Особенные. Элька (СИ) - Ильина Ольга Александровна - Страница 65

— Привет, красавица. Как всегда в самой гуще событий. И снова в этом клубе.

— Ты опоздал. Нас тут чуть не убили.

— Но не убили же, — хмыкнул он и щелкнул меня по носу, — Но я рад, что с тобой все в порядке.

— А я рада, что ты все же успел, — несмело улыбнулась я в ответ.

— Береги себя, принцесса. И звони, если влезешь еще в какую-нибудь заварушку. Давненько я так не веселился.

Я усмехнулась, слабо осознавая, что этот неприятный тип начинает мне нравится. Или я просто схожу с ума. Впрочем, моя жизнь уже давно сумасшедший дом напоминает.

Я подошла к своему ангелу-доктору, который сейчас осматривал Женьку. Очень сильно этот подонок ее порезал. Доктор все никак не мог остановить кровь.

— Как она?

— Не очень. Возможно, придется в больницу ехать. Если в ближайшие минуты кровь не остановится, я заберу ее в больницу. Эля, ты знаешь, какая у твоей сестры группа крови?

— Да, четвертая отрицательная.

— Вот как? Впрочем, чему я удивляюсь, вы же сестры.

— Не настоящие, — поправила я.

— Это не так, — не согласилась Женька и взяла меня за руку, — Прости меня, Эль. Я вела себя как чокнутая психопатка.

— Ты вела себя, как подросток, — улыбнулась я, — А переходный возраст еще никто не отменял.

— Ты моя сестра, самая настоящая, даже если мы не родные. И я рада… что ты есть.

— Мммм. Это так мило, — промяукала я.

— Заткнись, — смутилась Женька.

— Так что там с кровью, доктор? Понадобиться? Я готова стать донором.

— Это излишне. Твоей сестре для переливания подходит любая. Но, надеюсь, нам удастся обойтись без таких крайностей.

— А я думала, она редкая и все такое.

— Ты, права. Четвертая группа крови есть всего у семи процентов населения планеты, а с отрицательным резус фактором не более двух.

— Хм, значит, нам повезло. Мы ведь с Женькой точно не родные по крови.

— А ты уверена? Я бы поспорил, — задумчиво проговорил доктор, чем озаботил нас обоих.

— Кажется, кровотечение останавливается.

— Это значит, мы не поедем в больницу?

— Похоже, что нет.

— Фух, хорошо. Родители сойдут с ума.

— И не говори, — согласилась сестра.

Через полчаса всех, включая Женьку попросили пройти на второй этаж, для дачи показаний. А вот меня попридержали. Суровый мужчина, из светлых, кажется, провел в небольшую комнату за баром. Пригласил войти, а вот сам за мной не последовал.

В комнате, больше походящей на кабинет сидел мужчина. Я сразу узнала его, как и он меня.

— Здравствуйте, Эля.

— Здравствуйте. Это вы приходили к нам домой и стерли память моим родителям?

— Да. Это был я. И, боюсь, что тебе стирать память бесполезно. А вот сестре придется.

— Я понимаю. Секретность превыше всего. Вы ведь из особого отдела.

— Да. Я его возглавляю.

— И вы знаете, кто я?

— Я знаю о тебе достаточно, Эля. Все, что мне нужно знать. Сейчас мы выйдем, и ты будешь вести себя так, словно стала очевидцем драки, в которой пострадали несколько человек. Они напились, разгромили бар, твоя сестра порезалась стеклом, и кто-то вызвал полицию.

Он говорил четко, размеренно, без единой эмоции, но мне хотелось понять, получить ответы на оставшиеся вопросы.

— Почему вы это делаете? Почему скрываете, кто я?

Мне показалось на секунду, что он не такой уж непробиваемый. Что-то промелькнуло в глазах. Даже не в них самих, во взгляде.

— Когда-то я знал одну девушку. Очень похожую на тебя. Такую же добрую и светлую, наивную немного, немного подозрительную.

— И что стало с этой девочкой? — спросила я и снова увидела этот взгляд, грусть и вина. Не знаю, но мне так показалось.

— Я должен был помочь ей, но не успел. И больше подобной ошибки не совершу.

— Она умерла?

— Нет. С ней случилось кое-что похуже.

Он замолчал ненадолго, витая где-то в своих мыслях. Я тоже молчала, хоть и отчаянно желала задать свои миллионы вопросов.

— Я вижу, ты хочешь спросить. Постараюсь ответить.

