Начать сначала - Стил Даниэла - Страница 63

На этот раз он набрал другую команду: одного-единственного фотографа и шофера. Они получили в свое распоряжение джип военного образца и молоденького морячка в качестве водителя. Здоровенный, расположенный ко всем парень, рыжеволосый, с короткой стрижкой, голубыми глазами, на груди вытатуирован ковбой, а родиной он называл Монтану. Пакстон едва удалось скрыть улыбку, когда выяснилось, что прозвище у паренька тоже Ковбой. Ему сравнялось девятнадцать, он околачивался во Вьетнаме уже с прошлого Рождества, ему оставалось еще полгода до возвращения домой. Он говорил, что и здесь вполне доволен жизнью. Пока что его прикомандировали к информационному агентству и он развозил репортеров, видел всяких знаменитостей по всей стране.

— Покуда мы не напоролись на мину и желтожопые не пристрелили нас по дороге, мне это вполне подходит. — Он ухмылялся во весь рот. Везучий паренек, позавидовала Пакстон.

Если б его отправили на Север, он, как и все, дрожал бы сейчас под обстрелом.

Поездка в Кучи заняла сорок пять минут. Большую часть этого времени они болтали о лошадях, верховой езде и о том, как люди взрослеют; попутно Ральф и Пакстон пытались обсудить тот материал, который ждал их на месте. Фотограф, которого Ральф взял с собой, оказался французом, приятелем Жан-Пьера, его звали Ив. Он в основном молчал, говорил на бедноватом английском, отчего казалось, будто он застенчив, но это не соответствовало действительности. Ральф работал с ним и раньше и очень ценил его, он радовался, что удалось заполучить Ива на целый день. Ив был хорошим человеком, тихим, аккуратным в работе, примерно как Пакстон.

— Кучи — довольно интересное место, — объяснял Ральф Пакси по дороге. — Там находится штаб 25-й Тропической пехотной дивизии с Гавайских островов. Они построили свою базу более двух лет назад над туннелями, которые успели прорыть там вьетконговцы, и думали, что им удалось запечатать все выходы из подземелья. Они здорово ошиблись. Похоже, вьетконговцы продолжали действовать прямо у них под ногами. Кучи с самого начала превратилась в крепкую головную боль. Это огромная база прямо напротив Железного Треугольника, на противоположном берегу реки Сайгон. Все эти годы там происходят самые ожесточенные сражения.

— Что нам предстоит сегодня? — Пакстон благодарно впитывала любую подробность.

— Они обнаружили новую сеть подземных ходов. Думаю, из этого может получиться отличная статья. Ребята, которым приходится расхлебывать это дерьмо, называют себя подземными крысами, это великолепный отряд, крепки, как гвозди, нервы из стали. Меня в эти туннели и калачом не заманишь. Вьетконговцы возвели там внизу целый потайной город. Наши постарались расчистить все, когда в прошлом году захватили Железный Треугольник, однако им это до сих пор не удалось. В прошлом году внизу, под лесом Тандиен, чуть к северу от Железного Треугольника, нашли даже целый больничный комплекс. Эти вьетконговцы — поразительный маленький народец. — Ральф знал, что в людях, которых Джи Ай называли косоглазыми и желтожопыми, таилось многое, не сразу открывавшееся глазу.

Это был крепкий, решительный, упорный, невероятно отважный народ, готовый сражаться до последней капли крови и против армии Юга, и против поддерживавших эту армию американцев.

— Как ты думаешь, мне позволят спуститься в туннель? — восторженно спросила Пакетом, и Ральф с выражением ужаса на лице покачал головой.

— Не вздумай затеять что-нибудь подобное, Пакс. Там слишком опасно, и лично я испытываю клаустрофобию при одной мысли о туннеле. — Он даже вздрогнул, но Пакстон стояла на своем.

— По-моему, это восхитительно.

— А по-моему, ты с ума сошла.

Остаток пути они провели в молчании. Когда они добрались до Кучи, на Пакстон произвели серьезное впечатление и величина базы и прекрасная организация дела. Все казалось совсем иным, чем в позавчерашнюю поездку на огневую базу возле Нхатранга — до тех пор пока их не повели на участок, расположенный за лагерем, покрытый все еще не тронутой растительностью. Чудилось, что невыносимая жара поднимается от кустов, и повсюду работали отряды, бульдозеры срезали деревья и кустарник.

— Ты должна снова надеть бронежилет, — рассеянно напомнил ей Ральф, продолжая говорить что-то Иву, и в то же время помахал издали рукой кому-то из знакомых.

— Зачем? — Стояла удушливая жара, большинство мужчин работало, обнажившись до пояса, на них оставались только армейские шорты да походные ботинки. Кое-кто поснимал даже шлемы. — Ни один человек здесь не носит бронежилет.

— Делай, что тебе говорят, — рявкнул Ральф. — Им всем тоже следовало бы проявить благоразумие. В Кучи полно снайперов.

Пакстон скривилась и вновь натянула тяжелую куртку. Потом она попыталась скинуть шлем, но хватило одного взгляда Ральфа, чтобы она отказалась от этой мысли. Как и солдаты, она уже привыкла засовывать под тесемки шлема крем от загара и распылитель против насекомых. Большинство ребят туда же прятали сигареты, карты и прочие мелочи. Пакстон заметила, что все они держат автомат под рукой, а многие носили также стандартный армейский пистолет 45-го калибра, засунув его за пояс или в карман штанов. Когда Пакстон только приехала, ей посоветовали не брать с собой оружие, однако за последние дни она убедилась, что почти все носят с собой револьвер. На черном рынке можно купить оружие любого образца, но пока что у Пакстон не возникало желания обзавестись им.

Едва Пакстон привела в порядок свое снаряжение, к ним присоединился высокий худой человек, тот самый, которому Ральф помахал рукой. У него были светлые глаза и волосы песочного цвета, легкая улыбка играла на губах, а в глазах оставалось напряжение и за обходительными манерами скрывалась постоянная усталость.

— Привет, Квинн. Похоже, твои мальчики без работы не скучают.

Капитан Уильям Квинн из 25-й пехотной обменялся рукопожатием с Ральфом и Ивом, затем дружески протянул руку Пакстон. — Рад видеть вас всех. — Затем он снова обернулся к Ральфу. — Мы тут нашли красотку на прошлой неделе, уже после нашей встречи.

Господи, этой мамаше придется срочно отправляться в Канзас. — Капитан виновато глянул на Пакстон, и, в тот момент, когда он указывал рукой на расчищенный ими участок, Пакстон заметила обручальное кольцо. Красивый мужчина, тридцати двух лет, выпускник Вест-Пойнта, кадровый военный.