Воспоминания - Стил Даниэла - Страница 177

Глава 57

Отъезд получился кратким и мучительно болезненным. Шарлотта, стиснув зубы, крепко обняла Андреаса, затем отошла на шаг и, не спуская с него глаз, сказала:

– Я люблю тебя, Андреас.

– Я тоже люблю тебя, – сказал он и быстро добавил: – До свидания.

С Ванессой проводы были чуть продолжительнее. Андреас крепко привлек ее к себе, ощутив на мгновение тепло ее тела, прильнувшего к нему, затем отстранился.

– Возьми с собой все, чему ты научилась, и хорошенько распорядись всем этим, дорогая. Дарю тебе два подарка – свое сердце и свое мужество.

Андреас произнес эти слова так тихо, что, кроме Ванессы, никто ничего не расслышал. Отходя, он вложил Ванессе в руку маленькую коробочку. Его глаза молили, чтобы она взяла ее. Затем объявили посадку, началась суета, Андреас ушел, а Ванесса с Чарли заплакали. По трапу они поднимались, поддерживая друг друга, и лишь когда самолет оторвался от земли и набрал высоту, к ним вернулось желание поговорить.

Чарли быстро успокоилась. Ванесса посмотрела на нее и подумала, что она выглядит просто великолепно. Она была самой красивой девушкой из всех, виденных ею. Ванесса заметила, когда они шли по салону и садились на места, как мужчины поворачивались и провожали Чарли взглядами. Удивительное сочетание нежной кожи цвета слоновой кости, изумрудных глаз и черных как смоль волос производило ослепительный эффект.

Лишь через некоторое время открыла Ванесса коробочку, подаренную Андреасом. На руку ей упала тонкая золотая цепочка, на которой сверкал поразительно красивый бриллиант, вставленный в оправу, удивительно напоминавшую звезду. Ванесса повесила кулон на шею. Она поняла значение этого подарка Андреаса: это их падающая звезда. Ванесса нежно прикоснулась пальцами к камню и почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Они знали друг друга всего лишь шесть недель, а казалось, будто всю жизнь.

Через полтора часа самолет приземлился в Лондоне, где предстояло сделать пересадку. Выяснилось, что до вылета нью-йоркского рейса оставалось еще два часа.

– Хочешь перекусить? – спросила Ванесса и посмотрела на сестру.

Они зарегистрировались на рейс. Шарлотта пребывала в радостном возбуждении – она расстроилась, когда покидала Афины, но теперь у нее в глазах вновь вспыхнули радостные искорки. В самолете она познакомилась с двумя парнями и одной девушкой из Англии примерно ее возраста и проговорила с ними почти всю дорогу. Они возвращались в Лондон, а она объяснила им, что летит в Нью-Йорк. Ванесса поражалась, как легко и просто держалась ее сестра, как свободно она знакомилась и разговаривала с людьми. У нее не возникало сложностей, как у Ванессы, она не испытывала опасений, что кто-то может ее обидеть или отвергнуть. Шарлотта привыкла быть любимой и излучала радость, всюду, где бы ни появлялась.

Держась за руки, они вошли в кафе и сели за столик. Чарли заказала гамбургер, а Ванесса только чай.

– Неужели тебе не хочется есть? – с удивлением спросила Чарли, заметив, что Ванесса внезапно разволновалась. – Что-то не так?

– Не знаю… – Все в Ванессе напряглось. – Наверное, это перелет так на меня подействовал.

И только она это произнесла, как в памяти всплыли воспоминания: то давнее время, когда она находилась здесь с матерью… с матерью и Василием. Когда они улетали в Афины… когда в последний раз они улетали в Нью-Йорк. Дрожа всем телом, Ванесса заглянула в глаза Чарли, она вспомнила все, даже ту страшную сцену в лондонском госпитале, когда она позвонила Тэдди, чтобы он приехал спасти жизнь ее матери.

– О чем ты только что думала? – тревожно спросила Чарли, но Ванесса уже медленно улыбнулась.

– О том, что, когда ты родилась…

– Андреас сказал, что тогда мама чуть не умерла.

– Да, – задумчиво проговорила Ванесса, – тогда прилетел дядя Тэдди, и, чтобы спасти тебя, пришлось делать кесарево сечение.

Чарли кивнула.

– А где был отец?

Отсутствующим тоном Ванесса ответила:

– Не знаю. Он тогда пропал. – Она глубоко вздохнула. – В те дни он ужасно обращался с мамой… с нашей мамой, – поправилась она, и Чарли кивнула.

– Он, бывало, пугал меня. Через некоторое время Андреас запретил ему видеться со мной, – сказала Шарлотта.

Ей было пять лет, когда Василий вышел из клиники, и четырнадцать, когда он умер. Однако за все эти годы она видела его четыре или пять раз. Они больше ничего не сказали о Василии. Ванесса сидела, погруженная в свои мысли.

– А как было тогда, когда ты была маленькой? – спросила Чарли, устремив свои огромные глаза на сестру.

Ванесса улыбнулась.

– Все зависит от того, когда, в какое время. Что-то было замечательным… а что-то нет.

Теперь Ванесса смотрела на свое прошлое совсем иначе. После встречи с Андреасом все воспринималось совершенно по-другому. Ничто теперь не казалось таким трагическим, как прежде.

– Ты помнишь своего отца? – Чарли до безумия интересовало буквально все, что касалось сестры.

Ванесса покачала головой:

– Не совсем. В основном по фотографиям. Единственный, кого я помню с самого детства, – это дядя Тэдди.

Теперь она помнила и Василия. Даже странно, но она помнила его очень отчетливо. Он казался ей чудовищем, только теперь он уже не пугал ее так, как прежде. Когда она вспоминала о нем, в груди вспыхивала злость и скорбь из-за того, что он натворил. Но она также вспоминала и Андреаса, и ту любовь, которую они с ним испытывали друг к другу. Отныне Василий стал лишь одним из многих мужчин, он больше не олицетворял для нее всех мужчин мира. Как только она подумала об этом, в голове промелькнула неожиданная мысль. Ванесса посмотрела на Чарли, затем бросила взгляд на часы.

– Опаздываем? – Шарлотте хотелось еще молочного коктейля.

– Ты продолжай, а мне нужно позвонить.

– Кому?

В шестнадцатилетних глазах светилось неистощимое любопытство, и Ванесса рассмеялась.

– Одному другу в Нью-Йорк.

– Отсюда? Да это же дорого! – Перед отъездом Андреас прочитал ей нотацию, чтобы она не вела себя экстравагантно в Нью-Йорке. – Почему бы тебе не позвонить ему уже оттуда?

– Потому что я хочу, чтобы он встретил нас в аэропорту, мисс Любопытный Нос, вот почему.