— Это вы подослали ко мне Василия Петровича?

— Твоего доктора? Нет. Но я знаю, кто это сделал. Не волнуйся об этом. У тебя есть много могущественных покровителей. И мы позаботимся, чтобы с тобой ничего больше не случилось.

— Пока я не выберу сторону?

— Все верно. Пока ты не выберешь сторону.

— А что будет с Феликсом и Матвеем?

— Совет решит их судьбу, но не волнуйся, больше они тебя не побеспокоят.

Я кивнула и задала самый важный для себя вопрос:

— Я ведь никогда не лежала в коме. Вы знаете, где я была?

— Боюсь, что это единственный вопрос, на который я не в силах ответить.

— Потому что не знаете?

— Потому что это было твое решение.

— В каком смысле?

— Ты сама решила забыть. Начать жизнь без тех двух недель.

— Почему?

— Этот ответ тебе придется найти самой. Но, если хочешь знать мое мнение, быть может, те две недели не так уж и важны, как тебе кажется. Тебя ждет большое, удивительное будущее. И может, не стоит оглядываться в прошлое, а просто жить?

Домой нас с Женькой привезли на патрульной машине. Родители были в шоке. И естественно, обеих наказали. Мы не против. Мы завтра еще поспорим раз двадцать, помиримся и придумаем план, как убедить родителей, отменить свои карательные меры. А сегодня спать. Я так устала. Вот только сон никак не хотел приходить. И я знаю почему. Егор. Мне просто необходимо было услышать его голос. Понять, что с ним действительно все в порядке.

Он ответил почти сразу. Уставший, немного хриплый голос, то ли со сна, то ли от усталости.

— Как ты?

— В порядке. А ты?

— Меня наказали.

— Надолго?

— Папа сказал, до конца жизни.

— Сурово.

— И не говори. Я… знаешь.

Я замолчала, вспоминая этот странный день.

— Я так испугалась за тебя сегодня.

— А я за тебя.

— Я… я…

Выдохнула, улыбнулась сама себе и продолжила:

— Я люблю тебя, Егор. Сильно. Я хочу быть с тобой долго, очень долго.

Всю жизнь, понимаешь?

— Ты ответь мне, но только молча, — подхватил он, — Ты глазами ответь, любишь?

— Если да, то тогда обещаю.

— Что ты самой счастливой будешь.

— Спокойной ночи, Даниил.

— Спокойной ночи, Эля. И знаешь, Егор мне больше нравится, но только когда так называешь меня ты.

Глава 36

Предательство

— Жень? Ты завтракать идешь?

— Иду, — весело проговорила сестра, — Ты только все не съедай, мне оставь.

Я улыбнулась от радости, что все так хорошо сложилось. Моя сестра полностью поправилась. Изменилась кардинально. Она теперь улыбается, каждый день, каждую минуту, мурлыкает что-то себе под нос. И светится. Не хуже меня, когда я без браслета. Правда-правда. А еще мы общаемся. И, быть может, когда-нибудь станем настоящими подругами.

— Ты поедешь бабушку встречать?

— Обязательно, — проговорила я.

— Эль, ты прямо вся светишься.

— Ты тоже.

— Правда? — улыбнулась Женька и даже в зеркало глянула, — Идешь на свидание?

— Ага, прикроешь?

— Куда я денусь, — хмыкнула сестрица.

Родители сменили гнев не милость. Их Женькин счастливый вид очень растрогал. У нас у всех, словно второе дыхание открылось. Потрясающее чувство.

— А как у тебя с Ромычем?

— Ты, правда, не против? — забеспокоилась сестра, — Мне до сих пор стыдно за то, что я тогда наговорила, в клубе.

— Конечно не против, глупая. Ромка мой друг, и я просто счастлива, что вы нашли друг друга. А у меня есть Егор.

Самый лучший парень на свете. Мы не виделись неделю. В школе он не появлялся из-за допросов, а после школы я спешила домой. Подтягивать учебу, рисовать и просто жить, как советовал мой тайный покровитель. Зато по телефону мы могли говорить часами, а ведь когда-то я ненавидела это, но только не с ним. Я люблю его голос. Я все в нем люблю. И сегодня у нас свидание. Причем, я сама его пригласила. Выпросила ключи от квартиры Ленки. К обеду пойду к ней ужин готовить на нас двоих. Не факт, что получится, конечно, но мне так хочется его порадовать, показать, что я тоже умею устраивать настоящие романтичные свидания.