Удар молнии - Стил Даниэла - Страница 53

В половине шестого Сэм решил, что дальше тянуть нельзя. Надев пальто, он спустился вниз и прошел несколько кварталов пешком, прежде чем взять такси до дома. Дома он оказался еще до шести, и Алекс встретила его удивленным взглядом. Она играла с Аннабел и читала ей сказки. Кармен готовила обед; она настояла на том, чтобы остаться у них на выходные.

— Привет. Как дела? — Алекс пыталась вести себя с ним непринужденно, но Сэм чувствовал явную неловкость, и, когда он заговорил, голос его был совсем чужим.

— Хорошо. Извини, что я задержался, у меня был сумасшедший день.

— Ничего. Аннабел мне скучать не давала. Мы прекрасно провели время.

Они вместе пообедали на кухне, причем Аннабел говорила больше, чем ее родители, вместе взятые. К удивлению Алекс, девочка не чувствовала напряжения между мамой и папой. Она была так счастлива, что Алекс вернулась домой, что витала в облаках и не умолкала ни на минуту. Она была полна всяких забавных историй и шуток, новых песенок и каких-то невнятных историй про ее друзей. Обед получился вполне оживленным. Они уложили Аннабел, а Кармен прибрала на кухне. Но когда Алекс и Сэм вернулись в свою комнату, разговор сам собой иссяк, и они оба не знали, что сказать друг другу. Сэм выглядел усталым и рассеянным.

— У тебя на работе что-то не так? — спросила Алекс, не понимая, почему он так нервничает.

— Нет, все в порядке. — Но Сэм не мог задать ей такой же вопрос. Его жена всю неделю не появлялась на работе. Она могла говорить только о своей болезни.

Включив телевизор, Сэм уткнулся в. — экран, найдя в нем своего рода убежище, и вскоре задремал. Алекс молча наблюдала за ним. Возвращение из больницы совершенно измотало ее, но она была рада, что в конце концов оказалась дома. Она только не знала, что делать с Сэмом. Лиз во время их разговора по телефону снова утешила ее и посоветовала быть терпеливой. Она сказала, что ее муж тоже первое время сторонился ее, боясь ее болезни, и даже обижался на нее, но потом привык.

Сэм проснулся после последних новостей, потянулся и с удивлением посмотрел на свою жену, как будто не ожидал увидеть ее рядом. Потом, не говоря ни слова, он переоделся в пижаму. Алекс уже помылась, надела другую ночную рубашку и сверху накинула пеньюар, чтобы не расстраивать Сэма видом своих бинтов. Однако когда он вернулся из ванной — Алекс показалось, что прошла целая вечность, — она почувствовала, что он словно не решается улечься рядом с ней.

Сэм боялся ее, как будто она могла заразить его своей болезнью. Ей нужно было получить от него так много, а он просто не подозревал, какую поддержку может ей дать. Его собственная неадекватная реакция пугала его больше, чем все остальное. Ему было легче вообще не общаться с Алекс.

— Что-то не так? — смущенно спросила она. Он как будто не был уверен в том, что ему стоит ложиться в их супружескую постель. Но в комнате для гостей спала Кармен, так что выбора у него не было.

— Я… я не причиню тебе боли, если лягу рядом?

Алекс не смогла сдержать улыбки. Ему явно было очень неуютно, и он чувствовал себя не в своей тарелке в обществе своей жены. В какой-то степени это было трагично, если не считать того, что Алекс из-за этого испытывала чувство печали и раздражения. Он вдруг стал совсем чужим.

— Если только ты мне пяткой по лбу не заедешь, — сказала она, делая вид, что все нормально, хотя они оба понимали, что это не так.

— Я просто подумал, что, если я ночью как-нибудь неловко повернусь… или неосторожно дотронусь до тебя…

Он обращался с ней не как с женщиной, а как с хрустальной вазой, бросаясь от одной крайности к другой. То он делал вид, что ничего не произошло, то словно бы стремился убежать от нее на край земли. Это было более чем неприятно.

— Ты не сделаешь мне больно, Сэм, — тихо сказала Алекс, пытаясь вселить в него уверенность. Он скользнул в кровать, но так, как будто рядом с ним лежала не его жена, а противотанковая мина, которую он боялся случайно снять с предохранителя. Алекс почувствовала себя парией.

— Как ты себя чувствуешь? — нервным голосом спросил он, прежде чем погасить свет. — Хочешь чего-нибудь?

— Нет, спасибо, все хорошо. — Алекс так мечтала спать рядом с Сэмом, что ей действительно было почти хорошо. Однако ему этого явно не хотелось. В конце концов он уснул — почти на краю кровати — под пристальным взглядом Алекс.

Отрезанная грудь словно разлучила их, сделав чужими друг другу. И как только Сэм провалился в сон, Алекс заплакала от тоски по своему мужу.

В субботу он проснулся раньше Алекс, и к тому моменту, когда она встала и снова переоделась в халат, Сэм и Аннабел были уже одеты и обсуждали предстоящую прогулку в Центральный парк. Сэм купил дочке нового воздушного змея, которого они сегодня собирались запустить.

— Хочешь пойти? — с сомнением спросил Сэм, но Алекс покачала головой. Она все еще очень легко уставала и решила, что подождет их дома.

— Я побуду здесь. А когда вы вернетесь, мы с Аннабел займемся печеньем, — ответила она. Ей хотелось показать, что она по-прежнему остается хозяйкой.

— Ура! — завопила Аннабел. Ее вполне устраивали оба плана — и воздушный змей, и печенье. Через полчаса они ушли. Аннабел была в превосходном настроении, а Сэм почти не разговаривал с Алекс — как будто то, что она вернулась, очень раздражало его. Даже когда она была в больнице, ему было легче с ней общаться. Алекс это очень сильно нервировало.

Когда они вернулись, их уже ждал ленч — приготовленные Алекс суп и сандвичи. Она убедила Кармен в том, что не нуждается в ее услугах, и та ушла домой на несколько часов, но обещала вернуться к вечеру. Ей хотелось помочь Алекс.

Аннабел принялась восторженно рассказывать о том, как высоко они запустили змея около пруда, где плавали модели кораблей. Змей зацепился за дерево, и папе пришлось лезть на самый верх, чтобы забрать его.

— Ну конечно, не на самый верх, — смущенно сказал Сэм.

Они неплохо провели время и купили каштаны.

За время их отсутствия Алекс причесалась и надела водолазку и джинсы, так что последствия операции были почти незаметны. Свитер был очень свободным, и оставшаяся грудь едва была видна. Но Аннабел, которая после ленча уселась к матери на колени и прижалась к ней, заметила, что что-то не так.