Особенные. Элька (СИ) - Ильина Ольга Александровна - Страница 37

— Во что ты вляпалась? Мало тебе было встречи с вампиром, так теперь инкуба подавай? — бушевал Егор, а я даже не представляла, как его успокоить. Еще чуть-чуть и голова просто оторвется от шеи и покатится как колобок в кусты. А что? Очень может быть, что колобок, это не шар из теста, а чья-то глупая, говорящая голова, которую встретили пьяные лесорубы с будуна, но толком не рассмотрели. Вот и возникла сказка.

Надо же, какие глупости иногда лезут в голову. Так, пора прекращать мое убиение и переходить в наступление.

— А что мне еще делать? Ты отвечать не хочешь, а моя сестра.

— Твоя сестра в глубоком дерьме.

И это факт. Без него знаю.

— Что-нибудь полезное скажи.

Фух, наконец-то удалось вырваться из чертовой хватки. Блин, задолбал он меня уже хватать.

— И ты тоже.

— И новое.

— Эля, ты.

— Ну, что я? Что я, Егор? Знаешь, я устала. От тайн, от непоняток с сестрой, с тобой, с родителями, со всеми. Я уже сегодня тебя раз пять посылала. А теперь скажу прямо. Или ты мне рассказываешь, какого хрена здесь творится, или.

— Или?

— Или я тебя не знаю.

Кажется, до него дошло. По крайней мере, он здорово напрягся. Посверлил меня своим фирменным укоризненным взглядом и обреченно кивнул.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать. Довольна?

— Буду довольна, когда расскажешь.

— Но не здесь. И не сейчас.

— Хм, я так и знала. Когда-нибудь и прочий бред.

— Эль.

— Я тебя поняла.

— Эля.

Нет, говорить в кустах, сомнительное удовольствие, особенно, если при каждом движении тебя каждая ветка так и норовит отхлестать по лицу или оставить без глаза. Жесть. Просто жесть. Вот, что и требовалось доказать. Неудачно повернулась и поцарапала фэйс. Больно, между прочим.

Егор заметил, выбрался вслед за мной, подошел ближе и попытался дотронуться, а я отшатнулась.

— У тебя царапина на щеке, — проговорил он и убрал руку.

— Сначала себя вылечи. У тебя губа распухла. Или себя лечить не можешь?

— Я вообще не могу лечить.

— Но меня же вылечил, тогда, в первый день?

— Это другое, — замялся он и снова стал скрытным и раздражающим. Нет, вот так всегда с ним, стоит приблизиться на миллиметр, он отходит на шаг. Надоело.

— Вот об этом я и говорю. Эти твои тайны и секреты. Они меня достали. Все достало.

— Я же сказал, что расскажу.

— Когда? Когда ты мне расскажешь? Когда моя сестра станет жертвой этого. Матвея? Я не собираюсь ее хоронить.

— Тебе и не придется.

— Откуда ты знаешь? Или это очередной секрет? Очередная тайна вашего мира? Ты говоришь, что я принадлежу ему, но открывать его секреты не спешишь. Тогда знаешь что, я найду того, кто даст ответы на все мои вопросы. А таких, как выяснилось, немало. Даже наша вахтерша ведьма.

От этих моих запальчивых и эмоциональных слов он дернулся. Постоял несколько секунд, прямо как Анжела Юрьевна недавно, статуей прикинулся в общем, а потом оттаял и переменился. Причем настолько кардинально, что я растерялась. Слишком уж резкий переход он сделал от почти равнодушия к этому.

— Прости меня.

— За что?

— За то, что кричал на тебя. Я не имел никакого права, за то, что игнорировал, за то, что уехал вчера. Но только за стихи я извиняться не стану. Потому что они о тебе. Точнее о том, что я очень давно хотел, но не мог выразить словами. Это не так просто для меня. И ново.

— Что именно? — окончательно растерялась я.

— Так чувствовать. Еще недавно, когда ты была человеком, когда не замечала меня, когда была чужой и недоступной, я лишь изредка пускал тебя в свои мысли, но сейчас… когда я знаю, что это такое.

— Что?

— Твои поцелуи, твой запах, руки, твоя кожа и этот взгляд перепуганного ягненка.

Блин, он опять это делает. Гипнотизирует меня.

— Я не могу спать, есть, дышать без тебя. Я не могу видеть тебя с другими и понимаю, что я не тот… кто тебе нужен.

