Невысказанное (ЛП) - Бреннан Сара Риз - Страница 53

Эш стоял рядом со своей матерью. Он посмотрел на свою тетю, Кэми, на холл с пустыми оконными рамами, через которые со свистом проносился ветер, на своего отца. Его глаза становились все шире и шире: он выглядел напуганным.

Кэми была окружена битым стеклом и Линбернами, напуганная и воодушевленная, но она никогда не была одна — неистовое биение внимания Джареда, сосредоточенного на ней, ощущалось, как второе сердце, биение которого эхом раздавалось в первом.

Должно быть, хватка Роба ослабла, и Джаред смог вырваться и забежать в холл. Стекло, повисшее в воздухе между ним и Кэми, упало на каменные плиты и разбилось, выглядя, как сверкающие белые точки звезд и красного заката, рассыпанные по серому полу.

«Ты в порядке?» — спросил Джаред.

На мгновение ей показалось, что он может ее схватить, как она сделала в Моксхуде, но он просто возвышался рядом с ней. Она подняла взгляд к его напряженному лицу и его бледным, горящим глазам. «Все нормально».

— Я не понимаю, — порывисто сказала Лиллиана.

— Взгляни, что они делают, — сказал своей жене Роб. Его голос был грубым. — Взгляни! Ты что, не видишь что происходит? — Он посмотрел на Кэми так, словно ненавидел ее.

Джаред встал рядом с Кэми, выставив перед ней свое плечо, и посмотрел на дядю.

Кэми была центром внимания всех Линбернов: прожигающего взгляда Роба, сбитого с толку, ледяного взгляда Лиллианы, напуганного Эша и несчастного Розалинды. Джаред был на ее стороне, но не понимал, не больше, чем она, что происходит.

Когда Роб Линберн заговорил, его голос был зловещим и сопровождался звуками рыданий Розалинды.

— Девчонка — источник, — сказал он.

Глава 28

СЕРДЦЕ В ЛАДОНИ

Линберны сопроводили Кэми в гостиную, будто бы раз она была источником — что бы это ни значило, — они готовы были использовать дружеские манеры. Лиллиана села на один из диванчиков с балдахином, стоящий в конце комнаты, словно королева, беседующая с подданными. Она сидела по центру софы, так что Робу пришлось сидеть с боку от нее, как королевскому прихвостню. Розалинда расположилась на другой софе, все еще плача. Эш стоял в дверях, словно не был уверен рады ли ему здесь или хочет ли он вообще здесь находиться, а может и все сразу.

Кэми села на диванчик на подоконнике, скучная золотистая штора скрывала от ее глаз часть комнаты. Джаред сидел на полу у ее ног, как обычно близко, но не касаясь. Одна его нога была подтянута к груди, и он так напоминал сторожевого пса, что Кэми подумала, как бы он не зарычал, если кто-то из его семьи приблизится.

— Так, вы все — чародеи, — сказала Кэми. — А я — источник. Что это значит?

— Мы используем естественные вещи, как источники нашей силы, — сказала ей Лиллиана. — Леса. Животных. Кто бы не убил ту девочку, он использовал ее смерть, чтобы разжечь свою силу.

— Но я не мертва, — сказала Кэми.

— Несомненно, — ответила Лиллиана. — Чародеи получают вспышку силы от смерти, но продолжительный поток от жизни. Мы черпаем силы из этого города, из леса и, главным образом, от озер. Мы можем использовать чьи-то волосы или кровь, чтобы сосредоточить на этом заклинание. И в особых случаях, с определенным видом людей, чародей может сформировать связь, которая десятикратно усилит его силу. Но люди, способные стать источниками, рождаются очень редко и мы их не используем.

— Потому что сила не соизмерима цене, — влез Роб. — Чародей привязан к своему источнику и никогда не сможет вырваться. Это отвратительно несбалансированная форма магии. Если источник умрет, умрет и чародей. Если умрет чародей, для источника это не будет иметь никакого значения.

На нее давил вес их объединенных обвиняющих взглядов.

— Для меня это имело бы значение, — сказала Кэми.

— Как бы то ни было, — сказала Лиллиана, — среди нашего вида известны две вещи. Первая — чародей с источником обладает огромной силой. Силой, способной пробудить леса, — продолжила она, глядя на Джареда. — Силой, способной изменить мир.

