Четыре стороны света и одна женщина - Клевер Алиса - Страница 54

– Я пойду с тобой, – сказала она, но Ричард не согласился.

– Я зайду в туалет. Вы отдыхать. Я все принести. – И он хлопнул дверью и ушел. Это хорошо, что он не выключил двигатель. Арина закуталась еще плотнее в плед. Сейчас она с радостью набросила бы на себя и десяток пледов, так она замерзла. Все-таки, наверное, ветер подействовал на нее сильнее, чем она думала. Ее трясло, она никак не могла согреться. Может быть, у нее температура. Ну да ничего, теперь главное – найти Максима.

Какая она все-таки глупая. Ведь он умолял ее уехать из России. Он не знал, но чувствовал, что оставаться здесь опасно. А она уперлась, вот идиотка.

– Ваш чай. – Ричард протянул Арине стаканчик с крышкой, на который он заботливо насадил картонный фартучек, чтобы она не обожглась. – Может быть, нужен был сливки?

– Нет-нет, все отлично, – заверила его Арина.

– Я положил сахар. Правильный?

– Да, конечно. – Арина откусила приличный кусок от теплого шоколадного маффина и отхлебнула горячего, очень крепкого, горьковатого чая. Желудок отреагировал спазмом. Она давно не ела, это неправильно. Арина смотрела, как Ричард потягивает свой кофе из такого же, как у нее, стакана и смотрит на рисунки.

– Ты когда-нибудь был в доме отца Максима? – спросила она, откусывая еще от маффина. Ричард задумчиво посмотрел на нее.

– Вы считать, это случилось там?

– Сколько лет они владеют этим домом? – поинтересовалась она. Ричард кивнул с одобрением.

– Это можно узнавать. Я не знаю. Я бывал там однажды, но этот комната я не помню. Я не видел много.

– Неважно. Главное – добраться до Максима. Он должен помнить больше, – предположила Арина.

– Чай не слишком горячий? – заботливо спросил Ричард. Арина покачала головой и отхлебнула еще.

– Я не хочу ехать, пока вы не допивать. Вдруг прольется, и вы обжечься. – Ричард вернул Арине рисунки и принялся набирать чей-то номер по телефону.

– Я почти допила. Можем ехать, – сказала она. Тогда Ричард кивнул и пристегнул ремень безопасности. Одной рукой он выворачивал руль, другой рукой держал телефон и разговаривал с кем-то по-английски. Голос у Ричарда приятный, не низкий, не высокий. Идеальный баритон, говорит ровно, без эмоциональных всплесков, без крика и высоких нот. Английская речь звучала убаюкивающе, как музыка. Арина смотрела на Ричарда и улыбалась, а он улыбался ей в ответ и кивал, отвечая на какие-то вопросы.

– Yes. We are on the highway. About an hour I think. To be honest I don’t know what to think. Actually I think you should take a look first. I feel a little bit strange. Like it’s some sort of a sick joke. We should have figured it out many years ago. I hope you’re right. No. I cannot reach him[10].

Машина обогнула сияющий, красиво подсвеченный ресторанчик, проехала через заправку и вырулила на шоссе.

– Все в порядке? – спросила Арина сонно.

– Да-да, не волнуйтесь. Это просто по работе. Я же уезжать без предупреждания, – пояснил Ричард и ласково кивнул ей. Она с трудом удерживалась от сна, пытаясь сфокусировать внимание на пролетающих мимо домах. Сколько им ехать до Пречистенки? Минут пятнадцать, если не встрянут ни в какую пробку? Но сейчас уже поздно и пробок быть не должно. Только сумасшедшая Ленинградка стоит в любое время дня и ночи, но они уже миновали самый трудный участок.

– Мне жаль, что я тебя втянула, – грустно пробормотала Арина. – Надеюсь, ты меня простишь. Это ради Максима.

– Да, ради Максима, – эхом отозвался голос Ричарда в усталой голове Арины. Ей показалось, что он очень странно посмотрел на нее. Так, словно увидел привидение вместо нее. Арина сощурилась, пытаясь понять, что не так, но тело вдруг перестало ее слушаться.

Спать. Очень хочется спать.

– Арина, я тоже надеяться, что вы меня простить. Это тоже ради Максима.

