Особенные. Элька (СИ) - Ильина Ольга Александровна - Страница 24

— Эль, — пропищал притихший крыс.

— Молчи. Это все из-за тебя. Я думала, вы хранители умные, скрываетесь там от простых людей.

— Это Мартин. Он жил еще в те времена, когда нам незачем было прятаться. Все о нас знали и почитали. Ты когда-нибудь слышала о тотемных животных?

— Не надо мне твоих оправданий. Лучше скажи, как папе помочь?

— Милая, а ты лучше подумай, почему твоя мама так подозрительно спокойна?

Хм, а ведь и правда. Я бы на ее месте валерьянку литрами пила, на завтрак, на обед и ужин. Кстати, стоит махнуть чуток, а то ведь не засну от всего пережитого. Налила, накапала, махнула. Не полегчало.

— Кстати, а твое собрание хоть помогло?

— Это как сказать, — снова замялся крыс.

— Опять подлянка?

— Ну. — виновато протянул крыс.

— Ладно уж, попытаюсь принять информацию с честью, — махнула рукой я.

— Мартин об одном рецепте рассказал, стимулирующем память. Только рецепт сложный, но возможный.

— А это не отрава? Этот твой козел надежный источник?

— Обижаешь. Надежнее некуда.

— Тогда ладно. Говори, что за рецепт?

— Э.

— Да ты издеваешься, — простонала я.

— Долго объяснять.

— Значит завтра, первым же делом ты мне все рассказываешь. И не вздумай что-то утаить.

— Не буду, честно-пречестно, — пропищал крыс, а потом мы резко подпрыгнули от громкого грохота падающего тела. Это папа. Услышал, как мы с Крысом беседы ведем. И что теперь будет? Может, нам всем записаться на прием к психоаналитику. Говорят, помогает.

Зато история с телефоном обошла меня стороной. Появление в нашем доме козла, выбило папу из колеи, и он совсем забыл о любимой дочурке. А мне только этого и надо было. Только самой как быть и что делать, ума не приложу. Может, и правда, попробовать с тем рецептом?

Глава 15

Старые новые знакомства

С раннего утра папа с нетерпением ожидал газовщиков. Мама поддерживала и успокаивала его, Женька скептически хмыкала, а я решила не вмешиваться, и поменьше мозолить глаза папе. А то, он как-то подозрительно вздрагивает, едва завидев меня. Неприятное, чувство, скажу я вам. Так что, мы с Крысом решили потихоньку свалить в школу от греха подальше. Я бы и одна пошла, но крыс уперся и со словами:

— Тебя же одну оставлять опасно, обязательно во что-нибудь вляпаешься, — полез в карман куртки.

— Как хочешь, — хмыкнула я, натянула капюшон и очки, дождалась, когда Женька соберется, и мы отчалили. Мама решила остаться с папой, морально, так сказать, поддержать. Так что сегодня мы с Женькой шли в школу своим ходом. Сестру такая перспектива не радовала, меня, признаюсь, тоже. Не до нее сейчас было и не до ее злых взглядов в мою сторону.

Бабы Кати внизу не наблюдалось, но ее и не должно было быть. Вчера кто-то вызвал скорую, и вахтершу увезли в неизвестном направлении. И все из-за паршивца крыса.

— Надеюсь, ты корчишься от стыда, там в кармане, — прошипела я, выходя из подъезда. И чуть не упала, столкнувшись с каким-то мужчиной в костюме. Везет мне в последнее время на всякие столкновения, подозрения вызывает, что это не везение, а закономерность, а где закономерность, там тонкий расчет. Знать бы кто такой умный все это рассчитал. Так, о чем я там говорила? Ах, да, мужчина. Еще мне везет на странных людей без аур. Этот был из таких. Но даже не это меня поразило, а весь его вид.

Никогда не встречала подобных мужчин, даже в кино. Он был высок, похож на качка фигурой, но не гора мышц, как в спортивных журналах. Я бы сказала, все в меру. Глаза, пронзительно синие, цепкие, умные, мгновенно оценивающие стоящего перед тобой человека. Такая реакция и взгляд могут быть у следователей, прокуроров, тех, кто выносит приговоры. Не знаю, почему я так подумала, скорее это моя интуиция подумала за меня. Но особенно меня, не просто впечатлил, потряс большой кривой шрам, идущий от уголка глаза, к губам. Он портил его и при этом делал потрясающе впечатляющим, мужественным. Это не принц и не герой, скорее суровый воин, викинг, облаченный в дорогой черный костюм и такой же черный, расстегнутый плащ.

