Сотовая бесконечность - Вольнов Сергей - Страница 114

Неприятности пришли вместе с большой водой. На бескрайнем черноморском горизонте обозначилась галера турков. Большая «чайка» из куреня главного обозного пошла ей навстречу. Преимущество украинских корабликов перед турецкими заключалось в скорости и маневренности, но, увы, по размеру, численности экипажа и огневой мощи они здорово уступали. Десять галер, при удачном раскладе, могли в щепки разбомбить весь козацкий флот. Но плывущие навстречу смертельной опасности запорожцы сейчас об этом не думали. Будучи «хлопцами обозного Василя», они имели на «чайке» неслабую пушку, два-три попадания из которой отправляли на дно любое судно, но самое главное, ведали способ, как это сделать, самому не став мишенью.

Первым делом – обманный финт, и «чайка» приближается на расстояние выстрела, имея солнце за кормой. Второе: сели на нос, и громадная неповоротливая посудина уже никак не развернётся боком к козакам, чтобы взять их на прицел двадцати пушек. И последнее: три быстрых выстрела в одну точку судна… Борт разворочен. Галера идёт на дно под радостные крики козацкого войска.

– Вроде бы как всё просто, – сказал Жук, показывая Мыколе на тонущую галеру. – Но это ж сколько надобно умения и навыка. Молодцы, хлопцы!

Ликовать довелось недолго. Надвигающаяся угроза была куда большей.

Семён вопил во всё горло, надрываясь до хрипоты, но о чём кричал, было не разобрать. Он как смотровой, а сейчас ведущий, плыл на передней «чайке», расстояние и ветер глушили и относили в сторону его слова. Хотя, скорей всего, причина здесь была в страшном волнении Острого Ока.

– Что он там кричит? – спросил Иванко.

Характерник не ответил, он вслушивался, пытался понять.

– О… о-о-о… о-о…

– Флот, он хочет сказать, что в нашу сторону плывёт целый турецкий флот, девять суден. Матерь Божья!

После этих слов Жук прыгнул в воду. Иванко заметил, что в воду скользнули еще пять человек с соседних «чаек». Плыли они в одном направлении. К «чайке» гетмана.

– Да знаю я, знаю, Андрейко, – говорил Сагайдачный, вытаскивая на борт характерника, пятеро остальных остались ждать в воде. – Сможете отвести вражину?

– Смогу… – Жук задыхался и кашлял. – Сможем… Не разворачивай войско.

– Говори. – Гетман терпеливо присел и скрестил руки на груди.

– Берёте к берегу, а потом вдоль, значит, вдоль побережья быстро-быстро, что есть мочи. Мы подымаем ветер и делаем подобие шторма. «Чайки», получается, стихия особо не затронет, а вот туркам придётся спустить паруса. Так и оторвёмся, уйдём, заверяю. Я для спокойствия на пути после нас морока напущу. Только делать это нужно прямо сейчас!

На горизонте уже были видны крошечные чёрные точки. Сагайдачный кивнул головой.

И НАЧАЛОСЬ.

…Не успел Иванко прикоснуться к плечу спящего характерника, как тот открыл глаза.

– Ты просил разбудить тебя за час до прибытия.

– Да, да, да. – Тот зевнул. – Эти хмари столько сил отбирают.

– Ну, вы даёте! – восхищался Иванко. – Много чего повидать довелось, но такого…

– Я тебя обязательно научу, и не только этому. У тебя получится. Чую.

Характерник встряхнулся, достал пучок какой-то сушёной травы из-за пазухи, перетёр её в ладонях и отправил в рот.

– Ну что, бойцы, все готовы? Вперёд!

Боя словно не было. Сколько раз он уже бросался в схватку, и каждый раз новые ощущения. Всё прошло невероятно быстро, молниеносно, он видел, как палили пушки и стреляли ружья, но не слышал их. Зато он слышал, как хрустят под его ударами кости, как расходится плоть от удара лезвия его сабли, как ровно и глубоко дышит Иванко, прикрывая спину. И откуда этот хлопец взялся? Обойдя полмира, характерник искренне уверился в том, что на данном отрезке времени на землях Европы и Азии лучше запорожцев воинов нет, но, побывав с Иванко и Мыколой в бою, Жук засомневался. Откуда эти хлопцы взялись?!

