Нежить или Таинственные существа - Герштейн Михаил - Страница 106

Интересно, что этот стук преследовал внучку хозяйки, первоклассницу. Как только она приходила из школы, под ней начинался стук. Мы ставили её на одну из досок, а сами смотрели в подпол, но ничего не видели, а на том месте, где она стояла, в доске был такой сильный стук, как от молотка. К брату приходили два товарища, один инженер авиации, а второй капитан Советской Армии. У капитана был револьвер; он хотел выстрелить в пол, а потом самому смешно стало — в кого же?

Я спросила хозяйку, пожилую учительницу: “С чего же это началось?” Она рассказала, что сидели вечером, часов в десять, она проверяла школьные тетради, девочка учила уроки, и вдруг раздался такой грохот, как будто из мешка высыпали мелкую монету. Вышли на улицу, посмотрели, думали, труба упала, но всё было на месте. А когда пришли в дом, то услышали, что в трубе гремят закрышки. Потом этот грохот будто спустился по трубе вниз, и после этого начался стук.

Нам так была нужна квартира, что мы ничего не побоялись и поспешили в неё перебраться. Началась бессонная ночь. Моя кровать стояла у той стены, где по ту сторону спала девочка со своей бабушкой. Под нами начался такой громкий стук, как будто снизу колотят что есть силы молотком. Такое мучение продолжалось до 12 часов ночи. Потом стук постепенно ушёл куда-то в землю, слышался только какой-то шорох по земле.

Утром пришла хозяйка справиться о нашем самочувствии. Мы ей сказали, что всё прекратилось в начале первого ночи. С 9 часов мы ушли на работу, а когда вернулись, этот стук уже не повторялся, хотя многим хотелось его услышать самим.

Вся эта история осталась неразгаданной до сего времени. До перехода на эту квартиру мы тоже не верили, но я была очевидцем, поэтому решила всё описать.»

Владимир Иванович Сафонов записал случай, произошедший с В.А. (фамилию он просил не упоминать) в начале августа 1947 года:

«Мне было неполных семь лет, и наша семья жила под городом Истра Московской области. Я с товарищами играл в прятки неподалёку от дома на пустыре, где стояла копна сена. Мне выпало “водить”, ребята постарше разбежались по домам, я же, не догадываясь об их обмане, продолжал искать. Смеркалось, но было ещё очень светло, вдруг на небольшом расстоянии от себя я увидел группу людей, идущих по тропинке от дома соседей Архиповых. Они шли медленно. Я бросился их догонять, решив, что это мои сверстники. Но когда я подбежал к ним на расстояние нескольких шагов, то буквально остолбенел, так как узнал в них недавно умерших друг за другом дядю Никиту Архипова, его жену и ребёнка моего возраста. Они на меня никак не отреагировали. Через секунду оцепенение прошло, и я бросился бежать, не оглядываясь.»

Григорьева Анастасия Петровна из г. Верхняя Пышма Свердловской области в 1984 году рассказала В.П. Крылосову о невероятных происшествиях в своей жизни:

«Летом 1948 года я жила в пос. Верхняя Тура Свердловской области в старом двухэтажном доме с родителями. На первом этаже жили мы, а на втором было какое-то деревенское учреждение.

Муж моей сестры Шуры, Михаил, сидел за столом и обедал. Вдруг он увидел, что из-за печки вышел большой лохматый рыжий кот. Кот пошёл на Михаила, уставив на него свои глазищи. Михаил схватил валик для обкатки валенок, лежавший рядом на лавке, и запустил им в кота. Но кот не побежал прочь от Михаила, а кинулся в соседнюю комнату через открытую боковую дверь и, разбив окно, выскочил наружу. Михаил вышел из дома и спросил мужчин, стоявших у разбитого окна, не видели ли они сбежавшего рыжего кота. Мужчины ответили ему, что кота не видели и даже не слышали, что разбилось окно.

Потом некоторые люди говорили Михаилу, что если бы во время встречи с котом он сказал какое-то заветное слово, то кот превратился бы в груду золота.

