Избранник - Степаненко Андрей - Страница 70

— Выйди, кому сказала! — звонко потребовала Маргарита.

— Ты скажи спасибо, что папа твой в последний момент ехать сюда передумал, — зло дернул губой капитан.

— В чем дело, капитан? — накинул рубаху Сашка. — Какого хрена ты ворвался в жилище?!

Шитов торжествующе потряс маленьким листком бумаги:

— Ордер, Никитин, ордер...

— Что еще за ордер? — взял со стула брюки Сашка.

— Это ведь ты, Никитин, в Москву звонил, — широко улыбнулся Шитов.

Сашка обмер.

«Ну, вот и все... Блин! Все-таки узнали!»

— А это что, преступление?

— Для тебя — да.

— Понятно, — кивнул Сашка и поднялся с кровати.

Конечно же, всё было сляпано с подачи мэра, и понятно, что сажать его будут вовсе не за звонок на радиостанцию. Но, как и всякий наш человек, он между строк читать умел. Даже если это строчки ордера на арест.

— Мне надо позвонить, — обернулась простыней Маргарита и поднялась с кровати.

— Звони, — щедро позволил Шитов. — И лучше если сразу — папе. Вот он обрадуется!

— К-козел! — с чувством бросила Марго и протиснулась между капитаном и дверным косяком.

Сашка медленно натягивал свитер.

«Вот и всё, — думал он. — Хомяков мне этого звонка на радио точно не простит...»

Он понятия не имел, доживет ли до суда, и что его ждет на суде, если доживет, но подозревал, что обвинение сработает на славу и статья 228, часть вторая, будет сидеть на нем как влитая.

«Может быть, суд присяжных попросить?» — подумал он и тут же отбросил эту идею. Насколько он понимал, взятые прямо из народа, методом случайной выборки, смертельно боящиеся всяких там наркоманов и хулиганов обыватели скорее посадят десять невиновных, чем пойдут против прокуратуры. Такова уж природа среднестатистического человека.

— В чем обвиняют? — на всякий случай мрачно поинтересовался он.

— А то ты не знаешь? — усмехнулся Шитов.

— Знаете, капитан, — печально хмыкнул Сашка, — мне уже столько вариантов предлагали, что я даже как-то растерялся...

Капитан хохотнул: ему было весело.

Сашка начал застегивать ремень, как вдруг сообразил, что его наверняка отнимут, и широкие, по моде брюки будут болтаться... одеть трико?

— Чего телишься? Пошли!

— Сейчас, — кивнул Сашка. — Переодеться надо. — Шитов поджал губы и вдруг усмехнулся, — видно, понял, что всё одно выиграл.

— Переодевайся, — кивнул он. — Там уже не получится.

Сашка тяжело вздохнул, открыл шифоньер и достал джинсы: демократично и на любой сезон. Хрен его знает, в какое время года он выйдет, если выйдет вообще...

Когда его, уже в наручниках, в сопровождении двух конвойных, выводили из квартиры, Маргарита стояла в дверях кухни.

— Извини, Марго, — повернулся он.

— Я тебя вытащу, — поджала губы Марго и повернулась к Шитову: — А тебя, козел...

— Полегче на поворотах! — взъярился капитан. — Папочке своему будешь претензии высказывать, а я на службе!

Марго не без труда взяла себя в руки.

— За квартирой присмотришь? — то ли спросил, то ли попросил Сашка.

Она кивнула.

— Тогда я пошел, — шагнул он за порог и двинулся вниз по гулкой деревянной лестнице.

— Слышь, капитан, — поинтересовался один из конвойных, — а что там шеф говорил, когда нам отгулы дадут?

— После дождичка в четверг, — мрачно отозвался Шитов, — ты что, нашего Бугра не знаешь?

— Знаю... — тяжело вздохнул конвойный и вдруг оступился и полетел вниз по лестнице. — Й-о-о!

Из полутьмы выскочила бесформенная тень, и на этот раз уже капитан Шитов получил звонкий удар по голове, охнул и осел на колени.

— Учитель! Бегите вниз! — Сашка растерянно оглянулся.

— Беги, Учитель! — рявкнула тень Лешкиным голосом. — К машине!

Сашка глотнул и рванул вниз по ступенькам. Выскочил на улицу и огляделся: слева, у стены стоял милицейский уазик, а возле кривой старой сосны незаметно притулился темный «жигуленок».

«А стоит ли?» — на секунду засомневался он, и в следующий миг его схватили за плечо и потащили вперед.

Только когда он и два его бывших апостола отъехали достаточно далеко, до Сашки дошло, какое это все-таки мальчишество. Но дело было сделано.

— Хорошо, что Марго позвонила! — возбужденно тараторил Олег.

— Блин! Учитель, Сила вас точно хранит! — вторил ему не менее возбужденный Лешка.

— Вы что натворили, мужики? — откинулся на спинку Сашка и почувствовал, как мгновенно врезались наручники в заведенные назад кисти.

— А что? Всё нормально прошло! — не согласился Олег. — Как по нотам!

— Поймите, Александр Иванович! — на секунду оторвался от баранки Лешка. — Пока они вас будут искать, Сила-то будет работать! Это самое главное! Ведь так?!

— Это меня и пугает... — покачал головой Сашка. Он знал, что, пока Федор Иванович вкупе с мэром занимаются всякой, прямо скажем, фигней, вирус быстро и качественно делает свое черное дело. А значит, наступит момент, когда правду об этом уже не замажешь. Но Сашка слишком хорошо понимал, что лично ему это поможет вряд ли, и этот побег с нападением на Шитова и конвойных ему еще отольется. А в том, что его рано или поздно возьмут, сомневаться не приходилось. Велика Россия, а бежать некуда — везде менты.

Его привезли на одну из сектантских квартир, минут за пятнадцать сняли наручники, попытались накормить, а потом вручили пульт от телевизора и показали аккуратно застеленную кровать.

— Вы пока здесь поживите, — серьезно сказал Олег, — а мы завтра всё разузнаем и вам доложим. Хозяев, если что, звать Оля и Саша.

Стоящие в дверях Оля и Саша синхронно поклонились. Они и мечтать не могли о такой чести.

— Я помню, — приветливо кивнул им Сашка и подошел к кровати.

Внутри всё бренчало от пережитого, но он знал: надо спать. Хотя бы для того, чтобы утром были силы обдумать положение по возможности спокойно.

«Ох, втянули вы меня в историю, ребята...»

Когда он проснулся, на кухне негромко играло радио. Сашка поднялся, прошел на кухню и чуть не столкнулся в дверях с молодой симпатичной хозяйкой.

— Кушать будете? — испуганно пролепетала она.

— Буду, — улыбнулся Сашка. И не выдержал, спросил: — А что это вы все такие почтительные? Будто Иисуса живьем увидели?