Он действительно это сказал или ей показалось? Арина попыталась повернуться и посмотреть на Ричарда, ответить ему, но вместо него увидела Максима. Он стоит на ступеньках у входа в «Крокус Сити Холл» и протягивает ей руку. Он такой красивый и беззаботный, никакие мрачные мысли не беспокоят его. Арина хочет добежать до него, она переступает со ступеньки на ступеньку, но лестница все не кончается и не кончается. А поверх высокого, почти бесконечного серого здания летят облака. Они летят так быстро, как будто их поставили на перемотку. Максим улыбается, но Арина замечает, что он улыбается вовсе не ей.

Он стоит далеко, у входа на эскалаторную лестницу. Он улыбается и протягивает руку, но только не ей, а какой-то другой женщине. Она смеется. Арина слышит ее смех и что-то еще. Она не может разобрать что. Звуки удаляются, и вот уже вокруг нее полнейшая тишина, как в космическом пространстве. Максима нет. Он отгорожен от нее стеклянной стеной.

И снова, как дежавю, Арина узнает это место. Она в магазине, стоит в витрине, словно кто-то перепутал ее с манекеном и выставил туда. Но на этот раз она может двигаться. Она видит, как в толпе людей мимо витрины идет Максим. Арина кричит, пытается привлечь его внимание, но он ничего не слышит и не видит. Никто не обращает внимания на то, что в витрине магазина кричит и бьется в истерике живая девушка в синем платье с глубоким вырезом на спине. Ни один человек, все идут мимо так, словно ничего не происходит.

Максим оборачивается и смотрит на Арину, но он не видит ее. Словно она в каком-то другом измерении и пространстве. Будто стекло, разделяющее их, искажает реальность. Арина стучит двумя кулаками по стеклу. Максим стоит очень близко, на расстоянии вытянутой руки, но тут Арина замечает женщину. Она машет Максиму и зовет его к себе. Она смеется, закинув голову. У нее длинные белые волосы, собранные в неопрятный хвост. На ней белое тонкое платье. Ее смех смешивается с чем-то еще. Легкий, еле слышный звон колокольчика.

Арина оборачивается и видит, что позади нее стоят манекены. Голые, без лиц, в самых разных позах, все они повернуты к ней. Все они – с маленькими колокольчиками в сосках, и все эти колокольчики звенят так оглушительно, что Арине приходится закрыть уши ладонями. Это не помогает. Звук невыносимый, и она падает на пол, кричит от ужаса, кричит, кричит.

– Айрин! – Голос Ричарда прорвался сквозь тугую пелену ее кошмара. Арина вскочила, дернулась, но ремень безопасности удержал ее на месте. Она затравленно посмотрела на Ричарда. Он сидел рядом, за рулем, и с беспокойством смотрел на вспотевшую девушку со спутанными, влажными волосами. Она была так слаба, так беззащитна, и он так мало мог для нее сделать.

– Я уснула? – спросила она через несколько секунд. Ричард молча кивнул. Арина потерла лицо и глаза влажными ладонями. Да, у нее температура, это определенно. Как тяжело держать сознание ясным, словно какая-то дурнота окутывает ее и уносит в беспамятство. Невозможно сопротивляться. Нет-нет, не спать. Что-то прохладное прикасается к ее лицу.

– Вы слышать меня? – Арина с трудом открыла глаза и посмотрела на Ричарда, который заботливо вытирал ей пот со лба влажной салфеткой.

– Мы приехали? Он дома? – Арина с трудом соображала, но через несколько секунд до нее дошло, что они все еще в машине Ричарда, которую он взял в аэропорту. И что машина стоит, не едет. А вокруг – темнота.

Арина попыталась собраться. Нет, не сейчас. Она не должна заболеть. Ей нужны все ее силы. Странно, как резко она проваливается в беспамятство. Странно. Арина прислушалась. Двигатель машины больше не работает. Тишина. Где они?

– Вы должны мне верить, Айрин, – заговорил вдруг Ричард, и в этой тишине его голос звучал как-то неправильно. Жестко, что ли? Арина с трудом повернула голову.

– Я верю тебе, – пробормотала она. – Со мной что-то не так.

– С вами все порядок, – ответил он тихо.

– Где мы? – Арина попыталась разглядеть что-то в окне. Деревья. Много деревьев. Вдалеке вроде какой-то дом. В окне горит свет. Может, она снова провалилась в сон?

– Мы должны разбираться. Вы должны нам верить, – снова зачем-то произнес Ричард. – У меня нет другой выбор.

10

Да, мы на шоссе. Я думаю, через час. Честно, я не знаю, что думать. Думаю, ты должен сначала взглянуть. Это довольно странно. Словно какая-то ненормальная шутка. Мы должны были все выяснить много лет назад. Надеюсь, ты прав. Нет, я не могу с ним связаться (англ.).