Ещё один интересный случай произошёл в 1954 году в том же доме. К нам приехала из Ленинграда моя сестра Катя. Всё время она переживала, плакала, вспоминая умерших в этом доме родителей. Как-то зашла она в дом, когда в нём никого не было, и услышала громкий храп, разносившийся по всему дому, как будто кто-то спал и храпел на печке.

Катя не испугалась, а подумала: “Кто может спать на печке?”. Взобравшись по приступке на печку, отодвинула полог. Храп сразу прекратился. На печке никого не было, лежали только старые восковые рамки.

25 июня 1963 года у меня случилось несчастье. Умер мой муж Вася. Мы прожили с ним в любви и согласии 25 лет. Я сильно переживала его кончину. Как-то ночью, часа в 2–3, когда он обычно возвращался со второй смены с работы домой, я услышала стук в дверь. Случилось это чуть позже кончины Васи и его похорон. Услышала я, что Вася меня зовёт за дверью. Когда я открыла дверь, то увидела его живым!

Как я ни прогоняла его, понимая, что он уже умер, Вася не уходил. Однажды он бросил в меня с порога дощечку, примерно равную 80×100 мм. Я увернулась, захлопнула дверь. Некоторое время дощечка была у меня в доме. Я показывала её людям.

Каждую ночь он приходил ко мне, иногда я стояла у окна и видела, как он заходил в дом. Иногда он приходил в рваном и грязном зипуне, один раз он пришёл ко мне босиком, иногда в чистой вышитой рубашке. Я всё делала, чтобы он перестал ходить ко мне. Раскладывала на постели крестики и молитвы, но ничего не помогало. Молилась, как научили старушки и как сама могла. Однажды по чьему-то совету, собрав всю возможную нецензурную брань, сильно выругала его. Но и это не помогло. На следующую ночь он со слезами и на коленях перед моей постелью говорил: “Зачем ты, Настя, ругала меня вчера, мне было так больно!”

Иногда я убегала от него к сыну, в его комнату. Сын видел отца и слышал, как он звал меня. Сейчас он уже большой, но относится ко мне после того, как женился, плохо. Живём мы в одной квартире, и он считает меня колдуньей. Я ни в чём не виновата. Потому просила человека, который сейчас записывает мой рассказ, не называть моей истинной фамилии. Имя, отчество действительны.

Иногда мы жили с Васей как муж и жена. Мне было тяжело, как будто он душил меня. Тело у него было тёплое, гладкое, мягкое. Когда он уходил, то тяжесть волной, начиная с головы, сходила с тела. Становилось легко.

Так мы прожили с Васей после его смерти 40 дней.

Как-то кто-то из старушек посоветовал мне придти на Васину могилку и три раза поклониться, три раза попросить у него прощения. За все эти дни я сильно похудела и была слаба. В надежде, что Вася оставит меня, я сделала всё так, как мне посоветовали. После этого Вася больше не приходил. И сейчас я иногда вижу его во сне, слышу стук в дверь, когда открываю — никого нет…

Недавно слышала я от одной женщины, что были случаи, когда умершие мужья приходили и душили до смерти своих жён. После смерти их тела выделяли чёрную жидкость.»

Александр Иванович Шерстобитов из г. Мичуринск написал об этом случае Ф.Ю. Зигелю:

«Я имею специальное среднее военное образование. До 1962 года служил в органах МВД в Западной Сибири. В 1968 году я приехал на местожительство в г. Мичуринск с семьёй, имея жену и четырёх детей. В Мичуринске я купил небольшой домик и стал работать на хозяйственной работе.

Живя в доме, я стал замечать какие-то странности: вечером и ночью, почти систематически, на потолке дома устраивались прямо-таки “скачки”. Создавалось такое впечатление, что на досках резвятся молодые козлята. Между тем открытых досок на потолке не было: чердак был утеплён слоем опилок и, казалось бы, звук так доходить до комнат не мог. В период этого топота мы не раз поднимались на чердак, но никого там не обнаруживали, да и попасть на чердак можно только через сени, которые со двора всегда оставались закрытыми. Было заметно, что иногда на чердаке резвились не в одиночку, а группой, словно кто-то бежит один за другим.