По прозвищу Викинг - Степанычев Виктор - Страница 67

– Ты немного ошибся, – спокойно прозвучал голос за его спиной. – Не два «холодных», а три. И скоро вполне может появиться и четвертый.

«Вот я и вляпался, как сопливый мальчишка», – с тоской и досадой подумал Викинг.

Идальго оказался умнее, чем можно было предположить, а он сам, потеряв бдительность, лопухнулся самым наипаскуднейшим образом. Была же мысль, что боевики попробуют его поймать на приманку, однако в ожидаемой схеме отсутствовал четвертый – отсидевшийся в сторонке и так неожиданно оказавшийся за спиной Идальго.

И он, идиот, расслабился, услышав, что этот лис оторвался от основной группы. Вот и «получил фашист гранату» в обмен на трех живцов.

Викинг стоял, неподвижно опустив руки, не пытаясь дернуться. Позади него находился волчара, который без всякого сомнения пустит ему пулю в затылок, если только он попробует шевельнуться. А так, коли его сразу не шлепнули, хоть и ничтожный шанс на жизнь, но остается. Значит, для каких-то целей пленник Идальго нужен – как заложник, источник информации, – это знает только он сам. А отсюда следует предположение, что, может быть, еще не все потеряно. Может, да, а может, и нет…

– Руки поднять вверх и сделать пять шагов вперед, – негромко распорядился голос из-за спины. – И без шуток.

«Какие уж тут шутки», – угрюмо подумал Викинг, безропотно выполняя команду.

– Медленно повернись ко мне лицом. Хорошо! Двумя пальцами, аккуратно достань из-за пояса «узи» и отбрось его в сторону. Теперь то же самое проделай с ножом. Больше у тебя ничего нет? Пэрфекто! Прекрасно!

Встретились два холодных, оценивающих друг друга взгляда. Викинг мог более подробно и ближе рассмотреть террориста. Выглядит на свои сорок два года. Жилистый, худощавый. Сразу заметна тренированность тела и уверенность в движениях. Достойный соперник, если выдастся возможность для схватки. Кроме короткоствольного револьвера, вооружен нашим родным «каштаном», висящим на левом плече. Вот уж действительно: «Проникновенье наше по планете…»

Идальго не менее внимательно и испытующе разглядывал стоящего перед ним Викинга. Он первым нарушил затянувшуюся паузу:

– Так ты, как предполагаю, и есть тот самый русский, из-за которого заварилась вся эта каша?

Викинг вполне миролюбиво заговорил:

– Да, я русский, вот только заварил это не я, а придурок Россет. Еще три дня назад мне ничего не было известно об этом острове и не было никакого дела до того, что здесь творится.

– Тема, конечно, спорная, но, возможно, ты отчасти и прав, – задумчиво ответил Идальго. – Генри был весьма недурным прикрытием, жаль только, с головой у парня не все в порядке. Вот и результат, а точнее, финал, не совсем утешителен. Так что же мы будем делать дальше?

– Финал чего и для кого неутешителен? – решил сыграть под дурачка Викинг. – И хотелось бы знать: кто подразумевается под словом «мы»?

– Вопросы остаются без ответа. Ты прекрасно все понимаешь, и не стоит показывать мне большую глупость, чем она есть на самом деле, – криво усмехнувшись, сказал Идальго.

– А из каких же источников тебе известен уровень моей глупости?

– Из личного общения. Умный не стоял бы сейчас под дулом пистолета, – уже со злостью отчеканил Идальго. – И хватит болтать. Со мною это бесполезно, я прекрасно знаю приемы и способы общения с противником, поэтому не надейся, что разговоры могут меня отвлечь. Отвечай только на конкретные вопросы коротко и ясно. А вот это тебе для пущей смиренности…

Он, не опуская револьвера, пошарил левой рукой за спиной и бросил к ногам Викинга наручники.

– Надень-ка их. Надеюсь, эти предметы тебе знакомы? Учить, как пользоваться, не надо?

– Не стоит, – угрюмо проворчал Викинг, медленно нагибаясь за ними. – Обучен…

Он не спеша прилаживал стальные кольца на запястья и одновременно лихорадочно просчитывал ситуацию. Кажется, мочить его сразу не собираются, и это несколько обнадеживает. Второй маленький плюсик: наручники застегнуты не за спиной, а спереди. Это может дать чуть большую свободу действий и подвижность. В остальном ничего особо положительного пока не проявлялось.

