Оставь для меня последний танец - Кларк Мэри Хиггинс - Страница 52

Больница Святой Анны. Вот где я его видела! Но когда? Я была в этой больнице три раза: на следующий день после пожара, несколько дней спустя и когда разговаривала с заведующей хосписом.

На экране появилось огороженное место преступления в Гринвуд-Лейке. «Дом Купера стоял между домами четы Харников и миссис Шефли, — говорил комментатор. — По словам соседей, Купер был там два дня назад и обвинял будущих жертв в желании избавиться от него, поскольку считал, что жена не позволила бы ему продать дом, если бы они сообщили ей о его планах».

Следующим показали место преступления в Йонкерсе. «Сын Элвы Морган со слезами на глазах рассказывал полиции, что его мать боялась Неда Купера и велела тому освободить квартиру до первого июня».

Во время передачи в углу экрана оставалась фотография Неда Купера. Я продолжала ее изучать.

Когда я видела его в больнице Святой Анны?

Корреспондент телевидения продолжал.

— Три дня назад Купер был предпоследним перед закрытием покупателем в аптеке Брауна. По словам Уильяма Гаррета, студента колледжа, который стоял за ним в кассу, Купер купил мазь для обожженной правой руки и разнервничался, когда кассирша Пег Райс спросила его о ране. Гаррет уверяет, что, когда он ровно в девять вышел из аптеки, Купер сидел в своей машине.

Его обожженная правая рука! У Купера обожжена правая рука!

Я впервые увидела Линн в больнице на следующий день после пожара. Вспомнила, что меня интервьюировал репортер с четвертого канала. Вот где я увидела Купера. Он стоял на улице и смотрел на меня. Это точно.

Его обожженная правая рука!

Что-то подсказывало мне, что я видела его и в другой раз, но сейчас это не имело значения. Я была знакома с Джуди Миллер, одним из продюсеров четвертого канала, и позвонила ей.

— Джуди, мне кажется, я видела Неда Купера у больницы Святой Анны на следующий день после поджога особняка Спенсера. У тебя сохранилась запись моего интервью от двадцать второго апреля? Может быть, Купер случайно попал на пленку.

Потом я позвонила в Управление окружного прокурора Уэстчестера и попросила, чтобы меня соединили со следователем Крэстом из отдела поджогов. Когда я изложила ему причину своего звонка, он сказал:

— Мы уже справлялись в отделении неотложной помощи при больнице Святой Анны — Купера там не лечили, но в больнице его хорошо знают. Может быть, он не попал в отделение неотложной помощи. Когда узнаем что-то новое, сообщим вам, Карли.

Я продолжала переключаться с канала на канал, слушая разноречивую информацию о Купере и его жене Энни. Говорили, что она сильно огорчилась, когда он продал свой дом в Гринвуд-Лейке. Я спрашивала себя, насколько повлияло на несчастный случай с ней известие о том, что компания «Джен-стоун» обанкротилась. Было ли простым совпадением то, что объявление об обесценивании акций появилось в день ее смерти?

В полдесятого Джуди мне перезвонила.

— Ты права, Карли. Купер попал в кадр, стоя у двери больницы, когда мы тебя интервьюировали.

В десять часов позвонил следователь Крэст.

— Доктор Райан во вторник утром видел Купера в вестибюле больницы и заметил сильный ожог на его руке. Купер утверждал, что обжегся дома о газовую горелку. Доктор Райан выписал ему рецепт.

Меня сильно удручали совершенные Купером преступления, и в то же время было жалко его. Он и его жена тоже оказались трагическими жертвами банкротства «Джен-стоун».

Но оставался еще один человек, которого не следовало больше мучить.

— Очевидно, что Марти Бикорски совершенно не причастен к поджогу особняка Спенсера, — сказала я следователю Крэсту.

— Мы начинаем новое расследование, но это не для оглашения в печати, — сказал он мне. — Позже об этом объявим.

— Почему нельзя объявить сразу: «Марти Бикорски не причастен к поджогу»?

Потом я позвонила Марти. Он прослушал сообщение по телевидению и поговорил со своим адвокатом. В его голосе слышались надежда и волнение.

— Карли, у этого типа на руке ожог. Если не будет ничего другого, то у суда возникнут разумные основания для сомнения. Так говорит мой адвокат. О господи! Карли, вы понимаете, что это значит?