— А другая — что, в конце концов, силу будет контролировать источник, — сказал Роб. — Может быть, сила чародея и возросла, но сейчас вся она происходит от источника. Источник в любой момент может решить отрезать чародея от их собственной магии и оставить его ни с чем. Магия уже на самом-то деле не принадлежит чародею. Какая польза от того, что ты обладаешь силой, способной изменить мир, но отдаешь ее в чьи-то руки?

Кэми подумала о том, как они спрятались в бассейне, видели некоторые вещи в лесах, обернули стекло против Розалинды. Она сама послужила причиной всему этому? Забрала ли она силу, с которой родился Джаред, и использовала ее, использовала его, даже не намереваясь это делать? Она притронулась к сознанию Джареда. Он не злился на нее, только был удивлен, а его мысли свободно повернулись к ней, и ощущение было таким, будто касаешься тыльной стороны чьей-то ладони, а потом сплетаешься с ним пальцами.

Лиллиана внимательно посмотрела на Кэми.

— Кто-то и может сказать, что это того стоило, иметь товарища, чтобы быть способным изменить мир. Они пишут истории об источниках и чародеях. Они становятся легендами. Они говорили, что король Артур был источником.

— Так я — Мерлин? — спросил Джаред скептически.

— История неясна, — признала Лиллиана. — Также имеется и упоминание о женщине на стороне Артура, которая могла колдовать. Дева озера.

— Хм, — сказал Джаред. — Я бы предпочел быть Мерлином.

Лиллиана улыбнулась своими маленькими алыми губами.

— Чародею нужно пройти сквозь огонь и воду, чтобы достичь полной силы. Особенно, сквозь воду. Думаю, Дева озера была настоящим чародеем.

— Видишь ли, как это работает, — сказал Роб. — Все мы знаем имя источника. Но не можем с уверенностью сказать, кем был чародей. Чародей не имеет значения. В Разочарованном доле не беспричинно не было чародея и источника с 1480 года. Я не хочу такой жизни для своего племянника.

— Я в порядке, — сказал Джаред. Кэми ощутила, как он потянулся к ней, и знала, что он сказал это скорее ради нее, чем ради Роба.

Судя по выражению лица Роба, он тоже это знал.

— Разве? Или ты просто говоришь то, что хочет услышать она? Источники влияют на твои эмоции так же, как и контролируют магию. Ты не так долго знаешь о магии, я понимаю, но тебе надо понять насколько это серьезно. Она в любое время может отрезать тебя от твоей собственной силы. Тебе нужно понять, что она обладает абсолютной властью над тобой.

Кэми сидела, как громом пораженная.

— А тебе нужно понять, — сказал Джаред, — что это то, чего я хочу.

Прерывистое дыхание Розалинды сорвалось на очередном рыдании.

— Я не хотела, чтобы так получилось, — сказала она Робу. — Я бы никогда не сделала ничего, что расстроило бы тебя.

Эта жалобная мольба заставила Кэми посмотреть не на Розалинду или Роба, а на Лиллиану, чтобы увидеть, как она примет доказательство того, что ее близняшка была все еще влюблена в ее собственного мужа. Лиллиана и глазом не повела. Она смотрела на Джареда, с интересом прищурив глаза.

— Моя сестра сделала это с тобой? — осведомилась она. — Я так поняла, что принятие источника было добровольным.

— Она сделала это с нами, — сказал Джаред. — Она наложила заклятье на маму Кэми еще до того, как мы родились, чтобы видеть ее глазами.

— Я не знала, что произойдет, — резко сказала Розалинда, подняв с ладоней мокрое от слез лицо. — Та женщина, Клэр, она была не из Глэссов. Она ни за что не могла быть источником. Я не знала, что она беременна, или, что ты мог найти источник таким способом, на таком расстоянии, не говоря ни слова. Я просто хотела создать мост от себя к Разочарованному долу.

— А вместо этого ты создала мост для источника к своему сыну, — сказал Роб. Он был единственным человеком в комнате, кто выглядел обеспокоенным за Джареда.

Так вот почему дом семьи Глэсс был построен там, где Линберны могли за ними присматривать, почему семья должна была оставаться там, где за ними могли присматривать Линберны.