Собрание сочинений в 10 томах. Том 9 - Хаггард Генри Райдер - Страница 125

— Судя по результатам, я согласна с тобой. Это занятие совсем не подходит тебе, отец, так что лучше брось его.

— Разве вы ничего не чувствовали? — спросил Мейер.

— Решительно ничего, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Впрочем нет, это неправда; я почувствовала скуку и досаду на то, что мой отец ставит себя в смешное положение. Седые волосы и подобные глупости не подходят друг к другу.

— Да, — ответил Мейер, — они действительно не подходят друг к другу, я с вами согласен.

На этом разговор и кончился.

В течение нескольких дней Бенита, к величайшему своему удовольствию, не слышала больше разговоров о гипнотизме. Это объяснялось отчасти тем, что их занимали совершенно другие обстоятельства. Матабеле, которым надоело расхаживать вокруг стен крепости и распевать бесконечные воинственные песни, решили пойти на приступ. Трое золотоискателей имели возможность следить со своего наблюдательного пункта на верхней стене, как дикари готовились к нападению. Они видели, как рубились огромные деревья, из которых строились грубые лестницы; неприятельские разведчики в течение недели расхаживали возле стен, отыскивая наиболее слабое место в укреплениях. Когда они приближались чересчур близко, макаланга стреляли, убивая некоторых из них; остальные спешили возвратиться в свой лагерь, который они устроили невдалеке, воспользовавшись для этой цели небольшой возвышенностью.

Вскоре, однако, Мейер заметил, что хотя матабеле находятся вне досягаемости для пуль макаланга, в них можно было легко попасть с верхней стены, ион принялся стрелять в них ради развлечения. Ружье его было очень хорошего образца, системы Мартини, патронов оказалось предостаточно; к тому же он был прекрасным стрелком и обладал ястребиным глазом.

После нескольких пробных выстрелов он окончательно изловчился и устроил настоящую охоту на матабеле. Лежа на краю стены и прислонив ружье к камню, он стал выжидать, когда дикарь, наблюдавший за тем, как идет постройка лестниц, вышел на открытое место, прицелился и спустил курок. Воин, дикарь с седой бородой, подпрыгнул и упал навзничь, а его товарищи с удивлением смотрели вверх, не понимая, откуда взялась пуля.

— Ловко, правда? — спросил Мейер Бениту, наблюдавшую в полевой бинокль за всем происходившим внизу.

— Конечно, — ответила она. — Но все же я не желаю больше видеть этого.

Она передала бинокль отцу и спустилась со стены.

Но Мейер остался наверху, и временами оттуда доносились звуки выстрелов из его ружья. Вечером он рассказал Бените, что ему удалось убить шестерых и ранить еще десять человек, и добавил, что никогда еще ему не случалось так удачно стрелять.

— Какая же от этого польза, когда их остается еще так много? — спросила девушка.

— Польза невелика, — согласился Мейер. — Но зато это причиняет им неприятность, а меня забавляет. К тому же мы обязались по нашему договору помогать макаланга, если на них будут нападать.

— Мне кажется, что вам просто доставляет удовольствие убивать людей, — заметила Бенита.

— Что же тут плохого, мисс Клиффорд, ведь они же хотели убить вас?

Глава XVIII. Другая Бенита

Время от времени, когда ему больше нечего было делать, Джейкоб Мейер снова брался за стрельбу, в которой также принимал участие мистер Клиффорд, хотя и не с такими результатами. Вскоре стало очевидно, что эта точность выстрелов сильно беспокоит матабеле. Хотя вообще мысль о смерти не особенно их пугала, но сознание того, что каждый их них ежеминутно подвергается риску погибнуть от сыпавшихся сверху пуль, совершенно меняло дело. Оставить лагерь для них было не особенно легко, так как они обнесли его бома из колючих растений на случай нападения со стороны макаланга; к тому же было нелегко найти другое подходящее место. Кончилось тем, что они решили идти на приступ, несмотря на недостаточное количество штурмовых лестниц.

На третье утро после первого опыта мистера Клиффорда с гипнотизмом Бенита проснулась на рассвете от громких криков и выстрелов. Поспешно одевшись, она пробралась при свете утренней зари к той части стены, из-под которой, как ей казалось, доносился шум, и, взобравшись на нее, увидела своего отца и Джейкоба, уже сидящих там с ружьями в руках.

