Благостный четверг - Стейнбек Джон Эрнст - Страница 51

– А кого вместо меня назначат?

– Вот уж не знаю.

– Ну, пусть только не справится! – угрожающе проговорил Элен. И лишь потом отдался чистосердечному ликованию: свободен, свободен! Громко запел: «Моя подружка, моя тень, за мною ходит целый день…»

Фауна свернула звездную карту и отправилась домой.

Уже почти в полдень на холм, к Королевской ночлежке взошел посыльный; где-где, а тут ему прежде бывать не доводилось.

– Ребята, у меня там для вас здоровенный ящик. Я не нанимался тягать его в гору. Идите, забирайте свое добро.

– Ура! – вскричал Мак. – Привезли!

Спустя минуту они всей троицей – Элен, Уайти II и Мак – пыхтя тащили большой деревянный ящик к Ночлежке. На полдороге к ним подскочил Эдди:

– Сюзи пришла! Я за ней бежал. Насилу угнался! Она уже у Дока…

– Пособи-ка нам, – сказал Мак. – Ну, и какой же у нее вид?

– Не женщина, а шаровая молния!

Они внесли ящик в Ночлежку; Мак взял маленький топорик, сбил крышку.

– Вот она, родимая!

– Где? Она же с Доком!

– Да я не про Сюзи. Смотрите сюда. – Все уставились на длинную черную трубу с восьмидюймовым зеркалом, на лежащие в соседнем отделении окуляры, на сложенную треногу.

– Видали? – гордо сказал Мак. – Самая здоровая штука во всем каталоге. Ух Док и обрадуется! А теперь, Эдди, рассказывай все снова по порядку, ничего не пропускай…

Какой же это был день – торжественный, нарядный, словно салинасская средняя школа прошла маршем по улицам со своими пурпурно-золотыми стягами. В небе, на высоте четырехсот метров, парила эскадрилья веселых херувимов, держа как полотнище розовое облако, на котором то и дело вспыхивало и гасло слово БЛАГО. И чайка с перебитым крылом вдруг воспрянула, взлетела высоко в воздух, крича: «Благо! Благо!»

Сюзи мчалась так, что ноги за головой не поспевали. Тут ее перехватил Эдди, принялся болтать обычную ерунду о погоде. Сюзи буркнула что-то в ответ, хоть и не поняла, что ее спросили и вообще кто это семенит рядом…

Она подбежала к крыльцу Западной биологической, не заметив Уайти II, стоявшего на часах с железным прутом. Появление Сюзи освобождало его от обязанностей, но он не ушел – остался подслушивать.

Запыхавшаяся Сюзи застыла перед дверью в той девической оробелости, которая как раз-то и бьет наповал. Потом она немного отдышалась, постучала и вошла, а дверь затворить забыла – на радость Уайти II.

Док сидел на койке, уныло рассматривал груду снаряжения на полу.

– Я слышала, у тебя что-то с рукой? – спросила Сюзи грудным голосом. – Может, тебе чем-нибудь помочь?

Лицо Дока на мгновение просветлело, но тут же снова омрачилось.

– Не видать мне весенних приливов, как своих ушей, – сказал он, глядя на гипс. – Не представляю, что теперь делать…

– Это больно? – спросила Сюзи.

– Нет, не очень. Потом, наверное, будет больнее.

– Я могла бы поехать с тобой в Ла-Джоллу.

– И переворачивать камни по тридцать – сорок килограммов?

– Ничего, как-нибудь сдюжу.

– Машину водить умеешь?

– Конечно.

– Все равнo, нет тебе смысла со мной ехать… – вздохнул Док. Но тут же из самой глубины его существа взметнулся крик: – Стоп, не то говорю! Есть смысл! Ты нужна мне, Сюзи. Пожалуйста, поехали со мной! Работы невпроворот, мне одному без руки не справиться.

– Ты мне будешь говорить, что делать, кого искать.

– Конечно! И сам я не такой уж немощный. Ведь у меня еще есть левая рука, правда?

– Ясное дело. Когда в путь?

– Не позднее сегодняшнего вечера. Если ехать всю ночь, как раз поспеем к утреннему отливу, он начинается в семь восемнадцать. Годится?

– Годится. Если я и вправду тебе нужна.

– Конечно нужна! Что я без тебя буду делать. Но мне жалко – ты намаешься.

– Это ерунда, – сказала Сюэи.

