Вторая попытка - Стил Даниэла - Страница 53

— Все было замечательно, — быстро ответила Фиона, поворачиваясь к нему спиной, чтобы ответить на чей-то вопрос. Потом она весь день старательно избегала Эдриена с его вопросами. Всякий раз, когда он заходил в кабинет, Фиона делала вид, что обсуждает что-то важное по телефону. Она не могла сейчас говорить о Джоне ни с кем. Даже с Эдриеном. Фиона была в отчаянии.

Ей понадобился месяц, чтобы принять еще одно важное для себя решение. За этот месяц она окончательно убедилась, что не справляется» не только со своей жизнью, но и с работой.

В редакции происходило все больше неожиданных срывов. Четко отлаженный когда-то механизм давал сбои без ее внимательного и жесткого руководства. Фиона держалась из последних сил, каждый рабочий день стоил ей неимоверных усилий. Теперь у нее не было даже сэра Уинстона, храпевшего рядом по ночам. Она была одна, совсем одна. И веселая, сумасшедшая жизнь, полная интересных встреч и всяческих милых происшествий, больше не привлекала Фиону Монаган. Она с трудом заставляла себя вставать по утрам и отправляться на работу, но еще тяжелее было возвращаться в пустой дом.

Первого октября Фиона написала заявление об увольнении из журнала «Шик», поняв, что уже давно пора было это сделать. Она уведомила владельцев журнала за месяц — не слишком большой срок для поисков первого лица такого крупного издания. В письме к владельцам журнала Фиона порекомендовала на свое место Эдриена. Она подчеркнула, что хочет уйти с работы из-за личных проблем, в том числе со здоровьем, и пожить год-два за границей. Это было почти правдой. Фиона продолжала пребывать в такой глубокой депрессии, что не могла больше работать. Она решила сдать свой дом и уехать на несколько месяцев в Париж. Если удастся справиться с собой, возможно, начнет писать книгу, благо материалов у нее набралось достаточно.

Эдриен ворвался вихрем в ее кабинет через минуту после того, как узнал об ее уходе.

— Почему ты ничего не сказала мне?! — накинулся он на Фиону. — Что ты, черт побери, наделала!

— Я должна была это сделать, — спокойно ответила Фиона. — Я больше не справляюсь со своей работой. Я бы все равно ее потеряла. Работа перестала что-то значить для меня. Так же как знакомые, вечеринки, мой внешний вид или одежда. Мне все равно — даже если я никогда в жизни не увижу больше ни одного показа от кутюр. Надеюсь, так оно и будет.

— Но ты могла бы по крайней мере сказать мне! — не унимался Эдриен. — Мы бы поговорили с тобой об этом. Ты могла бы взять отпуск на полгода.

Но оба знали, что в их работе такое недопустимо. Фиона не могла оставить журнал без руководства. Даже когда ей случалось уехать на неделю и она оставляла вместо себя замену, за это короткое время в журнале все шло кувырком. Через два дня Эдриен узнал, что Фиона порекомендовала его на свое место. Это была разумная рекомендация, и владельцы журнала приняли правильное решение. Через две недели после отставки Фионы Эдриен был официально назначен главным редактором журнала «Шик». А еще через неделю, когда Фиона передала Эдриену дела, ей сказали, что она может быть свободна. Время, как всегда, летело быстро.

Фиона спокойно покинула свой кабинет, но в глазах ее стояли слезы, когда она шла по коридорам редакции, неся в руках коробку с книгами и цветок в горшке, который подарил ей когда-то ее бывший руководитель и наставник.

Эдриен взял у нее коробку и тоже не удержался от слез. Оба хорошо знали, что ушедших сотрудников забывают очень быстро. Конечно, Фиона Монаган очень много сделала для журнала и очень многому научила его, Эдриена. Сотрудники хотели устроить прощальную вечеринку, но Фиона попросила их не делать этого. Она была явно не настроена на какие бы то ни было вечеринки.

Эдриен усадил Фиону в такси и передал ей коробку.

— Я люблю тебя, спасибо за все, — тихо произнесла Фиона.

— Ты — лучший друг из всех, кого я знал, — в глазах Эдриена стояли слезы.

— Ты тоже, Эдриен. Ну что ж, увидимся завтра.

Эдриен обещал прийти к ней на следующий день помочь собрать вещи. Фиона уже сдала свой дом на время в аренду и собиралась отправить всю мебель на специальный склад. Она почти ничего не брала с собой в Париж. В отеле «Ритц» ей как постоянной клиентке предоставили скидку, и Фиона сняла небольшой номер на несколько недель, пока она не подыщет себе квартиру. Благодаря разумному размещению своих сбережений финансовые дела Фионы были в полном порядке. Она вполне могла позволить себе не думать о работе. Фиона собиралась снять в Париже квартиру и пожить спокойно и уединенно. Потом, если она будет в состоянии, то сядет писать книгу, о которой давно мечтала. Может быть, весной… А до этого она будет много спать, долго гулять по Парижу, стараясь вылечиться от нанесенных ей ран. Хорошо, что ей не придется больше видеться с Джоном Андерсоном. Конечно, Фиона будет скучать по журналу. Но вряд ли так сильно, как скучала она по Джону. Что ж, ей придется забыть и журнал, и Джона, сделать их частью своего прошлого. Будущее было туманно и пока не предвещало ничего хорошего. А в настоящем Фиона не замечала вокруг ничего, была только боль, не отпускавшая ее ни днем, ни ночью.

Утром явился Эдриен, и они с Фионой весь день складывали одежду из шкафов в специальные коробки. Фиона удивленно смотрела на некоторые наряды, о которых она давно успела забыть. Надо же, все это было когда-то модно и стоило огромных денег. Теперь же она без сожаления расставалась со всеми этими сокровищами.

— Ты могла бы открыть музей моды, — ворчал Эдриен, бросая очередной раритет в кучу, где лежали вещи, предназначенные для Армии спасения.

— Если бы я сделала все это, когда здесь еще был Джон, для него освободилось бы в два раза больше места в шкафах, — грустно произнесла Фиона, глядя на полупустые шкафы, когда-то ломившиеся от ее нарядов.

Забудь об этом, — посоветовал ей Эдриен. — Дело ведь не только в шкафах. Вы были слишком разными. Джон был женат, а ты никогда не была замужем. У него были дети, у тебя — нет. Его дети возненавидели тебя, его экономка готова была тебя уничтожить, а его собака два раза покусала тебя. А люди, с которыми привыкла общаться ты, сводили с ума Джона.