— Эти дураки атакуют небольшой проход, через который вы, мисс Клиффорд, ехали верхом. Худшего места для нападения они не могли выбрать, хотя стена и выглядит здесь тоньше, — пояснил Мейер. — Если эти макаланга хоть на что-нибудь способны, то они дадут им хороший урок.

Вскоре поднялось солнце, и они увидели ряды матабеле, пробиравшихся с лестницами в руках вперед сквозь утренний туман, пока выступ холма не скрыл их из виду. Джейкоб и Клиффорд тотчас направили огонь своих ружей на этих людей, хотя туман не позволял им судить о результатах стрельбы. Вскоре громкие крики известили их о том, что дикари достигли рва и прилаживают лестницы к крепостным стенам. Макаланга, ничего не предпринимавшие против врага до этой минуты, поспешно открыли стрельбу со старинных бастионов, возвышавшихся над проходом, который старались штурмовать матабеле, и благодаря поредевшему туману наблюдавшие сверху увидели раненых матабеле, уходивших, шатаясь и ползком, обратно к своему лагерю. Пользуясь наступившим утром, Джейкоб Мейер послал им вдогонку несколько пуль.

Тем временем вся старая крепость наполнилась шумом и дикими криками нападавших. Было очевидно, что матабеле пытались взобраться на стены, где их всякий раз встречал убийственный ружейный огонь. Лишь один раз раздался торжествующий рев, свидетельствовавший о том, что враги одержали победу; ружейные выстрелы стали заметно редеть, и Бенита побледнела от охватившего ее страха.

— Эти трусы макаланга бегут, — прошептал Клиффорд, прислушиваясь в смертельной тревоге.

Но, очевидно, мужество вернулось к защитникам Бамбатсе, потому что ружья защелкали громче и чаще прежнего, а дикий воинственный клич матабеле «Бей! Бей! Бей!» стал раздаваться все тише и тише и наконец замер в отдалении. Еще пять минут — и матабеле обратились в бегство, унося с собой убитых и раненых, взвалив их на плечи или положив на лестницы.

— Наши друзья макаланга должны быть нам крайне признательны за эту сотню ружей, — заметил Джейкоб, наскоро заряжая ружье и посылая пулю за пулей в самую гущу матабеле. — Если бы не ружья, — добавил он, — враги уже давно перерезали бы их, потому что они никогда не смогли бы остановить матабеле одними копьями.

— Да. И то же самое случилось бы с нами еще до наступления ночи, — отозвалась Бенита с дрожью в голосе, так как сражение и страх за его исход отняли у нее последние силы. — Слава Богу, что все кончилось! Я надеюсь, что они снимут осаду и уйдут отсюда.

Однако несмотря на понесенные ими крупные потери — матабеле потеряли свыше ста человек, — дикари, боявшиеся вернуться к себе в Булавайо без победы, и не думали отступать. Они только нарезали огромное количество тростника и кустов и перенесли свой лагерь почти на самый берег реки, куда не могли долететь пули белых. Тут они и расположились, рассчитывая взять осажденных измором или же проникнуть в крепость каким-нибудь иным способом.

Между тем Джейкоб Мейер, не имея больше возможности стрелять в неприятеля, державшегося вне досягаемости выстрелов, снова сосредоточил все свое внимание на поисках клада.

Не найдя ничего в пещере, он занялся обследованием площадки вокруг нее, среди камней, деревьев и старых развалин.

Они начали свои раскопки наугад, среди самых крупных развалин, где нашли некоторое количество золота в виде бус и других украшений, а также несколько древних скелетов. Но все это не имело ни малейшего отношения к португальскому кладу. Это приводило их все в более и более мрачное настроение духа, пока они вовсе не перестали разговаривать друг с другом. На лице Джейкоба отражалось гневное разочарование, а Бенита начала впадать в глубокое отчаяние, так как она не видела больше никакой возможности спастись от своего тюремщика наверху и от матабеле, стороживших внизу. Кроме того, у нее была еще одна причина для беспокойства.