– Слушай, можно с тобой посоветоваться? Брехуня учредил для меня фонд в Калифорнийском технологическом институте…

– Что ж, хорошо.

– И на службе у них состоять не обязательно…

– Еще лучше.

– Но мне так и хочется послать его подальше вместе с его деньжищами.

– Ну и пошли.

– С другой стороны, там у них шикарное оборудование…

– Это хорошо.

– Только не люблю я ни на кого работать!

– Тогда не соглашайся.

– Но он меня зовет выступить с докладом перед Академией наук!

– Ну, тогда соглашайся.

– Но для этого мне надо книжку написать. А я не знаю, смогу ли. Что мне делать, Сюзи?

– А чего тебе самому больше хочется?

– Не знаю…

– Ну и ладно. Сейчас не знаешь, потом узнаешь. Слушай, у меня кое-какие дела остались. Часа на два. Не поздно будет?

– Ничего, нормально. Лишь бы к вечеру выехать.

– Как закончу, сразу к тебе приду. – Сюзи направилась к двери.

– Сюзи, я тебя люблю, – сказал Док.

Сюзи стремительно обернулась, глянула на него из-под строгих бровей. Потом медленно передохнула; твердо сжатые губы дрогнули, зацвели пухлой улыбкой, а глаза просияли нежно и страстно:

– Видать, и вправду судьба нам с тобой быть…

40. Пусть будет в нашей жизни лишь весна!

В Королевской ночлежке, в окружении ребят, сидела на старом стуле Сюзи. Вид у нее был яростно-сосредоточенный. В руках обруч от бочки, ноги на двух кирпичах. Перед ней доска, на которой выведено мелом – «ключ зажигания», «спидометр», «уровень топлива». Справа на полу – ящик из-под яблок, из него торчит ручка швабры.

– Давай снова! – скомандовал Мак. – Поверни ключ зажигания! Жми правой ногой на педаль акселератора! – Сюзи достала ногой до мелового овала на полу. – Есть, завелась!

– Чук-чук-чук… – радостно изобразил Элен звук мотора.

– Теперь отожми сцепление.

Сюзи нажала левой ногой на кирпич.

– Так, теперь ручка переключения скоростей – к себе и от себя!

Сюзи поставила ручку швабры на первую скорость.

– Отпускай сцепление. Прибавляй газ. Отожми сцепление. Ручку скоростей – в сторону и вперед! Есть вторая скорость! То же самое, ручку на третью скорость! Ну вот, молодец! Давай еще раз…

За полтора часа занятий Сюзи проехала на стуле примерно полторы сотни миль.

– Главное – не торопись, – учил Мак. – Тебе лишь бы из города выехать, ни во что не врезаться. А там уж можно признаться ему, что первый раз за рулем. Назад он поворачивать не станет. Будет сам тебе подсказывать, что да как. Не волнуйся, справишься. Я ее тебе заведу и по улице направлю.

– Какие же вы хорошие ребята, – сказала Сюзи. – Спасибо вам.

– Ерунда. Ты вон Элену говори спасибо… – Мак осекся. – В общем, лишь бы прок был… А ну-ка, давай еще потренируемся скорости переключать.

Вечер был чудесный, под стать дню. Заходящее солнце окрасило в розовый цвет барашки пены на волнах залива и пеликанов, грузно спешащих с ловли домой, на морские скалы. Корпуса консервного завода мерцали, словно платиновые…

На улице перед Западной биологической стоял старенький автомобиль Дока; заднее сиденье завалено всевозможными ломиками, ведерками, лотками, сетями… Собрался весь Консервный Ряд, не было только Мака с ребятами. Патрон выстроил вдоль обочины бутылки «Старой тенисовки». В закатных лучах пламенела грива Фауны. Девочки обнимали Сюзи. Бекки плакала от романтических чувств.

Джо Элегант выглядывал из дверей своей пристройки. Он только что решил, что на гонорар от романа поедет в Рим.

Док держал в руке длинный список, проверял снаряжение.

А вот и Мак с ребятами: спускаются гурьбой с холма, осторожно несут треногу и длинную черную трубу. Вот они уже пересекли узкоколейку, пустырь, подошли к автомобилю, поставили трубу на треногу.

Мак откашлялся и сказал:

– Друзья, мне очень приятно от своего имени и от ребят подарить Доку вот эту штуковину.

Док глянул на подарок – и челюсть у него отвисла. Это же телескоп. Да еще с таким увеличением, что луна будет как на ладони! Док с трудом подавил смех.