Да, гетман действительно очень хорошо всё просчитал и, главное, воплотил на практике. Единственное, чего не ожидали козаки, – столь большой взрывной мощи от бомбы Владислава. В пыль разнесло лицевые врата и повалило часть стены. Серьёзно поранило пятерых козаков, а взрывник, не успев достаточно далеко отбежать, погиб. Правда, враги, увидав такое огненное чудо-юдо, побросали оружие и сдались.

В бою полёг Васыль, генеральный обозный. И, самое неприятное, – ослеп от ранения в голову дозорный Семён Острое Око…

Андрей Жук сидел на камне и заговаривал сильное кровотечение у Мыколы. Молодой Иванко держал голову товарища. Кровь постепенно останавливалась. Мыкола с интересом глядел на иссякающий ручеёк.

Нужно было срочно усаживать освобождённых украинцев и украинок в «чайки» и уходить обратно, в родные воды. Но Сагайдачный не предполагал, что бывших рабов окажется настолько много – треть не помещалась. Тогда гетман принял решение, что плывут освобождённые и раненые, остальные по-тихому, где лесом, где камышами, где степной травою, незаметно возвращаются своим ходом, для козака это большой трудности не составит. Правда, характерников, всех пятерых, взял с собой.

– Почему-то я уверен, что вы не вернётесь на Сечь, – говорил Жук с сожаленьем, прощаясь с Мыколой и Иванко, уходившими пешим ходом.

– Не стану обманывать, не вернёмся, – ответил молодой. – Прости, Жук…

– А ведь я хотел тебе столько показать, Иванко… Ты мог бы научиться Боевому Спасу.

– У тебя поучиться – великая честь для меня. Но у нас, – он глянул на молчавшего Мыколу, и тот кивнул, – враг заклятый имеется. Никто, кроме нас, его не одолеет, так уж вышло.

– Петра Конашевича берегите, – добавил Мыкола, – Придёт час, доведётся ему заседать в раде великих полководцев, без него не обойдутся.

Боевые маги запорожских козаков, прозванные «характерниками», имели в своём геноме хроносомы. Это позволяло им влиять на реальность, с разным уровнем успешности. Система, по которой они взаимодействовали с природой, звалась Боевой Спас. Целая школа, не одно поколение существующая… Возможно, изначально избранные, обладающие даром – просто не могли остаться в стороне от тотальной войны. Неудивительно, что в каждую историческую эпоху они присоединялись к лучшим на тот момент войскам. А уж если в каком краю часто рождались новоиспечённые носители хотя бы крохотной частицы Силы – им просто не было иного пути, чем вливаться в ряды военной элиты.

Шесть планет, населённых прочими изгоями-грешниками, тоже достигли несомненных успехов в ремесле изничтожения себе подобных. И всё же обитатели Земли выделялись профессионализмом, что неудивительно для наиболее приспособленных. Хотя мир восславян был почти такой же высокоразвитый в этом смысле, но способностям землян по большому счёту мог завидовать. Тот мир рассчитывал, в первую очередь, на искусственно созданное оружие, этот – на силы разума, на Дух Воина.

Доводя иногда искусство воинского самосовершенствования до абсурда…

– Господин, господин! – Итосу Кавасаки рывком распахнул дверь и ворвался в «Вишнёвый Дракон». Вызвав переполох среди прислуги, он остановился в центре большого, изысканно убранного зала. Трое йоджимбо[14] у дальней стены схватились было за мечи, но, признав слугу, вернулись к игре в кости.

– Эй! Тебе чего надо, голодранец? – Перед ним, как из-под земли, вырос кривой на один глаз плюгавый старикашка, одетый на удивление хорошо. – Это заведение не для таких, как ты…

– Иеши! – раздался приятный женский голос; в его тоне чувствовалась привычка приказывать.

В комнате появилась невысокая миловидная женщина в богатом кимоно.

– Я Ёко Мутсаси, хозяйка «Вишнёвого Дракона». Что привело вас сюда, незнакомец?

Голос женщины журчал, словно струи горного ручья по весне. Из-за слоя грима на лице тяжело было судить о её возрасте, но чувствовалось, что женщина уже немолода, опытна, возможно, в прошлом и сама гейша. По крайней мере, если судить по грациозности её выверенных движений.

14

Пояснение значений слов, выделенных курсивом – см. Глоссарий.