— Прошу прощения, — проговорил мужчина, как пишут в романах, глубоким бархатным голосом. Я не понимала раньше, как может звучать этот голос.

Теперь поняла. Голос, заставляющий трепетать. Повезет же той, которую он полюбит.

Он уже зашел в подъезд, а я все смотрела на закрытую дверь и недоумевала, пока сестрица не окликнула:

— И не мечтай. Не твой уровень.

— Не понимаю, о чем ты, — проговорила я и побрела вслед за сестрой к автобусной остановке.

Я с настоящим нетерпением почти летела в школу. Сегодня я узнаю хотя бы часть правды. Но меня ждал настоящий, сокрушительный облом. Егор не пришел. Ни на первый урок, ни на второй, ни на третий. На четвертом мое негодование достигло своего пика. Как он мог? Ведь обещал. Ну, я ему устрою. Я ему такое кино покажу, век не забудет. Гад. Я к нему домой наведаюсь и вытрясу, если понадобится все ответы из этого… лжеца. Только есть одно но, я и понятия не имею, где он живет. Может, Ирина Зауровна знает?

На перемене решила прогуляться до учительской. Крыс остался в моей сумке, обещал не шуметь. Пришлось поверить на слово. Учительская находилась на втором этаже, рядом со столовой. Я шла к ней и все больше мрачнела. У очень многих подростков были темные нити в аурах. У кого-то больше, у кого-то меньше. Я насчитала половину или даже больше пока ждала учительницу. Среди них ярким розовым пятном выделялась та девочка, подруга Женьки. Даже в сестре не было столько серости, как в ней. Надо что-то делать. Вот только что? Что я могу одна?

— Эля.

— Здравствуйте, Ирина Зауровна.

— Ты ко мне?

— К вам.

— Что-то случилось? Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет, я не по этому поводу. У меня к вам просьба. Вы не дадите мне адрес Егора, то есть Даниила Егорова? Я ему одну книгу одалживала, он обещал сегодня принести, но не пришел. А у меня срок подходит. Вы же знаете нашу библиотекаршу. Если на день опоздаешь, заставит отрабатывать, иначе книг не получишь, — на одном дыхании выпалила я.

Думала, откажет. Но она согласилась. В конце концов, это же не тайна вселенская. А я не шпионка. Через минуту у меня уже был адрес и даже телефон. А поскольку своего у меня сейчас не было, решила обратиться к Женьке, и как раз вовремя. Эта паршивка решила свалить с двух последних уроков вместе со своей подружкой.

— И куда это ты намылилась? — поймала я их в коридоре.

— Не твое дело, — огрызнулась сестра.

— Точно не мое, но папа будет в восторге, когда узнает, что ты снова прогуливаешь.

— Сдашь меня?

— И даже стыдно не будет.

— Тварь, — выплюнула сестра, но сбегать не решилась. А вот ее подружку ничего не держало. Глупая девочка, сама себя гробит.

— Ты ведь Аня? — спросила я, когда Женька, кипя от гнева, утопала в класс, — Я знаю, куда ты идешь.

Она встрепенулась, но не ответила.

— Так сильно ломает?

Она побледнела. Поняла, что я действительно знаю.

— Ты ведь знаешь, что умрешь там? Я могу помочь.

— Ты не поможешь. Никто не поможет, — почти равнодушно ответила она.

— Если ты сама этого не захочешь. Скажи, тебя кто-то выбрал или ты поставщик?

— Откуда ты.

— Это ты втянула Женьку во все это дерьмо?

Она затряслась и покачала головой.

— Тогда кто?

— Это не важно.

Она попыталась уйти, но я удержала.

— Это очень важно, Аня. Ты разве не понимаешь, что большинство этих детей уже втянуты. Они все на крючке.

— Я не виновата.

— Но ты ничего не делаешь. Даже имя назвать не хочешь. Почему?

— Ты ничего не знаешь, — воскликнула она и оттолкнула меня. Но я не могла все так просто оставить. Я должна была сказать, что-то сделать.

— Если ты захочешь соскочить, я помогу. Я уже помогла одному человеку, который был на грани смерти. Ее Марина зовут. Марина Комова.

Девочка резко обернулась.