопливыми великанами, проводивших века в застывшем положении — камни, они и есть камни, что с них возьмешь, — этот мир стал ее домом. Подземье напоминало ей панцирь огромной черепахи, внутри которого она оказалась по воле Титанов. До встречи со смертными Мать-Скала считала, что никому, кто находился извне этот мира, не по силам проникнуть внутрь него.

Теразан подолгу глядела на Столп Мира, воздвигнутый в центре Подземья. Творение Титанов из прозрачного горного хрусталя соединяло каменные равнины подземного мира с гранитными вершинами, заменявшими небеса. Редкий для подземного мира свет преломлялся в его хрустальных гранях, отчего Столп источал слабое аметистовое сияние. Прекрасное творение, соглашалась Теразан, пусть и созданное врагами Древних Богов. Именно Столп Мира сдерживал наиболее разрушительные стихии в элементальном плане, еще одной клети Титанов.

Мир смертных Титаны воздвигли поверх их тюрем. А прежний — разрушительный, стихийный, так и не был уничтожен. Это могло как тревожить, так и успокаивать, зависело от угла зрения. В те времена ее это успокаивало. Теразан не нужно было напоминать себе, кому она служит. Она ждала Древних. Она верила, что однажды они укрепят свои силы и они вновь станут едины.

И вот один из Древних или же все три из них хотели обрести свободу ценою жизней тех, кто стал хозяевами этого мира — смертных и драконов Аспектов, своих стражников. Это Теразан могла понять. Но она до последнего не понимала, что привело Культ в Подземье.

Даже ее мир оказался неимоверно опасен для этих существ. Они умирали из-за оползней или землетрясений, становились жертвами василисков и каменных червей. Червей, подумать только! Теразан недоумевала. Были ли они всегда такими уязвимыми или их прародители были сильнее? Отчего Титаны отдали мир тем, кто настолько слаб его истинных хозяев? И почему Древние до сих пор не избавились от Оков? Но все эти вопросы оставались без ответов.

Да и нуждался ли сам Культ в общении с ней? Теперь Теразан не была уверена в этом.

Она перевела взгляд со Служителей Земли на каменный небосвод Подземья. Она давно не покидала Каменного Трона. Не находила в себе сил покинуть защитные своды пещеры.