Школа, как это было... Часть I - Стенкин Георгий - Страница 25

Но как? Она что была шпионкой в пятнадцать лет? Это невозможно.

Я затряс головой, не в силах поверить в такую ужасную правду.

— Нет, конечно. Ответил Марат Камчаткин.

— Это её родители. Она им просто помогала в работе. Её подготовки было достаточно, для того, что бы выполнять функции по сбору информации. Ну и естественно мы, все. Наша подготовка и проработка операции. Я тогда тоже учился в школе, в нашей, специальной школе, где училась и она, но только она училась на пять лет старше. То есть я оканчивал школу через пять лет после неё. И поэтому я плохо её знал по школе. Но она была звездой первой величины до самого выпуска.

Само собой в процессе подготовки к нашей текущей операции мы неоднократно консультировались у неё. Да и сама идея, привлечь снова вас, принадлежит ей.

Нет, сама она не участвует в операции. Полтора года назад она вынужденно ушла на пенсию. Да, на нашу пенсию. Поэтому её здесь нет, и в проекте она не участвует.

И сейчас ситуация значительно проще. У нас было время подготовиться. И сейчас у нас достаточно времени, что бы решить все поставленные задачи.

ГЛАВА 25. КАК МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ.

Прилетели мы в Дубай, доехали до гостиницы. Камчаткин сказал, что у него ещё встреча. А я направился прямиком оформляться для проживания.

И вот вхожу я в холл. Большой такой зал, даже несколько залов. Бассейн с фонтанами, пальмы, какие-то цветы везде. Красиво и как-то значительно. И много разных диванов, кресел, столиков, а народу как раз немного. Тут парочка, там семья и везде обслуга, сервис в униформе.

Слышу, кто-то по-русски говорит. Так это, не очень громко, но как-то настойчиво и требовательно.

Прохожу ещё пару метров, и так за колонной, вижу картину. Трое ребят в униформе, все местные. То ли черненькие, то ли арабы, сразу не поймешь. Стоят, как на параде, один возле другого, в шеренгу по одному. Все улыбаются, у одного поднос в руках, а на нем пустая рюмка. И смотрят на человека, который сидит перед ними на диване, за низеньким столиком.

А на этом столике стоит рюмка водки и штук восемь — десять маленьких тарелочек с разными видами овощных салатов. Но какие-то все они зеленые.

И тут я слышу слова.

— Потом щепотку соли, можно добавить корицы, укропчику и лавровый лист. И можно закручивать. А вы знаете, как банки-то закручивают?

Я понимаю, что эти трое ничего не понимают, и поэтому направляюсь к ним, что бы хоть чем-то помочь.

Подхожу ещё ближе и вижу, что этот мужик на диване, не кто иной, как мой Борис.

Вот это номер!

— Борис, это ты?

Естественно вырывается у меня.

Он поднимает глаза на меня.

— А. И ты тоже здесь.

— Слушай, я этим идиотам уже целый час объясняю, что я хочу маринованных огурчиков к водочке. Они мне притащили всякой зеленой дряни, а я не знаю, что это такое.

Скажи им про огурчики. А то сегодня эта девчонка, которая по-русски говорит, из обслуги, не работает. Так я прямо умаялся с ними тут объясняться.

— Огурцы, понимаете, огурцы.

Это он им опять.

Пришлось мне поставить свой чемодан к дивану. И объяснять этим ребятам, какие именно огурчики он хочет.

Конечно, они все трое, сразу убежали, довольные, что наконец-то могут принести грустному господину именно то, что он хочет. А то они ему уже все закуски из бара принесли. И сейчас побегут в ближайший ресторан за этими огурчиками. Спросили, а что это он всё время руками показывал, какие-то движения. Я объяснил, что он их учил, как мариновать огурцы. Они посмотрели на меня, ну прямо как на Бориса. Пришлось мне добавить — Русская традиция, водка и маринованные огурчики.

Это их ещё больше вдохновило, что теперь они всем русским будут предлагать их традиционную закуску к водке.

Я же попросил одного из них оформить мое проживание, отнести мой чемодан в номер и принести мне чего-нибудь холодного, но без алкоголя.

И сел на диван рядом с Борисом.

— Чего, так все плохо, что на водочку потянуло?

Спросил я, потому, что с Борисом мы виделись всего год назад. И я в принципе был готов к тому, что увижу здесь его.

— А, достало меня уже всё.

Вздохнул Борис.

Тут принесли на тарелочке — четыре огурчика и мне какой-то напиток.

Борис довольный, опрокинул водку и закусил огурчиком.

— Да. Это то, что нужно.

— Спасибо, слава богу, не прошло и пол года. Сказал он, улыбаясь официанту. Тот счастливый удалился.

— Знаешь, я тут уже неделю кочевряжусь. Жара страшная, округу я всю уже объездил, ничего особенного. В казино меня уже не пускают — чего-то говорят про статус. А чем ещё тут заниматься?

— Я же по-английски всего-то ничего. Хорошо в аэропорту встретили с табличкой и привезли сюда. А тут эта русская девчонка через день работает. Так пока она тут, у меня и экскурсии, и поездки, и развлечения, машину брал напрокат — кабриолет.

А без неё — они же ничего не понимают. А водка — она и здесь водка.

Мне когда путевку вручали — сказали, что русскоговорящий гид и все такое.

Я же выиграл путевку — ну знаешь сейчас реклама такая. Кто-то выигрывает путёвку, а потом они трубят об этом целый год. И народ к ним валит.

Так думал всё будет по-человечески, будет сопровождающий, будут везде фотографировать. А тут, привезли и бросили. Хорошо хоть карту дали, везде ей расплачиваюсь, а девчонка эта сказала, что там нет лимита. А в казино не пускают. Я там, в первый раз пятнадцать тысяч выиграл. Потом проиграл двадцать. И теперь не пускают, сволочи. Хотел отыграться — а они все статус, статус.

Что, блин, за статус такой.

Ты мне можешь объяснить.

И вообще, а ты чего тут делаешь?

Позавчера приперлись Женька с Костей. Так Женька по-английски лопочет. И они где-то второй день пропадают. Правда, в день приезда посидели вечером. Я же их лет пять не видел.

Да, а вчера Людмила приехала.

— Как, Людмила — Люська что-ли?

Не выдержал и спросил я.

Да. Твоя Люська. Вон там, у того дальнего бассейна лежит, загорает. Часа два, как мимо прошла. Такая вся прямо «леди» стала. По-итальянски болтает. Там какие-то итальяшки к ней вчера приставали — ходил разбираться. По-русски ни черта не понимают, а туда же, руками машут, как пропеллером. Ну, я им как мог, объяснил, что эта женщина здесь со мной, и если чего-то не так, то «мало не покажется». Отстали.