— Да, понимаю.

— Вы просто чудо, но должен вам сказать, я рад, что не послушался вашего совета и не сказал копам, что был в Бедфорде в ночь пожара. Мой адвокат говорит, что, скажи я об этом, меня признали бы виновным.

— Да, хорошо, что вы этого не сделали, Марти.

Правда, я не сказала ему, что мотивы, побудившие меня не раскрывать его нахождение перед домом в ту ночь, отличались от его мотивов. Хотелось переговорить с Линн, до того как станет известен факт парковки машины на участке, за воротами.

Мы договорились не терять связи, а потом я задала вопрос, которого сама боялась:

— Как поживает Мэгги?

— Она стала лучше есть, и это придает ей сил. Кто знает, может быть, она останется с нами немного дольше, чем предсказывают врачи. Мы неустанно молимся о чуде. Вы тоже помолитесь за нее.

— Конечно, буду молиться, Марти.

— Ведь если она протянет еще какое-то время, может найтись лекарство.

— Дай бог, Марти.

Повесив трубку, я подошла к окну и выглянула на улицу. Из моей квартиры не ахти какой вид. Смотрела на реконструированные коттеджи на той стороне улицы, но не видела их.

Передо мной стоял образ четырехлетней Мэгги. Голову сверлила ужасная мысль о том, что, повинуясь своей алчности, некоторые люди могли умышленно тормозить разработку противораковой вакцины.

46

Примерно каждый час в ту субботу Нед слушал сводку новостей по автомобильному радио. Он радовался, что вчера вечером Энни заставила его купить еду. Сейчас идти в магазин было бы опасно. Он не сомневался, что его фотографию можно увидеть по телевидению и в Интернете.

«Вооружен и опасен» — вот что о нем говорили.

Иногда после ужина Энни устраивалась на диване и засыпала, а он подходил и обнимал ее. Проснувшись, она в первый момент пугалась. Потом смеялась и говорила: «Нед, ты опасен». Но тогда эти слова значили совсем другое. Молоко без холодильника скисло, но он ничего не имел против сухих хлопьев. С тех пор как он застрелил Пег, к нему стал возвращаться аппетит. Словно находящийся у него внутри большой камень начал растворяться. Не будь хлопьев, хлеба и арахисового масла, он пошел бы в гостевой дом, убил Линн Спенсер и взял из кухни еды. Он мог бы даже уехать на ее машине, и никто бы его не сумел перехитрить.

Но если бы вернулся ее приятель и нашел ее, то увидел бы, что машины нет. Копы стали бы повсюду ее искать. Машина очень заметная и стоит кучу денег. Ее легко будет найти.

— Подожди, Нед, — говорила ему Энни. — Отдохни немного. Не стоит спешить.

— Знаю, — прошептал он.

В три часа, подремав пару часов, он решил выйти. В гараже ходить было почти негде, и у него затекли ноги и шея. С той стороны, где стояла машина, в гараже была дверь. Нед очень медленно ее открыл и прислушался. Тишина. В этом углу участка никого не было. Он мог бы поспорить, что Линн Спенсер никогда сюда не заглядывает. Но на всякий случай взял с собой винтовку.

Нед обошел сзади павильон у бассейна, прячась за деревьями, скрывавшими бассейн от гостевого коттеджа. Сейчас, когда распустились все листья, ни один человек, находящийся в гостевом доме, не заметил бы его, даже если бы смотрел в ту сторону.

А с его стороны дом хорошо просматривался сквозь ветви деревьев. Жалюзи в доме были подняты, и два окна открыты. На подъездной аллее стоял серебристый автомобиль Линн Спенсер с откидным верхом. Крыша была опущена. Нед сел на землю, скрестив ноги. Было немного сыро, но его это не беспокоило.

Поскольку время ничего не значило, он не мог сказать, сколько просидел, пока дверь коттеджа открылась и из нее вышла Линн Спенсер. Нед смотрел, как она закрывает дверь и идет к машине. На ней были черные брюки и черная с белым блузка. Похоже, принарядилась. Может быть, собиралась пойти с кем-то пообедать. Она села в машину и включила зажигание. Машина бесшумно тронулась с места и поехала вдоль развалин, оставшихся от особняка.