Улисс - Джойс Джеймс - Страница 119

119

Orate, fratres, pro memetipso[1402]. И все ответят миром, аминь. Вспомяни, Эрин[1403], твои колена и дни твои древний, яко еси отринул мя и слово мое и отверзл пришлецу врата мои да творити блуд при моих глазах и утучнятися и расширятися яко Израиль. И посему согрешил еси против света и мя, Господа твоего, соделал рабом рабов. Обратися же, обратися, клан Милли, не позабудь мя, о семя Милезиево. Векую сотвори предо мною сию мерзость, яко предпочел еси мене торговца ялапою и от мене отреклся еси пред римлянином и пред индийцем темноглаголивым, с ним же возлежали любострастно дщери твои? Воззри же ныне, народ мой, на землю обетованную от Хорива и от Нево, от Фасги и от Рогов Хеттийских, на землю, текущу млеком и пивом. Ты же мя млеком горьким вспоил, луну мою и солнце мое ты угасил навеки. И навеки едина покинул еси мя на путях моих иже суть пути горести, и лобзание тлена положил на уста мои. Сия же тма внутренняя, так продолжал он речь свою, премудростию семидесяти толковников[1404] не была просвещенна ниже хотя бы помянута, Восток бо с вышних иже сокруши врата адовы наела тую тму, коя была предвечна[1405].

Обыкновение умаляет свирепства (яко же Туллий[1406] рече о возлюбленных своих Стоиках) и Гамлету принцу отец его отнюдь не являет язвы иже от пламене чистилища[1407]. Непрозрачность в жизни[1408] полдневный час воистину есть казнь египетская, каковая и составляет ночам предрождества и послеуспения доподлинное их ubi и quomodo[1409]. И как завершения и концы всего сущего[1410] в некой мере и неким образом соответственны истокам и началам его, так подобное же многоликое соответствие, что от рожденья движет и направляет рост наш, завершаясь ретрогрессивной метаморфозою, тем нисхожденьем и убываньем к финалу, каковое приятно ладу натуры, присуще и нашему подлунному бытию.

Старухи– сестры[1411] втаскивают нас в жизнь -мы вопим, подрастаем, резвимся, обнимаемся, сходимся, разлучаемся, хиреем, помираем – и вновь они склоняются над нами умершими. В начале спасенный из вод древнего Нила[1412], средь тростников, в плетеной зыбке из прутьев; в конце же – горная пещера, тайное погребение под совозглашенья орла и пардуса. И как ни единому из смертных не ведом тафоса его топос[1413] ниже будет ли возвещено нам посем путь держати во Тофет[1414] или во град Едем, и таковым же образом утаено, егда будет нам в задняя наша зримо, из каковых дальных пределов чтойность ктойности нашей почерпнула свою причинность.

Тут Панч Костелло, не утерпев, взревел громогласно: Etienne, chanson[1415], однако же тот с пущею зычностию к ним воззвал, любуйтеся каков премудрость построила себе дом[1416], сей свод толико прочен и древен, обширен и величав, хрустальный Творца дворец[1417], ухожен как стеклышко, и тому грошик, кто отыщет горошек.

Взгляни, каков дворец построил умник Бак,

Найдешь ты там вино, и пиво, и табак,

В предивном погребе, где Бак разбил бивак[1418].

Оле, устрашающий треск снаружи, грозный рокот и рык. Громогласно ошую Тор громыхнул млатовержец, распалясь ярым гневом[1419]. И се грянула буря, страхом его полня сердце. И Линч магистр остерег его, дабы укротил он свои балясы и блядословия, понеже сам бог прогневался за адовы его поганства и шпынства. И оный храбрец, похвалявшийся надменно, во мгновение ока стал бледен и съежился в виду всех, речь, коя столь зычно и вольно лилась дотоле, стала тиха и смирна на диво, и сердце аки заяц заметалось в клетке груди его[1420], едва он почуял сей бури мощь. Иные тут зачали потешатися, иные глумитися над ним, Панч же Костелло с великим рвением налег вново на пиво, а Ленехан магистр божился и клялся в том от него не отстати, и он был вправде куда как спор на всяк пустяк и безделицу. Однако тут бравый наш фанфарон вскричал, что де, видно, Никтоотец старикан сам обретается в подпитии, и на то де ему плевать, а он яко питух верха никомуже даст над собою. Сим точию тщился он отчаяние свое уняти, яко, труся, дрожал он в Хорна хоромах. И, как сказал, немедля и опростал кубок свой, спеша любыми благами упавший дух поддержати, ибо паки и пуще раскатилось по небесам громыхание, а Мэдден магистр, кой в иные поры учинялся сугубо набожен, при сем раскате отпусти под ребра ему тычка, а магистр Блум, близ фанфарона седяще и страхи его великие желая утишити, зача ободряти его всемерно, толкуя, что де все громы сии точию звук пустой, истечение влаги, в грозочреватом облаце сущей, воззри де и убедися, и вся сия совершается яко предуказано феноменам натуры.

