Калейдоскоп - Стил Даниэла - Страница 69

Когда он вошел к себе, в квартире трезвонил телефон, но Джон не снял трубки. Он не хотел слышать о Доминике, Паскале, Пьере, Андре, Джозефе, Иване и прочих. Его мутило от них всех, и даже мысли о Саше не вызывали прежнего энтузиазма.

Утром он отправился в юридическую фирму Артура, просмотрел наследственные дела Джорджа Горама и нашел именно то, что хотел. Артур сам давно мог бы это найти, если бы поинтересовался.

Последний контакт с Маргарет Миллингтон Горам был в 1962 году, когда она являлась уже графиней де Борне и жила в Париже на рю де Варенн. С тех пор фирма с ней не контактировала, но поиск ее теперь не должен был вызвать затруднений.

Во второй половине дня Джон, полистав телефонную книгу Парижа, обнаружил в ней де Берне Маргарет с указанием того же адреса. «Если только она сейчас жива, – думал Джон, – и знает, где находится Александра, тогда дело в шляпе».

Глава 19

– Что? Ты опять уезжаешь?

На этот раз Джон спокойно воспринял Сашино возмущение. Работа есть работа.

– Слушай, может, тебя завербовали авиалинии? Саша негодовала. Это была его третья командировка на протяжении последних трех недель.

– Я ненадолго.

– А куда теперь?

Джон улыбнулся. Целью командировки было нечто более привлекательное, чем Джексонвилл.

– В Париж. Хоть в приличных условиях поработаю. Саша не ответила, только пожала плечами. Она полагала, что он врет и мотается куда-то с подругами. Ведь раньше он никогда не ездил в командировки. Ей казалось странным, что он вдруг стал сам выполнять работу сыщика.

– Вернусь в четверг, самое позднее – в воскресенье.

– Ты что, забыл? На следующей неделе я уезжаю в двадцатидневное турне. Получается, что до моего возвращения мы не увидимся. Если только ты не захочешь прилететь на один из спектаклей.

Но Джон знал, что это такое, – вся труппа в истерике, на грани нервного срыва, а Саша тоже сама не своя – едва реагирует на его присутствие.

– Ну и ладно. Я тоже буду занят.

Еще год назад его бы расстроила невозможность видеть ее в течение целого месяца. Теперь он воспринимал это как облегчение. Сашина одержимость работой начинала его угнетать.

Ночь они провели вместе, но любовью не занимались, а утром Джон по пути в аэропорт подбросил Сашу до ее дома.

– Увидимся, когда ты вернешься. Он поцеловал ее в губы, а она подарила ему милую, невинную улыбку.

– Счастливого пути. Я буду по тебе скучать.

Для нее это были необычно нежные слова. Саша чаще жаловалась на погоду и ломоту в ногах. Джону вдруг стало жаль с ней расставаться. Основной проблемой в отношениях с ней было то, что она не сознавала своего крайнего эгоцентризма. Ей это казалось в порядке вещей.

Джон помахал ей из такси и крикнул, что позвонит из Франции. Машина повернула за угол, и в следующую минуту он уже думал о том, что ждет его в Париже. Замужество Маргарет Горам с французским графом давало основания надеяться, что судьба Александры разительно отличалась от жизни Хилари.

Артур отплатил ему полет первым классом. Самолет совершил посадку в Париже в полночь. Пройдя таможенный досмотр, Джон поехал прямиком в отель «Бристоль», в два часа был уже в кровати, но из-за переутомления уснул лишь в пять утра и, к своему ужасу, проснулся лишь в одиннадцать. Он моментально вскочил, заказал в номер кофе и рогалики и, перед тем как принять душ, позвонил Маргарет.

Ответил мужской голос. Джон, коверкая французский, попросил графиню де Борне.

– De la pan de qui, monsieu? – раздался вопрос.

Джон назвал себя, но не смог перевести фразу «она меня не знает».

Через мгновение Маргарет подошла к телефону.

– Месье Шапот? – спросила она по-французски с заметным американским акцентом, не скрывая удивления.

– Простите… – Джон улыбнулся. Ему понравился ее голос. – Меня зовут Джон Чепмен. Я из Нью-Йорка.

– Господи боже! Андре совершенно не воспринимает американских фамилий. А я вас знаю?

Она говорила очень непосредственно, в ее голосе, казалось, звучал сдержанный смех.

– Нет, мадам. Я здесь по делу и хотел бы поговорить с вами, как только вы сочтете это для себя возможным. Джон не хотел излагать суть дела по телефону.

– Вообще-то… – Похоже, она была несколько растеряна. – Все мои дела ведет нью-йоркская фирма. – Маргарет сказала ее название. – Кроме дел мужа, конечно. Речь идет о капиталовложениях?

– Нет…

Пугать ее Джону не хотелось, но что-то сказать было необходимо.

– Знаете ли, это вопрос более личного свойства. Он касается расследования, которым я занимаюсь по просьбе компаньона вашего покойного мужа.

– Пьера? Но у него не было никаких компаньонов.

– Извините. Я имел в виду мистера Горама.

– О, бедный Джордж… но это было так давно. Он умер в пятьдесят восьмом, тридцать лет назад, мистер… э-э… Чепмен.

– Я понимаю, но меня интересует именно то далекое время.

– Вы обнаружили какие-то нарушения? Маргарет, видимо, была заинтригована и немного испугана.

– Нет-нет. Мы просто надеемся, что вы могли бы помочь нам найти одну особу. Но я предпочел бы не вдаваться в подробности по телефону. Если бы вы могли уделить мне несколько минут, я был бы вам крайне признателен…

– Ну хорошо… – сказала она нерешительно. Маргарет жалела, что не может посоветоваться с Пьером или еще с кем-нибудь, стоит ли встречаться с этим человеком. Что, если это шарлатан или преступник? Правда, по голосу этого сказать было нельзя.

– Может, завтра, мистер Чепмен? Кстати, как называется ваша фирма?

Джон улыбнулся. Она была права, что решила проверить, кто он такой.

– «Чепмен и К°», Нью-Йорк, Пятьдесят седьмая улица. Меня зовут Джон Чепмен. Во сколько вам удобно встретиться?

– Давайте в одиннадцать.

Ей хотелось поскорее отделаться от этой встречи. Чепмен начинал ей действовать на нервы.

Но когда она навела справки у своих нью-йоркских адвокатов, оказалось, что им известна названная фирма и даже лично знаком Джон Чепмен. За его честность они поручились, однако не имели понятия, зачем он прибыл в Париж и о чем намерен беседовать с ней.

На следующее утро Джон пришел точно в назначенное время. Пожилой дворецкий с поклоном впустил его и проводил в кабинет графини, обставленный изящной мебелью в стиле Людовика XV. С потолка кабинета свисала небольшая люстра, она, казалось, состояла из миллиона хрустальных подвесок, которые ловили проникавшие в окно солнечные лучи и отбрасывали их на стены мириадами радужных бликов. Джон залюбовался этим зрелищем и видом на прелестный сад и не услышал, как вошла хозяйка.