Крылья - Стил Даниэла - Страница 31

— Может быть, именно поэтому женщинам и не следует летать, Кэсс.

Она вздохнула:

— Сейчас ты говоришь, как мой отец.

— Может быть, тебе стоит к нему прислушаться.

Ей захотелось крикнуть «не могу», но она понимала, что Бобби этого говорить нельзя. Только Нику. Он один из всех знает о ней всю правду и полностью ее принимает. Никто из остальных, кто ее окружает, не знает, что она собой представляет на самом деле. И меньше всех ее знает Бобби.

Кэсси увидела Криса, приближавшегося к ним, и побежала навстречу брату. Его лицо светилось торжеством, он с гордостью нес в руке медаль. Отец рядом с ним словно не шел, а летел на крыльях.

— Первая медаль уже в семнадцать лет! — повторял он снова и снова каждому, кто останавливался послушать. — Наш парень!

Пэт раздавал направо и налево банки с пивом, хлопал всех по спине и плечам, не зная, как еще выразить свою радость.

Крис купался в любви и одобрении отца. Кэсси наблюдала за ними, пораженная тем, как страстно хочется отцу, чтобы Крис достиг успехов в воздухе. И в то же время дочь он категорически не хотел допускать к полетам, хотя она летает в десять раз лучше, чем Крис. Пэт ни за что на свете этого не признает.

Более того, даже мысль об этом не придет ему в голову.

Подошел Ник пожать руку Крису, а потом увел его к другим летчикам.

Этого дня Пэт О'Мэлли ждал пятьдесят один год. Ему успех сына представлялся только началом. Он не понимал, что это предел возможностей Криса. Он ожидал большего. Он уже говорил о том, что будет на следующий год. Кэсси могла лишь посочувствовать брату. Она знала, как тот дорожит мнением отца. Чтобы угодить Пэту, Крис пойдет на многое, не важно, чего это будет ему стоить.

Все большое семейство О'Мэлли в этот день пребывало в приподнятом настроении. С праздника они уехали едва ли не последними. Бобби отправился на обед вместе с ними. Ник уже успел отпраздновать событие со своими друзьями-летчиками и к этому времени изрядно захмелел. Он знал, что может себе это позволить, — Крис сам доставит «белланку» в аэропорт О'Мэлли, а его довезут домой на грузовике Пэта.

Уна еще с утра зажарила цыплят. Кроме того, к столу подали кукурузу в початках, салат, печеный картофель, ветчину, пирог с черникой и мороженое. Устроили настоящий праздник. Пэт сам налил Крису полный стакан ирландского виски.

— Выпей, сын. Ты второй ас в нашей семье.

Крис с трудом справился с такой большой порцией виски.

Кэсси с грустью наблюдала за братом. Ее оставили в стороне, хотя это она должна была летать сегодня. Она могла бы удостоиться отцовской похвалы. Неужели это так никогда и не произойдет?.. Неужели все, что ей предстоит, — это повторить судьбу сестер? Очередной ребенок каждый год.., и единственное место в жизни — кухня… Нет, такой удел просто ужасен.

Она любит и мать, и сестер, но лучше умереть, чем прожить такую жизнь, как они.

Кэсси заметила, как прекрасно ладит Бобби со всей их семьей, как он добр к ее сестрам, как обожают его дети. Он хороший, мягкий человек и наверняка будет прекрасным мужем. Сегодня мать еще раз напомнила ей об этом, когда они вместе убирали посуду со стола.

После ужина, когда они с Бобби пошли погулять, тот неожиданно удивил ее.

— Я сегодня наблюдал за тобой, Кэсс. Я понял, как много это все значит для тебя. Можешь считать меня сумасшедшим, но пообещай мне, что никогда не будешь в этом участвовать.

Я не хочу, чтобы ты летала. Не потому, что желаю лишить тебя удовольствия. Я просто не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.., ты понимаешь.., как с Амелией Эрхарт.

Кэсси тронули его слова, и в то же время у нее непроизвольно вырвался нервный смех. Пообещать кому-либо, что она никогда не будет летать?! Одна эта мысль заставила ее содрогнуться.

— Я не собираюсь совершать перелет вокруг земного шара, если тебя это волнует.

Но он покачал головой. Он имел в виду не только это.

— Нет. Я вообще не хочу, чтобы ты летала.

Сегодня на воздушном празднике он вновь осознал, как это опасно. Два года назад на таком же празднике произошла ужасная трагедия. Бобби понимал, чем рискует Кэсси. Он просто-напросто боялся ее потерять.

— Я вообще не хочу, чтобы ты училась летать, Кэсс. Я знаю, как тебе этого хочется. Но это слишком опасно.

Твой отец прав: для женщины это еще более опасно.

— Зря ты говоришь со мной так. Мне кажется, ты должен больше доверять моим суждениям.

Кэсси не хотела его обманывать, и в то же время она не могла рассказать о своих регулярных занятиях с Ником, длившихся уже больше года.

— Я хочу, чтобы ты пообещала мне, что не будешь летать.

Такого упрямства и настойчивости Кэсс до сих пор не замечала в своем друге, и это произвело на нее впечатление. Но она не собиралась ничего обещать.

— Но это же неразумно. Ты знаешь, как мне нравится летать.

— Вот поэтому я и прошу, чтобы ты пообещала, Кэсс.

Мне кажется, для тебя это особенно рискованно.

— Я не буду рисковать, поверь. Я буду осторожна. И я хорошо летаю.., вернее, буду хорошо летать. Послушай, Бобби, не надо так…

— Тогда я прошу тебя подумать об этом еще. Для меня это очень важно.

«Так же важно, как для меня летать!» — хотелось крикнуть ей. Это единственное, чем она дорожит, а теперь он хочет связать ее словом. Да что с ними со всеми происходит? С Бобби, с отцом, даже с Крисом… Почему они стремятся отнять у нее то, что ей так необходимо? Никто не может ее понять, кроме Ника. Он единственный знает, что она чувствует, и ему это небезразлично.

А в этот самый момент Ник Гэлвин лежал в забытьи в объятиях девушки, с которой познакомился на воздушном празднике. У девушки были огненно-рыжие волосы и ярко накрашенные губы. Ник прижался к ней теснее и прошептал с улыбкой:

— Кэсси…