Воспоминания - Стил Даниэла - Страница 121

По утрам Сирина приносила ему кофе и печенье, он по ночам делал ей продолжительные чувственные массажи. Они беседовали чуть ли не до рассвета. Сирина с интересом наблюдала за его друзьями, напоминавшими ей команду шалопаев-бездельников, и думала, что со временем среди них, может быть, отыщутся несколько стоящих людей.

Впрочем, она не сказала бы, что ей не нравился образ его жизни. Василий располагал огромной студией, все в ней было продумано до мелочей, и работа велась весьма эффективно. Его дом был просто восхитителен, а сам он обладал умом, был наделен талантом, нежностью, чувством юмора и вкусом. Он сочетал в себе многое из того, чем может обладать мужчина. В то же время Сирина понимала, что слишком мало знает его. Но все ее сомнения подавляла его всепоглощающая любовь и их взаимная страсть. Бесконечно долгие часы проводили они, предаваясь утехам любви, снова и снова он просил ее выйти за него замуж. И несмотря на то что внутренне Сирина чувствовала необходимость немного повременить, в действительности ей не хотелось этого. Наоборот, ей хотелось все время находиться рядом с Василием, каждый час, каждое мгновение. Все время их видели вместе. Сирина не представляла без него жизни, а Василий настаивал, чтобы они сыграли свадьбу до рождественских праздников. Изредка Сирину мучили колебания и сомнения по поводу скоропалительного замужества, она боялась огорчить Ванессу, но Василий умел успокоить ее.

– Не хочу ждать. Не понимаю для чего? Хочу, чтобы мы с тобой жили вместе. Вместе проводили время, вместе работали, вместе отдыхали с нашими друзьями. – Он с нежностью посмотрел на нее. – У нас мог бы быть ребенок, Сирина. Мне тридцать девять, поэтому я так и спешу, чтобы ты стала моей навсегда.

– Позволь мне как следует все обдумать, когда я вернусь домой. Мне нужно рассказать об этом Ванессе.

– Ты хочешь выйти за меня замуж?

Внезапно он как-то сник, Сирина нагнулась и поцеловала его в губы.

– Конечно. Но мне не хочется пугать Ванессу поспешными действиями.

К тому же существовал еще Тэдди, которому также предстояло все объяснить… Но Василий был настойчив и убедителен:

– Когда чувствуешь, что поступаешь правильно, нужно ловить момент.

Почти то же самое девять лет назад говорил Брэд…

– Я все улажу. – Голос Сирины прозвучал тихо.

– Когда?

Он настаивал, и от этого она готова была сойти с ума. Сирина буквально разрывалась между здравым смыслом и страстью.

– Как только вернусь домой.

Когда она сошла с самолета в аэропорту Нью-Йорка, то сразу же увидела поджидавшего ее Тэдди. Он выглядел странно серьезным, и Сирина почти тотчас же заметила печаль в его глазах. Он, как обычно, поцеловал ее, подхватил чемоданы, уложил их в багажник и сел в машину. Прежде чем завести мотор, он повернулся и спросил:

– Почему ты не сказала мне, зачем летала туда?

Чувство вины ножом полоснуло Сирину по сердцу. Он уже знал.

– Тэдди… Я поехала туда сниматься, но съемки отменили.

– Но заодно ты поехала встретиться с мужчиной, не так ли? – Его глаза впились в нее раненым взглядом. Она кивнула. – Почему ты ничего мне не сказала?

Она глубоко вздохнула и покачала головой:

– Извини, Тэдди. Не знаю. Я сама не представляла, какой оборот примут наши отношения. Собиралась рассказать тебе после возвращения.

– И? – Тэдди мучительно страдал от того, что она ничего ему не сказала. Он наткнулся на маленькую публикацию в газете. В ней упоминалось имя Василия Арбаса, а рядом имя Сирины.

Сирина глубоко вздохнула, затем посмотрела ему в глаза.

– Я собираюсь выйти замуж.

Она не понимала почему, но у нее возникло такое чувство, будто она должна защищать себя перед ним.

– Уже? – Тэдди оторопел. – За Василия Арбаса?

– Да. – Сирина улыбнулась. – Я очень сильно люблю его. Он великолепный, блестящий, замечательный, талантливый человек, но немного сумасшедший.

– Да, я слышал. – Тэдди остановил машину и внимательно посмотрел на Сирину. – Сирина, ты понимаешь, что, черт тебя подери, ты делаешь?

– Да. – Но в ней продолжали еще трепетать отголоски сомнений и страха. Все произошло слишком быстро.

– Сколько времени ты его знаешь?

– Достаточно долго.

– Сирина, поступай как знаешь, живи с ним, отправляйся в Лондон, но, прошу, не выходи за него замуж. Не торопись… я слышал много странных вещей об этом парне.

– Это не честно, Тэдди. Это так не похоже на тебя. – Она расстроилась. Ей хотелось, чтобы Тэдди одобрил ее.

– Я говорю это вовсе не потому, что ревную, я говорю потому, что люблю тебя. Я слышал, что… что он убил свою последнюю жену.

Тэдди сидел бледный, охваченный ужасом, глаза Сирины вспыхнули огнем.

– Как ты можешь говорить подобные вещи! Она умерла от передозировки!

– От передозировки чего? – Голос его теперь звучал на редкость спокойно.

– Откуда мне, черт возьми, знать?

– От передозировки героина.

– Значит, она была наркоманкой. Ну и что? В чем же его вина, он же ее не убивал!

– О Господи, Сирина… пожалуйста, будь благоразумной, опомнись, ты так много ставишь на эту карту; ты, Ванесса. – И, проклятие, он думал и о себе, выдвигая свои возражения, он по-прежнему любил ее. – Почему бы тебе не подождать немного?

– Я отлично знаю, что делаю. Ты мне не веришь?

– Верю. – Голос его прозвучал очень тихо. – Но совсем не уверен, что верю ему.

Сирина покачала головой:

– Ты ошибаешься, Тэдди, он очень хороший человек.

– Откуда ты знаешь?

– Я это чувствую. – Она спокойно посмотрела на Тэдди. – И он любит меня. Мы занимаемся одним делом. Тэдди… – Голос ее стал очень нежным. – Все в порядке.

– Как скоро?

– Сразу же, как только смогу.

– А как Ванесса?

– Я поговорю с ней. – Сирина пристально всмотрелась в его лицо, в лицо брата ее мужа, самого близкого друга на протяжении многих лет. – Ты будешь навещать нас?

– Всегда, когда ты мне позволишь.

– Мы всегда будем рады тебе. Ты мой единственный родственник. Не хотелось бы, чтобы что-то изменилось.

– Не изменится.

Стараясь прийти в себя от потрясения, Тэдди молча въехал в город. Впервые за долгое время Тэдди хотелось сказать, как сильно он ее любит. Ему хотелось остановить ее сумасшествие, защитить ее.