И как прикажете реагировать на такое вот признание? Меня убили стихи, а это… это просто.

— Только не начинай сейчас любимую песню Эдварда Калена: «я тебя не достоин, тебе нужен кто-то получше и прочая чушь», — отмерла наконец я и позволила ему себя обнять. — Это он не знал конца истории, но мы то знаем, что в итоге все будет так, как должно быть.

— Я говорю не о книге. И я не Эдвард Каллен.

— И слава богу.

— Я скорее из плохой команды, Эля. И когда ты узнаешь, что я делал, боюсь, не захочешь больше меня видеть.

— Для этого тебе придется очень постараться, — хмыкнула я.

— Ведь назад пути не будет. Ты понимаешь? — слишком серьезно проговорил он, но мне сейчас не очень хотелось быть благоразумной и разбирать по кусочкам все его слова. Я просто хочу побыть немного счастливой от этого волшебного момента, который никоим образом с магией не связан. Это просто чувства, которые сейчас переливались через край, заполняя меня целиком.

— Скажу тебе одну простую истину, хорошие девочки всегда влюбляются не в тех мальчиков.

— Влюбляются? — зацепился он за это сложное слово. И зачем быть таким дотошным. Впрочем, я знаю отличный способ, как можно его заткнуть. И очень приятный, скажу я вам, настолько приятный, что теряется счет времени, и я забываю, где я, зачем я, и кто я. Есть только он, его губы, целующие так, что подкашиваются ноги и обнимающие руки, не дающие мне растечься лужицей у его ног или взлететь в облака. Блин, я точно его люблю. И не хочу, чтобы это когда-нибудь прекращалось.

— Я отвезу тебя домой.

— Я к Ленке собралась.

— Хорошо. Отвезу к Ленке.

И ведь отвез на своем скоростном байке, только похолодало сильно и я замерзла. Егор заметил. Он все замечает и отлично умеет меня отвлечь. И греть он тоже очень хорошо умеет. Моя любимая грелка.

— Когда ты планируешь от Ленки домой отправиться?

— Не знаю. А что?

— Просто не хочу, чтобы моя девушка ходила по темноте одна.

Блин, вот умеет же он. Девушка. А это уже статус, причем официальный. И как-то не очень важно, что при этом скажут или подумают другие, даже Стервоза. Потому что никакая ее колкость не стоит ни единого момента с ним.

— А я уж подумала, что ты меня на свидание приглашаешь?

— Свидание? Хм, кажется, да.

— Класс, заберешь меня в восемь. И я надеюсь на ответы, — предупредила я.

— Даже в мыслях не было увиливать, — успокоил Егор, но при этом так хитро улыбнулся, что я разочарованно вздохнула. На мгновение показалось, что все теперь будет просто, но с Егором никогда просто не бывает. И мне, как ни странно, это нравится.

Глава 23

Все, чего мы о себе не знаем

Нет, и сколько мне здесь торчать? Ни на телефон, ни на дверной звонок подруга не отвечала. Очевидно, ее в квартире нет. Тогда где ее носит? Вопрос на миллион или на два. Я решила подождать на подоконнике столько, сколько придется. Через полчаса наверх поднялся мужчина с темно-зеленой аурой. Красивый цвет, мрачноватый немного, но чистый. Еще через час спустились женщина с девочкой лет шести. Совершенно обычные люди. Ленка появилась ровно через три часа. А я успела учебник по истории до половины прочесть.

— Ну, ты даешь подруга, — захлопнула учебник, сунула в сумку и взяла один из многочисленных пакетов, которыми она была нагружена.

— Давно ждешь?

— Думала, корни пущу.

— Здесь? Не советую. А вот если подняться на этаж выше, попадешь во владения Светланы Андреевны. Весь ее этаж стоит в цветах. Хочешь глянуть?

— Потом. Давай сначала сумки в квартиру занесем. Кстати, а ты откуда такая?

— Из супермаркета. Предки, наконец, деньги на карту перечислили.

— И ты решила затариться?

— Что-то вроде того.

— Не многовато для тебя одной будет?

— А кто сказал, что это только для меня?

— Даже так?! — улыбнулась я, выкладывая многочисленные продукты на стол — Неужели у вас с Димкой.

— Причем здесь этот кобель? — перебила меня подруга, — Просто поездка Олега отменилась.