Школа, как это было... Часть II - Стенкин Георгий - Страница 30

Вот это номер!

Евгений с Константином, просто опешили.

Посмотрели друг на друга. Константин, было, рванулся к Игорю, но Женя успел его остановить, ещё при вставании с кресла.

И сказал, обращаясь к Игорю.

— Вот, значит, что такое, для тебя — наш класс. Детская возня.

— Да.

Уже начиная, заводится, рявкнул Игорь.

— Придумали, тоже. Школа, одноклассники. Десять лет — за одной партой. Слюни распустили. Сколько школа нам дала. Дружеские отношения.

— Мы должны были ходить в школу. Понятно. Обязательное среднее образование.

— Учителя, должны были нас учить. А парты — те на двух человек сделанные. Поэтому, кто-то должен был сидеть с кем-то.

— Давайте ещё детский сад вспомним. Какие там горшки были, с цветочками.

— Ты, как солдафоном был, так и остался.

Это он — Евгению.

— А ты — «карате-до», «карате-после». Много медалей получил?

И Константину, досталось.

— Вы, все, мне никогда не нравились. Бегали, суетились. В вас не было, и нет — высшей цели.

— Валерка — дом построил. Нужно похвастаться. Кому это интересно?

— Люськина дочка замуж вышла. Ну и что — тысячи, каждый день женятся. Что теперь — ах, как здорово!

— А это ваше геройство — на юбилее. И что? Кому вы что доказали?

— Смешно, всё это — мышиная возня.

Константин и Евгений. Молча сидели и слушали, всё более распаляющего Игоря. В принципе — таков и был план. Вынудить его самого, заговорить о своих националистических идеях. А к этому, судя по последним словам — всё и шло.

— А ты, что — служишь высшим идеалам? Особенный какой-то, что ли?

В тон речам Игоря, отпарировал Константин.

Игорь, аж чуть не захлебнулся, от возмущения. И поехало…

— Разумеется. Мы охраняем чистоту русской нации. Мы — избранные.

И он начал, как на митинге или на своём партийном заседании, сыпать лозунгами и заготовленными пропагандистскими текстами. Во славу русской нации.

Мы не будем, весь этот бред, приводить тут. Что бы, не было ни малейшего намёка на поддержку или отрицание, убеждений Игоря.

Это его право. А наше право — соглашаться с ним, или нет.

Несколько раз, то Женя, то Костя специально подначивали Игоря. Что бы, он ещё больше вошёл в раж.

И в результате, стало ясно.

Что за всеми этими, красивыми и многочисленными словами, стоят реальные силы. И, что, их организация — действительно большая. Они совсем не гнушаются физическими расправами и открытым противоборством со своими противниками.

И они готовы идти куда угодно, и переступать, через что угодно. Что бы добиться своего.

Фанатики.

Потом, его энтузиазм стал спадать. То ли силы были на исходе, то ли запас текстов иссяк. И он закончил:

— А вы хотите, что бы я участвовал в этой вашей возне. Да еще и вместе с казахами, немцами, чеченцами, евреями и армянами.

— Да ни за что.

— Да и чёрт с тобой.

В тон Игорю, ответил Константин.

— Просить и уговаривать — не будем.

— Ладно, ладно.

Примирительно, заговорил Евгений.

— Ни кто, тебя ни в чём, не обвиняет. И мы от тебя не требуем участия. И воспитывать тебя, в духе класса — не собираемся.

— Даже пытаться не будем — спорить с тобой.

— Это твоё право. И это твой выбор.

— Мы должны, его — этот твой выбор, уважать.

— Потому, что, какой бы ты ни был, но ты — наш одноклассник. И каждый из нас — тебя по-своему помнит.

— Давай так договоримся. Мы тебя видели. У тебя всё в порядке. Ты знаешь — что делаешь. Так мы всем «нашим» и расскажем. Просто волновались, за тебя.

— А ты…

Тут, Женя, на несколько секунд задумался. Обидно и жалко, оставлять Игоря в таком «болоте». Но, будем надеяться — что ненадолго.

— Будет плохо — знаешь, где и как, нас найти.

— Надумаешь поделиться своими радостями, с другими — милости просим.

— И, извини, что отняли столько времени.

— Да, чуть не забыл.

Вставая, сказал Евгений.

— Приедет мой сын. Мы сейчас интервьюируем всех одноклассников. Ну, к тридцатилетнему юбилею. Идея Бориса.

— Ты, уж, не откажи — выдели полчаса.

— Да, да, конечно. Без проблем.

Ответил Игорь.

— Привет Борису.

И особенно не церемонясь, скомкав практически разговор, Евгений и Константин, не пожав руки Игорю, просто махнув на прощание — «Пока». Чуть ли не выскочили в приёмную.

— Как в грязи извалялся. И почему, ты не дал мне набить ему морду?

Не выдержал Константин.

— Пошли, пошли. Надолго, здесь задерживаться, даже нам — нельзя.

ГЛАВА 23. РИККАРДО.

В Париже была осень. Самое начало осени. Зелень на улицах, начала золотиться, а местами и краснеть. В воздухе витала ещё жара лета, солнце.

Поэтому Риккардо, был в приподнятом настроении, приехав в Париж. Расставание с Люсей — но ведь всего на неделю. И возможность увидеть дочку, зятя и самое главное — внучку.

Радости было просто море, с обеих сторон. Почему бабушка не приехала?

Разбирали подарки. А это — кому?

Включили для дедушки видео. Вот мы перевернулись, а вот сели, а вот пытаемся ходить.

Дедушка утопал в любви и радости. Все были рады, неожиданной встрече.

До конца дня, крутилась эта карусель радостного возбуждения.

Вечером, после ужина, Риккардо вывел дочь на балкон. Было немного прохладно. И Риккардо решил не тянуть.

— Понимаешь, мне твоя мама поручила…

— Познакомиться со всеми твоими «русскими» друзьями. Но ведь у тебя много друзей, тут, которые говорят по-русски?

— Конечно, есть.

Ответила она.

— Ты можешь мне устроить встречи с ними, со всеми. И лучше в неформальной обстановке. Кафе, клуб, дискотека. Всё, что угодно.

— Ты, что, хочешь ходить по молодёжным тусовкам?

С усмешкой спросила дочь.

— Да. Это то, что мне нужно.

— Мама, тебе всё объяснит. Потом.