Школа, как это было... Часть II - Стенкин Георгий - Страница 41

С нас, разумеется, взяли дополнительную подписку о неразглашении. Хотя у нас было несколько пунктов об этом, в контрактах. Но, видимо, появились новые обстоятельства.

Европейская и мировая общественность, и пресса — активно обсуждали происшедшие события. И искали законодательные и общественные механизмы предотвращения, подобных инцидентов. Суды, показательные слушания, массовые акции по устранению последствий. Программы реабилитации.

И ещё много чего, происходило в мире, после неудавшейся психотропной войны.

Об этом, можете прочитать в газетах и увидеть на телевидении. Прочитать книжки и посмотреть фильмы.

Мы — не будем на этом подробно останавливаться.

Потому, что мы — люди, со своими людскими желаниями и потребностями.

Очередная история — закончилась. Жизнь возвращалась в нормальное русло.

Словно — налетел шторм. Погудел, пошвырял всё, разбросал, набаламутил.

И ушёл дальше.

Появились звёзды на небе. Лунная дорожка на воде.

И много, много впечатлений.

Конечно же, в первую очередь — о приключениях. О событиях, опасностях и победе.

О людях, которым мы помогли, и которые помогали нам.

Много мыслей и рассуждений. Оценок и критики, возможных, или лучших вариантов развития событий.

Лену, пригласили на работу в ООН — консультантом. Поэтому она помчалась к мужу — за советом. Высшая, мировая организация. Это и признание, но это и ответственность.

Константин, отправился к своей семье. Его там ждали. Да и бизнес его — тоже требовал присутствия.

Евгений, с сыном — тоже спешили вернуться к родному очагу. Отец с сыном. Возвращались с войны — домой.

Борис с Леночкой, решили недельку отдохнуть в Карловых Варах. Что бы поспокойнее — и на русском языке. У них были дела поважнее. Пришло время подумать о расширении семьи.

Риккардо с Люсей, поспешили в Париж, к дочке, зятю и внучке. Им предстояло многое там объяснить. Да и между собой — нужно было многое выяснить. А где ещё нужно объясняться в любви — как не в Париже.

Мы с Ларисой, не были оригинальны, и направились домой — в Люксембург. На дачу — к природе. Набираться сил и слушать Моцарта.

Все хотели покоя и отдыха.

Но в горы, на лыжи, мы всё-таки договорились приехать. Правда, с небольшим опозданием. Но все обещали быть. Даже Константин, согласился привезти свою жену и детей.

Но это всё — потом.

Сейчас, нужно отдыхать.

Нужно рассказывать всем, «нашим» одноклассникам о пережитом, нами.

Наверное, будет проще, если я напишу вторую книжку о школе. И там, всё подробно расскажу.

Только, не буду называть по именам наших детей. У них, всё-таки была вспомогательная роль.

Возможно…

Когда-нибудь…

Оставим это для продолжения. Вот там и назову их всех, по именам. Если оно будет. Лучше бы не было.

Потому, что годы то идут, а эти «диверсионные» мероприятия требуют больших физических и душевных затрат.

Надеюсь, что в следующий раз, опять — если он будет, большую часть работы, будут выполнять — наши дети.

А мы, только так — наблюдатели и консультанты.

Пусть, они — наши дети, несут дальше — начатое нами. Те ценности, которые мы нашли в жизни, в друг друге, и в нашей школе.

Многие, прочитав всё это, скажут:

— Ну что ты так прицепился к этой школе.

— Есть у тебя приятные воспоминания о школьных годах, вот и пережёвывай их.

— Повезло тебе с одноклассниками — но не всем же так везёт.

— Что ты нам навязываешь своё преклонение перед ценностями дружбы?

— Обыкновенная детективная история, немного скрашенная вздохами и ахами от отношений с друзьями.

И будут правы.

Может быть — недостаточно явно об этом сказано.

Ну что же. Попробую ещё раз — напоследок.

Всё дело, разумеется не в школе, и не в дружбе, и не в национальных проблемах.

Хотя, для главных героев — именно в этом. На их долю выпали эти испытания. И они, в отличие от вас, не имели возможность оценить свои поступки — со стороны. Им было некогда, постигать причины своих поступков. Сопоставлять ценности и принимать ту или иную сторону. Они действовали на основании того, что уже имели в душе. Тот, у кого душа была — «неполноценной», занял позиции в лагере противника.

А у главных героев — не было выбора. Люди, имеющие в себе то, о чём рассказывается в этом повествовании — просто не могли поступить иначе.

Духовность. Душа. Одухотворённость. Душевность.

Или.

Черствость души. Бездушие. Приземлённость. Зов «Туловища».

Можно ли назвать политику — бездушной, а государственность — приземленной.

Можно ли жить, только по зову «туловища». Ненависть — это проявление чёрствости души?

Можно ли назвать отношения между друзьями — одухотворёнными. А любовь — проявлением души. Духовность — это вера в бога? Душевность — это, когда душевно больной?

У каждого — свои критерии.

Но я, пытаюсь в этом разобраться.

Потому, что само понятие — Душа, оно совсем не понятное. А уж его, или её, значение и проявление в нашей жизни — ещё менее понятное.

Но важное.

Так мне кажется.

Поэтому — давайте будем разбираться в этом, будем думать, искать объяснения и доказательства. Обнаруживать оправдания и предпосылки. Находить законы и традиции.

И надеяться, что эти наши действия, что-то изменят.

Естественно — к лучшему.

Георгий Стенкин

Октябрь 2006

Люксембург