Однако победися ли юного Бахвала страх тыми Доброхота речами[1421]? Никак, понеже угнездися в груди его заноза, Горечь рекомая, и тоя занозы избытися речами не можно. И се убо не имел он набожства, присущего одному, ниже благоразумия, отпущенного другому? Истинно так, не имел отнюдь, елико бы ни желал обоя имети. Но ужли не мог он приложить тщания дабы вново, яко во дни юности своея, обрести тую бутыль, Святость именем, коя прежде была ему толико душепитательна? Отнюдь нет, для того что не снизошла на него Благодать обрести бутыль ту. А что же слышал он в тех раскатах, глас бога Плодорода либо, по слову оного Доброхота, точию феномена пустой звук?

Слышал? Обаче истинно, как мог он не слышати, разве закупорил себе плотно трубу, Разумение рекомую (сего же не содеял отнюдь). Ведь преотлично было зримо ему чрез трубу сию, яко пребывает в земле Феномена, где и предстоит ему в некий день умерети, коль скоро являет он собою, подобно прочим, точию преходящий зрак. А не приял ли он сию участь, умерети и исчезнути, подобно прочим[1422]? Инде ни в какую не приял сего аще и должен быв, ниже приял умножати зраки себе подобны, по обычаю яко у мужей с женами, о том же заповедал им Феномен чрез книгу Закон. Не ведал он ничесоже про землю иную, глаголемую Веруйв-Мя, землю обетованную идеже царствует царь Блаженство ныне и присно и вовеки веков, и несть тамо смерти ниже рождения и несть замужства и материнства[1423], и собраны будут тамо вси, кто верует в то? То правда, Благочтив ему сказывал про землю ту, а Целомудр указал и путь в оную, однако случися тут, яко стала ему пути сего поперек некая блудница зело прелестна, назвалась же она Пташка-в-Руках, и льстивыми речами уклонила его с пути истинна, глаголя, Эй, красавчик, а заверни-ка сюда, покажу райское местечко, и се ласкательствами и лестию залучила его в вертеп свой, прозываемый Гнездышко-в-Кустах, а сведущими глаголемый Плотское Похотение.

Сего– то и алкало то сборище, засевшее Чертог Материнства, и доведися им повстречати сию блудницу Пташку-в-Руках (а была она гнездилище всех язв и чудищ и козней диаволских) и они бы готовы из кожи лезти точию бы ея достигнута и познати. Нащот же Веруй-в-Мя они возглашали яко сие есть точию мудрование и в помыслах своих никогда оного не имели понеже, первое, Гнездышко-в-Кустах, куда она всех заманивала, было столь прелестно местечко и убрано четырьмя подушечками, и на тех подушечках четыре ж билетика, на коих выставлены сии слова, Рядышком, Бочком, Рачком, Язычком, и второе, понеже та язва Сифилла и чудища их нимало не устрашали, коль скоро был у них щит надежен Презерватив из бычьего пузыря, а во-третьях, понеже и козни диаволские, сиречь зарождение Отпрыска, такожде чаяли они отразить тем щитом, ему же иное прозвание Детогуб. И се убо все они были там в ослеплении хотения, сударь Придира и сударь Притвора и сударь Раз-в-Году-Набожен и сударь Троглодит-Пивоглот и сударь Петиметр Диксон и Юный Бахвал и Доброхот Благоразумен. О жалкое сборище, поистине, ты в гибельном заблуждении, понеже был то глас бога, и он, исполняся великого гнева, уже готов подъяти десницу свою дабы расточить души их в прах за их хулы и расточения семени, кои перечили его заповеди, пламенно плодитися призывавшей.

