Воспоминания - Стил Даниэла - Страница 125

– Да. Андреас на три года старше меня, но намного серьезнее. – Василий добавил с удивлением: – У него четверо детей и толстая жена, он живет в Афинах и занимается семейным бизнесом. Я всегда предпочитал жизнь вблизи моих английских родственников. Андреас в душе чистокровный грек.

– С нетерпением жду встречи с ним.

– Уверен, и он с нетерпением ждет встречи с тобой.

В это было нетрудно поверить, когда они втроем на следующей неделе сошли с борта самолета. Андреас встречал их в афинском аэропорту с огромным букетом роз для Сирины, куклой и огромной коробкой шоколадок для Ванессы. Его дети в честь приезда Ванессы устроили дома небольшой вечер. Самому младшему ребенку Андреаса исполнилось пятнадцать, а старшему двадцать один, но все они с восторгом встретили приемную дочь Василия. До этого Василий никогда не женился на женщинах с детьми, и всех его родственников заинтриговала его жена с золотистыми волосами. Она оказалась настолько красива и грациозна, что даже Андреас был тронут до глубины души. Он тоже понравился Сирине. Андреас производил впечатление доброго, думающего и гораздо более серьезного, нежели Василий, человека. Хотя Василий и отзывался о нем как о негибком и упрямом, он вовсе не походил на такого. Андреас был цельным и ответственным человеком в отличие от Василия с его причудливым характером. Андреас был без ума от новой племянницы, которую он водил по Афинам с самым серьезным видом, показывая ей достопримечательности, которые, как он полагал, могли бы ей понравиться. Его собственные дети уходили в школу, а Василий и Сирина исчезали, отправляясь по своим делам. У Василия имелись тысячи всевозможных мест, которые он хотел показать Сирине. Ванесса была счастлива с Андре-асом. Он понравился ей даже больше приемного отца, который все еще казался ей несколько странным и был виновен в том, что слишком часто лишал ее общества матери. А Андреас напоминал ей Тэдди. Ванесса считала его красивее Василия. А когда она четыре раза подряд обыграла Андреаса в шахматы, то потеряла голову от счастья и влюбилась впервые в жизни.

Более недели они пробыли в Афинах, и, когда пришло время возвращаться обратно в Лондон, Ванесса ужасно расстроилась. Ей хотелось вечно играть в шахматы с Андреасом, которого она полюбила всей душой, но оба – и Василий, и Сирина – заявили, что им пора возвращаться к работе. Василия в Лондоне ждало несколько заказов, а Сирина уже договорилась с одним из агентств, куда ей предстояло зайти и показать свой альбом. В течение нескольких последующих недель вся семья была занята: Василий и Сирина работой, Ванесса учебой в школе – казалось, все катилось по рельсам нормальной семейной жизни.

Однажды Сирина ждала возвращения Василия из студии, но он не появлялся. Они уже на два часа опаздывали на прием. Сирина сидела в прекрасном золотистом платье, которое накануне получила из Парижа. Звонки в студию результата не дали. Она надеялась, что не случилось ничего серьезного, но когда появился Василий, она была шокирована. Он был грязным и взлохмаченным. Волосы растрепаны, под глазами темные круги, рубаха заляпана пятнами, ширинка на брюках расстегнута, он приближался к ней быстрой неровной походкой, словно включил не ту скорость.

– Василий?

Он выглядел так, словно его ограбили. Сирина видела, как утром он уходил в студию: та же синяя рубаха, песочного цвета брюки, твидовый жакет, который он купил совсем недавно. Теперь жакет исчез.

– С тобой все в порядке?

– Отлично. Через минуту переоденусь, – ответил он вполне нормальным голосом, но вид у него был ужасный. Встревожившись, Сирина пошла следом за ним наверх. Он оглянулся и пристально посмотрел на нее, Сирина заметила, что его покачивало.

– Зачем, черт подери, ты идешь за мной?

– Ты пьян? – Сирина смотрела ему в глаза, но при этих словах он откинул голову назад и рассмеялся.

– Я пьян?! Я пьян?! – повторял он снова и снова.

– Ты что, сошел с ума?

Сирина поняла, что он вовсе не пьян. Она пошла следом за ним в спальню, надеясь, что Ванесса не слышала их разговора.

– Василий, мы не можем идти… Ты не в состоянии.

Приблизившись к нему, она увидела, что глаза его стали сумасшедшими, губы двигались совершенно необычно, когда он повторял за ней все ее слова.

– Я не пойду, – заявила Сирина. В ее голосе прозвучала испуганная отчаянная нотка. Ей стало страшно. Сейчас она видела перед собой совершенно незнакомого, чужого человека.

– В чем дело? Ты стесняешься меня? – Он воинственно приблизился к ней. Сирина испуганно попятилась назад. – Думаешь, я тебя ударю? – Она не отвечала, но сильно побледнела. – Нет, черт тебя подери, ты ничтожная пыль у моих ног.

Сирину потрясли его слова, она повернулась и быстро вышла из комнаты. Спустя несколько минут он нашел ее в комнате Ванессы, где она извинялась перед дочерью за отмену поездки.

– Василий неважно себя чувствует, – спокойно проговорила Сирина.

– Неужели?! – раздался рев из-за двери. – Он чувствует себя отлично. Твоя мать лжет, Ванесса.

Дверь распахнулась. Василий слегка покачивался, глаза сумасшедше поблескивали.

Сирина поспешно бросилась к нему и осторожно стала выталкивать в коридор.

– Пожалуйста, давай поднимемся наверх.

– С какой стати? Я хочу поговорить с Ванессой. Привет, крошка, как прошел твой день?

Ванесса молчала, глаза ее округлились и стали огромными. Василий повернулся к Сирине, все еще стоя в дверях.

– Что ты сделала? Сказала ей, что я пьян? – грубо бросил он ей в лицо.

Сирина, оторопев, заморгала.

– Разве нет?

– Нет, глупая ты задница, я не пьян!

– Василий, – закричала Сирина, – убирайся из комнаты Ванессы!

– Боишься, что я сделаю то, что заставит тебя ревновать?

– Василий! – То был рык матери-львицы.

Василий повернулся и вышел из комнаты. Затем спустился на кухню, взял морозильный контейнер и вернулся в спальню крадучись, словно зверь.

– Хочешь потрахаться? – Он посмотрел на Сирину через плечо, затем открыл контейнер и достал оттуда тарелку с холодной картошкой. Вопрос был скорее риторическим.

Сирине хотелось встряхнуть его, привести в чувство.