Школа, как это было... Часть II - Стенкин Георгий - Страница 36

Абсурд.

Конечно, у девяти из десяти, опускаются руки.

Талант, должен себя реализовывать, что бы быть талантом.

А деньгами должны заниматься — профессионалы.

От этого, всего, появляется озлобленность на коллег по профессии, на аудиторию, и в итоге — на весь белый свет.

Поэтому, винить и обвинять, наших «изгнанников» — не будем. Их можно только пожалеть.

Другие.

Фанатики «пера», графоманы и «тонкие» натуры. Среди таких «творцов», чаще встречаются, таланты крупной величины.

Да, они пишут для читателей. Они отдают себя целиком искусству, творчеству. И не страдают тщеславием.

Но, они или сгорают, или остаются во власти Истории и Времени.

За них — обидно.

Но, на их счастье — есть Интернет. Совершенно, без затрат — и многотысячные аудитории. И они пишут «в сеть». И их читают. А они творят дальше.

Но и в Интернете, обосновались и те — первые (изгнанники). И выступают своеобразным щитом. Мы — литература, а вы — дилетанты.

Думают, что для того, кому интересно творчество, их комментарии, или препоны — будут являться преградой, для чтения. Ошибаются.

Интернет, пока ещё, достаточно демократичен. В лучшем смысле этого слова.

И, читатели, в нём, находят своих писателей и поэтов.

Да будет так…

Так я рассуждал, пытаясь решить поставленную мне задачу. Но видимо — опять, увлёкся.

Сложно.

Мне никак не удавалось найти какое-нибудь связующее звено между этими группировками.

В общем, по всей Европе, обнаружилось всего семь, таких литературных центров. В Париже, Мадриде, Праге — были крупные, более 100 членов в каждом. И поменьше — в Германии, Финляндии, Голландии и Венгрии.

И если в крупных центрах литературного сообщества — и проводились, какие-то мероприятия, то довольно редко и весьма стихийно. А в малых центрах, деятельность вообще ограничивалась собраниями — раз в год, и стихийными банкетами.

Но, практически все они, были представлены в Интернете. И вот там, уже шла очень бурная жизнь. Полемики, дискуссии, отстаивание концепций, и просто переписка. Литературные конкурсы и окололитературные спекуляции.

В общем, я, посоветовавшись с «нашими хозяевами», пришёл к идее, организовать большую Интернет-тусовку.

Тема определилась сама собой — «Россия в нас, или мы — для России?».

Назначил время, оповестил всех. Написал, небольшой сценарий. Открыл конференцию в реальном времени.

И, поехало…

Но, эти все мои приготовления, не решали главную задачу.

Люди, должны были собраться, что называется «в живую», и со своими телефонами.

Как это организовать?

Пришлось, выдумывать конкурс. На самого активного участника. С сумасшедшими призами.

И для точной персонализации, попросить пользоваться, для участия в этом конкурсе — своими телефонами. Как в старые, добрые времена.

В целом, со своей задачей я справился. Народ будет собран к назначенному часу. И у всех будут с собой телефоны.

Дополнительная нагрузка на техническое отделение.

Ну…

С интеллигенцией — иначе нельзя.

ГЛАВА 32. СПЕЦОПЕРАЦИЯ. ЧАСТЬ 3.

Операция была спланирована очень тщательно. Настолько тщательно и скрупулезно, что мы даже не волновались. Мы знали, что нам предстоит делать. Что будет происходить в разных точках Европы. Как будет проведена акция в России.

Всё было расписано — по минутам. Отрепетировано. Заучено.

И запасные варианты — тоже.

Все знали свои места.

До операции. Нам было немного странно, и совсем не понятно, как «они» — наше руководство, соединят, казалось бы, несоединимые понятия.

Школа, русская музыка, рестораны, бизнесмены, интеллигенция, молодёжь и политические деятели.

Ну, школу и русскую эстраду о школе — ещё можно сложить вместе.

Рестораны и бизнесмены — тоже, вроде как одного поля «ягодки»

Но, молодёжь и политика — антагонисты.

А интеллигенция — вообще от всех особняком стоит.

Всё это подчинить общей цели?

Действительно — война. «И встали все — и стар и млад»

Но это, как бы начинка. То, для чего это всё делается. Что бы освободить всех этих людей от напущенной на них хворобы. Вернуть им собственную волю.

А что технология? Ведь одними словами — не победить.

Оборудовали несколько десятков устройств, для блокировки активации воздействия. Вычистят, несколько тысяч телефонов — от вирусов.

И обезвредят злоумышленников, затеявших эту психотропную войну.

Ну и, разумеется, всё это — практически одновременно.

Когда нам объяснили, что для проведения операции, задействованы более 12 000 сотрудников правоохранительных органов. Полицейских, специалистов по информационным технологиям, экспертов и агентов.

И, когда мы начали готовиться уже к самой операции.

То, наша неуверенность, полностью прошла.

Действительно, всё было просто и точно.

Нам рассказали, что во время нашей подготовительной недели. Сотрудники спецслужб, прикрывая нас в местах выполнения своих заданий, также проводили необходимую подготовку.

Каково же было удивление Риккардо, когда он узнал, что здоровый Иван, который задирался с ним на дискотеке в пригороде Парижа — сотрудник французской разведки.

И, среди Люсиных помощниц — были агенты.

У Бориса, всегда была охрана, но с заданием — быть невидимой.

Остальных агентов, нет смысла раскрывать, по мотивам безопасности. Так нам объяснили. И мы стали оглядываться по сторонам.

Не мир, а сплошное переплетение разведок и контрразведок.

Ну да ладно.

Близился час «Х»…

Сын Евгения, находился в России. И готов был, по сигналу, в назначенный час, начать интервьюирование Игоря.

Аналитики и оперативники, выяснили, что Игорь, и ему подобные в российском националистическом движении, находятся под постоянным воздействием психотропного оружия. И являются приоритетной целью, для организаторов этой акции «во славу русского языка». Приоритетной целью, в данном контексте, означает, постоянное воздействие — без срывов и простоев. Постоянная подпитка — больной не имеет права выздоравливать.