– Подтяни потуже, – сказал Идальго, внимательно наблюдая за действиями пленника. – Вот так сойдет. Теперь приступим к делу. Как я понял из радиопереговоров, с двух сторон нас стерегут твои друзья, с третьей – непроходимое болото. Мышеловка готова захлопнуться, да вот незадача: ты, думаю, немного переоценил свои силы, закрывая в одиночку брешь со стороны побережья. В общем-то, задумка вполне логична, и мне рваться туда смысла нет, но есть маленькое уточнение. Одному там делать нечего, а вдвоем с тобой мы вполне можем найти выход из капкана. Как ты думаешь, есть в моих словах доля истины?

– Я ничего не думаю, – буркнул Викинг.

– И правильно делаешь. Мыслительный процесс мне придется взять на себя, а ты станешь только исполнять то, что я прикажу. В подтверждение нашей дружбы сейчас ты свяжешься по радиостанции со своими людьми и осведомишься, как выполняются твои распоряжения. Как видишь, этот разговор будет носить совершенно безобидный характер. И попрошу без шуток.

Викинг включил радиостанцию и вызвал абонента:

– Девятый, я Одиннадцатый, прием.

– Я Девятый, вас слушаю, – немедленно откликнулась трубка.

– Доложите, как выполняются мои приказания и есть ли какие изменения в обстановке?

– Одиннадцатый, изменений в обстановке нет никаких. Меры безопасности приняты, ждем подкрепление для усиления постов. «Вертушка» начинает прочесывать болото. Ждем дальнейших указаний. Седьмому данные по работе с объектами переданы. Он беспокоится и ждет информации.

Викинг вопросительно взглянул на Идальго. Тот кивнул головой и негромко сказал:

– Заканчивай разговор.

– Одиннадцатый, я вас понял. Находитесь на связи и ждите дальнейших распоряжений, – сказал Викинг и отпустил тангенту.

– Выключи радиостанцию и кинь ее мне, – приказал Идальго. Викинг щелкнул тумблером и небрежно бросил аппарат на землю к ногам террориста. «Опытный гаденыш, – разочарованно отметил он про себя. – Подстраховывается качественно. Знает старый фокус, как можно, не произнося ни слова, нажатиями одной тангенты, меняя фон в эфире, подать сигнал SOS». – Обстановка вполне понятна, и она меня пока устраивает. Пока! Какие у тебя есть предложения по нашей дальнейшей совместной деятельности?

Викинг, хмыкнув себе под нос, промолчал.

– Я так и понял, что ты перекладываешь ответственность на мои плечи и всецело полагаешься, опять же, на мою рассудительность, – иронично заметил Идальго. – Жаль, конечно. Так хотелось взаимности и любви, но ничего не поделаешь, видимо, не суждено.

Чуть в стороне послышался приближающийся шум вертолетного двигателя. Викинг задрал вверх голову, вглядываясь в разрывы ветвей. На мгновение скосив глаза, он поймал насмешливый взгляд Идальго.

– Не стоит крутиться, пытаясь меня отвлечь. Я на такие уловки не поддаюсь. Если тебя так интересует, что там такое трещит, могу подсказать, что вертолет полетел разыскивать меня на болоте, – сказал террорист. – И нам также пора в путь, только в другую сторону, противоположную, – время поджимает, – и уже жестким тоном приказал: – Быстро двигаемся к берегу. И никаких глупостей по дороге. При малейшей попытке неповиновения буду стрелять без всякого предупреждения. Вперед!

Викинг двигался быстрым шагом, повторяя уже не однажды пройденный им маршрут. Отличие от предыдущих марш-бросков было в том, что за спиной периодически звучали команды Идальго:

– Правее… Принимай влево… Скорее!..

На середине пути Идальго сделал остановку и, передав ему радиостанцию, приказал запросить обстановку и отдать распоряжение на выдвижение группы захвата к перешейку якобы с целью сжатия «мешка». Было понятно, что террорист тянет время и, отвлекая внимание коммандос, отрывается от них в единственном относительно неконтролируемом направлении.

Викинг считал, что Руэнтос не оставит прибрежную полосу без присмотра. Естественно, блокировать весь берег он не сможет, но осаду острова со стороны океана не снимет, пока не закончится операция. И его спутник вряд ли не осознает данную реальность, хотя и стремится выбраться из леса к берегу. Смущала уверенность в действиях и поведении Идальго. Он не производил впечатления загнанного беглеца и упорно двигался вперед к непонятной пока цели. Следовательно, у него был конкретный план действий, и Викинг, без всякого сомнения, занимал в нем вполне определенную строку. Только так можно было объяснить факт, что он до сих пор жив.