Крылья - Стил Даниэла - Страница 93

У Кэсси возникло странное ощущение, будто ею завладели посторонние, чужие люди, будто теперь она принадлежит им. От этой мысли ей стало очень неуютно. Однажды вечером она попыталась поговорить об этом с отцом, и он предупредил ее, что после перелета будет еще хуже. Вспомнить только, какую цену пришлось заплатить бедняге Линди… Его сына похитили и убили… Да, за славу иногда приходится платить страшной ценой. Пэт, однако, надеялся, что Десмонд сумеет защитить его дочь. "

Как ни странно, Десмонд неожиданно подтвердил ее мысли. И что еще удивительнее, он, похоже, полностью принимал такое положение вещей.

— Ты теперь принадлежишь им, Кэсс. Они хотят разделить с тобой твое счастье. Не стоит им в этом отказывать. И потом, всегда приятно дать людям немного счастья.

По-видимому, Десмонд Уильямс сейчас, как и всегда, не забывал о своем долге перед публикой.

Однако Кэсси оказалась не готова к тому непрерывному и пристальному вниманию, каким окружили ее репортеры в эти полтора месяца перед свадьбой. За ней следовали по пятам, ее фотографировали в ангаре, в офисе, где они вместе с Билли просматривали планы и карты, у двери ее квартиры, по дороге на работу, в магазинах и, конечно, везде, где она появлялась вместе с Десмондом.

Теперь Кэсси повсюду брала с собой Нэнси Фэйрстоун для защиты, а иногда даже пыталась скрыть лицо, надев широкополую шляпу, темные очки или шарф. Назойливость репортеров буквально потрясала. Они висели на пожарных лестницах, неожиданно выскакивали из-под навесов, прятались в кустах и автомобилях. Они набрасывались на нее, выскакивая неизвестно откуда.

В начале февраля Кэсси начала серьезно опасаться за свой рассудок. Эти журналисты в конце концов сведут ее с ума. И Нэнси на этот раз ничем не могла помочь. Более того, она все время была погружена в свои мысли и даже не интересовалась подробностями предстоящей свадьбы.

Десмонд успокоил Кэсси на этот счет. Он попросит мисс Фитцпатрик с ассистенткой позаботиться обо всем. У Кэсси и без того достаточно дел: ей нужно готовиться к тихоокеанскому перелету, да и контакты с прессой отнимают много времени. Она не должна отвлекаться еще и на подготовку собственной свадьбы.

Кэсси обратила внимание на то, что Десмонд никогда не воспринимает всерьез ее рассказы о странном поведении Нэнси Фэйрстоун. Девушка, например, пыталась объяснить ему, что в последнее время Нэнси часто раздражается в ее присутствии, и она, Кэсси, не может понять почему. С того самого момента, как они с Десмондом объявили о помолвке, Нэнси стала враждебной и раздражительной без всякой видимой причины.

Она теперь старалась проводить с Кэсси как можно меньше времени, а однажды вечером в ответ на приглашение Кэсси пообедать вместе сказала, что должна остаться дома и помочь Дженни с домашними заданиями"

— Я не могу понять, в чем дело, и мне от этого не по себе.

Иногда у меня даже появляется ощущение, что она меня ненавидит.

Правда, они с Нэнси так и не стали близкими подругами, о чем Кэсси мечтала в самом начале их знакомства, однако всегда оставались в приятельских отношениях и, как ей казалось, наслаждались обществом друг друга.

— Возможно, ее расстраивают приготовления к свадьбе, — задумчиво произнес Десмонд с видом человека, пытающегося проанализировать ситуацию. — Может быть, они напомнили ей о муже, разворошили болезненные воспоминания. Вот она и пытается отойти в сторону, чтобы избежать неприятных эмоций. — Десмонд улыбнулся, всем своим видом показывая, что его невеста еще слишком молода и о многих вещах просто не думает. — Я ведь уже говорил тебе, со всеми проблемами обращайся к мисс Фитцпатрик.

— Да-да, я так и сделаю. Ты, конечно, прав. Я просто идиотка, что не подумала об этом.

Встретившись с Нэнси в следующий раз, Кэсси убедилась, что объяснения Десмонда, по всей видимости, в точности описывают то, что происходит с ее компаньонкой. Несколько раз та замыкалась в себе, разговаривая с Кэсси, а однажды даже оборвала ее на полуслове, когда Кэсси заговорила о каких-то деталях свадебной процедуры и попросила ее совета. После разговора с Десмондом Кэсси решила последовать его совету и некоторое время держаться от Нэнси подальше.

Теперь ей приходилось справляться с прессой самостоятельно, однако временами это становилось невыносимым.

Однажды она вбежала в дом Десмонда через черный ход и без сил упала в кресло. Неужели они никогда не отстанут?

Некоторое время назад Кэсси начала перевозить вещи из своей квартиры, и кто-то, по-видимому, продал эту информацию репортерам. Сейчас они столпились перед дверью дома еще прежде, чем она сюда приехала, и теперь поджидали ее. Десмонд появился у парадного входа через полчаса, и они, конечно, сразу его окружили. В конце концов ему удалось уговорить Кэсси выйти к ним, чтобы попозировать для нескольких фотографий и покончить с этим. Сам он превосходно управлялся с журналистской братией. Давал ровно столько информации, сколько требовалось, чтобы осчастливить на некоторое время.

— Вы все еще нервничаете? — выкрикнул один из репортеров.

Кэсси кивнула:

— Я тревожусь только о том, что вы и в день свадьбы не дадите мне прохода.

Все дружно рассмеялись:

— Мы будем там, можете не сомневаться.

Через несколько минут Кэсси и Десмонд вошли в дом, а репортеры исчезли.., до завтрашнего утра.

Родители прилетели за день до свадьбы. Десмонд Заказал для них номер в «Беверли-Уилшир». Сестры не смогли приехать из-за детей. Десмонд предложил Билли стать его шафером на свадьбе, и Кэсси была тронута. Похоже, это будет почти семейный праздник. Отец благословит ее, несмотря на то что всю церемонию будет проводить судья, а не священник. В качестве подружки невесты Кэсси пригласила Нэнси Фэйрстоун. Та вначале отказалась, предложив Кэсси пригласить одну из сестер, однако после того как Десмонд поговорил с ней, неохотно согласилась. Для нее купили платье из серого атласа, а для Кэсси — роскошное белое атласное платье и маленькую шляпку с короткой белой вуалью. В руке она будет держать букет из белых орхидей, ландышей и белых роз. Десмонд подарил ей нитку жемчуга, принадлежавшего его матери, и серьги с жемчугом и бриллиантами.