Дистанция между нами (ЛП) - Уэст Кейси - Страница 43

– Чем я могу помочь? Твоим родственникам есть где остановиться? Знаешь, я же вроде как занимаюсь размещением людей. – Я улыбаюсь.

– Вы голодные? Когда вы ели в последний раз? Может быть, мне стоит привезти еды для вас всех?

Я хватаю его за руку.

– Ксандер.

– Что?

– Пожалуйста, не уходи. Когда доктор выйдет... ты можешь просто... побыть рядом меня?

– Конечно. – Он сжимает мою руку, и мы возвращаемся вместе.

Шон иронически выгибает бровь, когда замечает нас, возможно думая: «Разве мы все не согласились, что этот парень слишком смазливый»?

– Доктор еще не спускался? – спрашиваю я.

– Нет.

– Кстати, это Ксандер, – представляю я, приподнимая наши сцепленные руки. – Это Майерсы... но, думаю, вы уже встречались на благотворительном вечере.

Взгляд Шона мечется между мной и Ксандером, и, кажется, он еле сдерживается, чтобы не дать наставлений. Интересно, насколько ему тяжело держать свое мнение при себе? Может быть, он узнал кое-что о подростках за последние двадцать лет. Очевидно, в то время, когда мама жила с ним, он ничего о них не знал.

Наконец Вивиан говорит:

– Ксандер, мы только что с ней познакомились, так что позаботься о ней.

– Конечно, мэм.

– Кайман, – говорит дедушка, беря Вивиан за руку. – Я собираюсь пойти накормить эту даму. Тебе что-нибудь нужно?

– Нет, все хорошо. – Я нахожу стул в углу, и Ксандер устраивается рядом со мной. Подвешенный телевизор в углу транслирует новости так тихо, что мы их даже не слышим. Шон с Вивиан выходят, и я смотрю им в след. Как такое возможно? В один день у меня есть только мама, а на следующий день появляются еще три человека, которые так обо мне заботятся.

Меня накрывает волной страха. А вдруг мне дано это Богом только потому, чтобы я не осталась в одиночестве, когда с мамой что-то случится? Я смотрю на потолок.

«Мне нужна моя мама», – говорю я мысленно. – «Не отнимай ее у меня».

– Кайман. – Ксандер берет меня за руку. – Ты в порядке?

– Я просто боюсь.

– Знаю. Я тоже. – Он вытягивает ноги и запрокидывает голову. Потом подносит мою руку к губам и нежно ее целует.

Я опускаю голову ему на плечо.

– Хорошо, значит, работа детективом отпадает. Хотя вынуждена признать, что ты более хорош в наблюдениях, чем я.

– Только в тех, которые мне интересны.

Я провожу пальцем по вене на его руке.

– И не продюсирование? Генри был бы век тебе благодарен.

Он улыбается.

– Это было бы весело, но для продюсирования нужно капиталовложение. Но если считать мой любительский взгляд на музыку стоящим, то мне кажется, что «Красти Тодс» действительно хороши. Они вполне... Постой, мы можем поговорить с ними о логотипе? Кто его придумал?

– Ты серьезно? Он отвратителен. Но, может быть, он настолько отвратителен, что это хорошо?

Он сжимает губы.

– Ну не знаю.

– Хорошо, тогда не продюсирование. И это приводит нас к еде. Ты ведь любишь рестораны.

– Да.

– Ты не разозлишься, если я кое-что тебе скажу?

– Почему я должен разозлиться?

– Потому что, возможно, тебе это не понравится.

Он вздыхает.

– Ладно. Говори.

– Мне кажется, твой отец прав насчет тебя. Думаю, ты одаренный человек. И можешь справиться со многими проблемами одновременно. К тому же, ты очаровательный. Может быть, отели – это твое будущее. Это тебе подходит. – Я задерживаю дыхание, ожидая, что он начнет спорить и утверждать, что я не так хорошо его знаю, как он меня.

Его плечи вздымаются и опадают.

– Ты права. Мне это не нравится.

– Прости.

– Но в чем-то ты права. Я думаю об отелях гораздо больше, чем человек, которому все равно.

– Кайман.

Мой взгляд устремляется на звук нового голоса в комнате, и я моментально оказываюсь на ногах, когда вижу доктора.

– Да? Как она?