вернуться

1402

прошу, братия, и за меня помолитесь (лат.)

вернуться

1403

Вспомяни, о Эрин – на уста мои – ветхозаветные обличенья Израиля вновь переносятся на Ирландию. Пассаж построен на библейских цитатах. Воспомяни, Эрин… – сочетание Втор 32, 7 и строки Т.Мура «Вспомни, Эрин, дни былые». Отверзи пришлецу… яко Израиль – парафразы Втор 17, 15; Иез 16, 15; Втор 32, 15; согрешил еси – рабом рабов – ср. Плач 5, 7-8. Клан Милли, семя Милезиево – ирландцы, сыны Миля, торговец ялапою – англичанин-колонизатор, в эп. 1 то же слово отнесено к отцу Хейнса. Хорив, Нею, Фасга – горы в Палестине, см. Исх 3, 1, Втор 32, 49, Втор 3, 2, 7; рога Хеттийские – горная цепь в Палестине. На Хориве (Синае) Моисей получил обетование, с Нево, Фасги и Рогов Хеттийских – вид на землю обетованную.

вернуться

1404

Семидесяти толковников – перевод Семидесяти толковников (Септуагинта), греч. перевод Ветхого Завета.

вернуться

1405

Сокруши врата адовы – мотив, в литургике и апокрифах обычно связываемый с сошествием Христа во Ад.

вернуться

1406

Туллий – Марк Туллий Цицерон (106-43 до н.э.), приверженец стоицизма; близкие мысли есть в его «Тускуланских беседах».

вернуться

1407

Гамлету… от пламене чистилища – Призрак говорит Гамлету «Мне не дано касаться тайн моей тюрьмы. Иначе б… зашлась душа твоя и кровь застыла». (1, 5, пер. Б.Пастернака).

вернуться

1408

Непрозрачность – ubi u quomodo – тезис о связи временной и вечной судьбы человека: прежде рожденья и после смерти у него ночь – оттого, что в жизни полдневный час он тоже бессилен изгнать ночь, непрозрачность; и три ночи – едино суть.

вернуться

1409

где (и) каким образом (лат.)

вернуться

1410

Завершения и концы… соответственны истокам и началам – циклическая концепция космоса и истории, характерная для позднего Джойса.

вернуться

1411

Старухи-сестры – Мойры, греч. богини судьбы.

вернуться

1412

Спасенный из вод… орла и пардуса – вновь (см. эп. 3, 7) судьба Моисея, рождение (Исх 2, 5) и погребение (Втор 34, 5-6).

вернуться

1413

Тафоса… топос – могилы… место (греч.), в оригинале – латынь.

вернуться

1414

Тофет – место на окраине Иерусалима, ставшее материальным прообразом геенны огненной; метафорически, сама геенна.

вернуться

1415

Стивен, песню (франц.)

вернуться

1416

Премудрость построила себе дом – Притч 9, 1.

вернуться

1417

Хрустальный дворец – ироническая ассоциация дома Премудрости с Хрустальным дворцом, выстроенным в Лондоне к Всемирной выставке 1851 г.

вернуться

1418

Взгляни, каков дворец – пародия Дж.Ш.Берли на детский стишок «Дом, который построил Джек».

вернуться

1419

Тор-млатовержец – бог грома и молнии в скандинавской мифологии.

вернуться

1420

Сердце… заметалось – сердце зародыша начинает биться на четвертом месяце.

вернуться

1421

Однако победися ли… – М9: Джон Баньян (1628-1688), нравственноаллегорический роман «Путь паломника» (1675). Стиль выдержан очень точно, хотя за счет содержания переведен в пародию. В типе личности, духе и стиле творчества известную параллель у нас представляет Григорий Сковорода.

вернуться

1422

Не приял ли он сию участь – ни в какую не приял – декларация бунта и богоборчества Стивена, в духе карамазовского «возврата билета».

вернуться

1423

Несть замужства и материнства – ср. Мр 12, 25.