Воспоминания - Стил Даниэла - Страница 168

– Нет, мой дядя женился только в прошлом году. Пока я росла, мы жили с ним вдвоем.

– Ты не возражала?

Он явно интересовался, и она пожала плечами, раздумывая над собственным поведением.

– Не думаю. Тэдди был для меня как мать и как отец, соединенные в одном лице. Я скучала по маме, но это было совершенно другое.

Андреас заметил очень нежно:

– Шарлотта всегда очень интересовалась тобой. Ребенком она очень много говорила о своей американской сестре, бывало, играла с тобой в разные игры, рисуя тебя в воображении, а однажды даже написала тебе письмо. Оно до сих пор где-то хранится у меня. Мне очень хотелось знать, вернешься ли ты когда-нибудь сюда.

– Разве я была здесь раньше?

Ванесса на мгновение замерла от удивления, а он кивнул:

– Несколько раз с Василием и мамой. Мы с тобой, бывало, играли в шахматы, ты и я…

Голос его медленно затихал, словно уплывая вдаль, чтобы она смогла увидеть то далекое. Ванесса закрыла глаза и начала вспоминать. Она видела его, его жену и его детей… Когда Ванесса открыла глаза, в них стояли слезы.

– Я помню.

– Ты тогда была прекрасной маленькой девочкой. – Его лицо затуманилось. – Помню, когда родилась Шарлотта, я приехал в Лондон. – Он покачал головой и пристально посмотрел на Ванессу. – Ты пережила жуткий кошмар. Твоей матери не следовало выходить замуж за Василия.

Ванесса кивнула, соглашаясь с его словами, раздумывая о том, какими странными оказались их жизни, как они переплелись, разошлись в стороны, а теперь вновь сошлись вместе.

– А ты сама? – Андреас смотрел на нее, и глаза его сияли теплым светом. – Пока еще не вышла замуж?

– Нет… – Буквально на мгновение она отрешилась от всего, затем улыбнулась.

– Такая красивая девушка, как ты? Напрасно. – Он погрозил ей пальцем, и она рассмеялась.

А затем задала еще один вопрос:

– Она похожа на меня?

Андреас внимательно посмотрел на Ванессу и затем покачал головой:

– Не совсем. Есть определенное сходство – в походке, в фигуре. Но не в глазах, не в лице, не в цвете волос. – Он пристально посмотрел на Ванессу, и она почувствовала, как его глаза пронзили ее насквозь. – Ты хочешь увидеть ее, Ванесса?

Когда их глаза встретились, она была с ним предельно откровенна:

– Не знаю. Не уверена. Я хочу, но… что потом? Что это даст нам обеим?

– Возможно, ничего. Возможно, вы встретитесь как два совершенно чужих человека и точно так же разойдетесь. А может быть, вы встретитесь как сестры. Или же вы подружитесь. Очень трудно сказать. – Затем он добавил нерешительно: – Ванесса, ты должна знать, она очень похожа на твою мать. Если ты помнишь свою мать, то, увидев Шарлоту, ты можешь расстроиться.

Эта мысль показалась Ванессе странной: с какой стати девушке, которой она никогда в глаза не видела, быть похожей на ее мать? Сама мысль, что у нее есть сестра, вдруг показалась чем-то гораздо большим, чем Ванесса могла понять. Сидя рядом с Андреасом, она внезапно почувствовала усталость. Он внимательно следил за чувствами, отражавшимися на ее лице, и вновь взял ее за руку.

– У тебя есть время подумать над этим. Шарлотта уехала на две недели. В круиз, с несколькими друзьями. – Он вдруг застенчиво посмотрел на нее. – Ей, конечно же, полагается быть в школе, но она меня уговорила. Мои дети говорят, что я ее избаловал и испортил, но она такая хорошая девочка!

Ванесса задумалась.

– Когда она вернется?

– Через две недели, если считать с сегодняшнего дня. Она уехала вчера вечером.

Ванесса с отчаянием задумалась. Если бы она не бездельничала в Риме, то могла бы приехать в Афины на день раньше, и тогда все было бы уже кончено, а она уехала бы обратно в Америку, напичканная новыми впечатлениями и удовлетворенная исполненным долгом. Теперь придется ждать еще четырнадцать дней.

– Думаю, я могла бы куда-нибудь съездить и вернуться обратно…

Она раздумывала над ситуацией, а Андреас внимательно смотрел на нее. На его лице проступило нечто невыразимо печальное.

– Разве тебе не хотелось бы побыть здесь, в Афинах? – Он улыбнулся Ванессе улыбкой радушного хозяина. – Ты могла бы переехать ко мне, если отель представляет проблему.

Ванесса улыбнулась и покачала головой:

– Вы очень добры, но дело не в этом. Просто не знаю, чем заняться, сидя здесь две недели. Думаю, я могла бы съездить в Париж.

Но на самом деле ей этого не хотелось. Ей хотелось взглянуть на Шарлотту и сразу же поехать домой. Так она решила для себя, но ждать две недели?

– Почему бы тебе не попробовать подождать здесь? – Андреас слегка наклонил голову. – Я сделаю все возможное, чтобы развлечь тебя.

– Нет, что вы, я не могу так мешать вам…

Он решительно перебил ее:

– Почему бы и нет? Ты ждала этого момента шестнадцать лет. Разве я не помогу тебе переждать эти ничтожные две недели? Разве я не помогу тебе пройти сквозь страхи, справиться с предчувствиями, составить компанию, чтобы просто поговорить?

Когда он говорил ей эти слова, Ванессе хотелось разрешить ему вечно заботиться о себе. В нем было что-то необыкновенное, умение отдавать все, что мог, так, что возникало ощущение, будто он делится частью собственной души.

– У вас, должно быть, есть более важные дела, требующие внимания.

– Нет. – Андреас очень странно посмотрел на нее. – То, что делаешь ты, гораздо важнее всего, чем я занимался, когда ты приехала. Кроме того, – проговорил он, слегка пожимая плечами, – октябрь в Афинах довольно пассивный период. – Затем он рассмеялся своим чуть хрипловатым смехом. – Впрочем, Афины круглый год не отличаются торопливостью. – В очередной раз улыбнувшись, он поинтересовался: – А чем ты занимаешься в Нью-Йорке, Ванесса? Твой дядя врач, как я понимаю.

– И он, и его жена. Я менее респектабельна, нежели они. – Она улыбнулась, глядя на Андреаса. – Я фотограф.

– Ты? – Он приятно удивился. – И хороший?

– Иногда.

– В таком случае нам нужно обязательно поснимать вместе. Мне тоже нравится фотография.

Они начали говорить о недавней фотовыставке, которая состоялась в Нью-Йорке, а потом в Афинах, и, по мере того как пролетало время, они начали болтать, как давние закадычные друзья. В десять часов они вспомнили, что ничего не ели. Андреас настоял на том, чтобы пригласить Ванессу в ближайший ресторанчик, оказавшийся прекраснейшим местом с великолепной кухней. Когда к часу ночи он отвез ее обратно в отель, Ванесса чувствовала себя утомленной, но счастливой и совершенно иной девушкой, нежели та, что приехала в Афины. Она сказала об этом Андреасу. Он молча обнял ее и расцеловал в обе щеки.