– Ее состояние улучшается. Как я и предполагал, у нее язвенная болезнь желудка, осложненная кровотечением.

– Что это значит? Звучит серьезно.

– Так и есть. И хорошо, что мы вовремя заметили болезнь. Заболевание излечимо, но на реабилитацию уйдет некоторое время. Ей противопоказан стресс.

– Конечно. – Возможно, ей стоит отдохнуть от магазина кукол. Я перевожу дыхание. – Можно ее увидеть?

– Да, она спрашивала о тебе, когда пришла в себя.

Доктор разворачивается, и я следую за ним. Заметив, что Ксандер за мной не идет, я поворачиваюсь.

– Я подожду здесь, – говорит он. – Передам новости Шону и Вивиан, когда они вернутся.

– Нет. Прошу тебя, пойдем со мной. Мама захочет тебя увидеть. – Когда я рассказала ей, что произошло между мной и Ксандером на благотворительном вечере, она расстроилась. На тот момент мне было нечем ее утешить, но теперь, когда мы снова вместе, возможно, это сделает ее чуточку счастливее.

– Кайман, со мной все будет в порядке.

Я возвращаюсь назад, беру его за руку и тяну с собой.

– Это не ради тебя.

Он смеется.

*** 

Я захожу в палату в одиночестве, оставив Ксандера ждать в коридоре. Мама протягивает ко мне руку, и я сажусь у ее постели.

– Что ж, думаю, я ходячий комок нервов.

– Не ты, а твой желудок.

– Мне жаль.

– Даже не извиняйся. Мне бы хотелось, чтобы ты больше мне доверяла. Позволь мне помочь тебе больше.

Она вяло смеется.

– Больше? Кайман, ты и так сделала больше, чем я имела права просить. – Мой взгляд падает на иглу от капельницы в ее руке. Ее окружает фиолетовый синяк. – Магазин...

– В большой беде? Да, знаю.

– Я как раз работаю над альтернативными вариантами. Может быть, сделаю онлайн-магазин. Но, Кайман, это моя ноша. Не твоя. Я подумывала оставить его тебе, но это не то, к чему у тебя лежит душа, вено?

Я смеюсь, а потом опускаю голову на кровать.

– Я так упорно трудилась только потому, что знала, как это важно для тебя.

Она гладит меня по голове.

– Ты замечательная дочка. Ты столько всего для меня делаешь.

– Для этого и нужна семья.

– Кайман, если ты захочешь встретиться с ним, то у тебя есть на это право.

Я быстро поднимаю взгляд на нее.

– Что? С кем?

– С твоим отцом. Тебе решать. Это меня не обидит.

Я киваю. До сих пор не уверена, хочется ли мне увидеть отца, но так здорово иметь выбор.

– Если магазин кукол не твоя мечта, тогда что?

– Колледж. Хочу специализироваться в науке.

– Идеально.

– Ксандер здесь. В коридоре.

– Так и знала, что он вернется. Кто же способен надолго удержаться вдали от тебя? Позови его. Я должна извиниться.

Я улыбаюсь. Сильная хватка мамы на моей руке напоминает мне, какая она сильная. Я встаю и выхожу в коридор.

– Она в порядке?

Я обнимаю Ксандера, уткнувшись лицом в изгиб его шеи.

– Как я могу чувствовать себя такой счастливой, когда мама в больнице, а магазин кукол на грани банкротства?

– Потому что ты знаешь, что все будет хорошо. Это как затишье после бури. Все успокоилось, и, хотя и осталась куча разрушений, тебе известно, что самое худшее уже позади.

– Хорошая аналогия.

– Спасибо.

– Готов к после-бури разговору с моей мамой?

– Почему-то я чувствую себя менее уверенным, чем в первый раз.

– Все будет хорошо. Все мамы тебя любят, помнишь?

Он приседает, обнимает меня за талию и встает, поднимая меня над полом; мои ноги едва касаются плитки.

– Я смогу все одолеть, пока ее дочь меня любит.

– Даже редрум? Потому что после мы едем к тебе смотреть «Сияние».

– Думаешь, это хорошая идея, учитывая, что теперь мое будущее связано с отелями? – Я чувствую его улыбку на своей щеке.

– Не переживай, ты сможешь закрыть глаза. Обещаю, я не буду смеяться над тобой... слишком сильно.

Конец

Продолжения у книги нет. Это одиночный роман.