Выкуп - Стил Даниэла - Страница 92

А теперь он нашел женщину, которую полюбил по-настоящему. Теду он желал того же. И если друг хотел Фернанду и был готов влюбиться в нее, он был рад за него. Сейчас же он лишь надеялся, что ее ребенок останется жив. Ради нее и ради Теда. Потерять ребенка означало бы трагедию, которую она никогда не смогла бы пережить или забыть, как и Тед. Если бы эта операция закончилась неудачей, Тед, вероятнее всего, стал бы во всем винить себя. Но обязанность Рика – и Теда тоже – выручить из беды ребенка не имела никакого отношения к любви. Это была их работа. А все остальное – так, подливка к основному блюду.

– Она из другого мира, – с тревогой в голосе сказал Тед, который еще и сам не был уверен, какие чувства испытывает к ней, но побаивался, что в словах Рика есть доля правды, над которой следует поразмыслить. Он уже не раз думал об этом, хотя ей пока ничего не сказал. – Она вела совсем другую жизнь. Ее муж сделал полмиллиарда долларов. Он был умным парнем, – смиренно произнес Тед, взглянув в полутьме на своего друга. Перед мотелем было много людей, но все они находились за пределами слышимости.

– Это ты умный парень. А его разве можно считать умным? Он потерял все так же быстро, как нажил, и покончил с собой, оставив жену с тремя ребятишками без гроша в кармане, – сказал Рик.

В этом была правда. У Теда на счете в банке в настоящее время было гораздо больше денег, чем у нее. Его будущее было обеспечено, как и будущее его детей. Чтобы добиться этого, он трудился не покладая рук в течение без малого тридцати лет.

– Она училась в Стэнфорде. А я закончил среднюю школу, я коп.

– Ты отличный парень. Ей крупно повезло, – парировал Рик.

Они оба знали, что Тед является как бы раритетом в современном мире. Он был хорошим и порядочным человеком. Рик из любви к своему бывшему напарнику признавался, что Тед как человек лучше, чем он. Тед никогда не рассматривал их человеческие качества в таком аспекте и всегда был готов броситься на защиту Рика. Иногда так и приходилось поступать. Прежде чем уйти из полицейского департамента, Рик многим успел насолить. Уж такой у него был характер. В ФБР он продолжал вести себя так же. Он отличался прямолинейностью и всегда говорил то, что думает. Сейчас он делал то же самое, независимо от того, хочет Тед это слышать или нет. Рик считал это своим долгом. Даже если он расстроит Теда или рассердит.

– Я хочу, чтобы тебе тоже повезло, – ласково сказал он. – Ты этого заслуживаешь.

Не хотел он, чтобы его друг умер когда-нибудь в одиночестве. Оба они прекрасно понимали, что дело идет к этому. И шло уже в течение многих лет.

– Не могу я просто взять и бросить Шерли, – уныло промолвил Тед. Он уже чувствовал себя виноватым, хотя при этом его невероятно сильно влекло к Фернанде.

– Не предпринимай пока ничего. Посмотри, как будут развиваться события после того, как закончится этот кошмар. Возможно, Шерли сама бросит тебя. Она сообразительней, чем ты. Я всегда думал, что если она встретит подходящего парня, то уйдет от тебя первая. Меня удивляет, что она до сих пор этого не сделала, – сказал Рик.

Тед кивнул. Ему это тоже приходило в голову. В некоторых отношениях она была меньше привержена идее сохранения их брака, чем он. Она была просто ленива – и сама признавала это, – хотя тоже любила его. Однако за последнее время она не раз говорила, что не возражала бы против того, чтобы жить одной. Это бы мало что изменило в ее жизни, потому что они так редко видели друг друга, что она все равно как бы жила одна. Он думал так же. Живя с ней, он был одиноким человеком. Им больше не нравились одни и те же вещи или люди. Единственным, что заставляло их жить вместе в течение двадцати восьми лет, были их дети. Но прошло уже несколько лет с тех пор, как они разлетелись из одного гнезда.

– Не обязательно обдумывать это сейчас. Ты сказал что-нибудь Фернанде? – Рика этот вопрос интересовал с тех пор, как они с ней встретились.

У нее с Тедом сразу же сложились простые, доверительные отношения, причем абсолютно невинные, которые предполагали связь между родственными душами, о чем ни он, ни она не догадывались. Это была естественная близость, которая сразу же поразила Рика. Рику, как и Теду, она показалась идеально подходящей для Теда женщиной. Тед это чувствовал, но ни разу не обмолвился об этом. Учитывая обстоятельства, при которых они встретились, он не осмеливался, да и не хотел этого делать. Он и понятия не имел, питает ли она к нему какие-нибудь чувства, кроме тех, которые испытывают к человеку, который выполняет свой служебный долг, пытаясь защитить ее и ее детей. Тем более что, допустив похищение Сэма, он отнюдь не преуспел на этом поприще, по крайней мере в своих собственных глазах.

– Я ничего ей не сказал, – ответил Тед на вопрос Рика. – Сейчас едва ли подходящее время для этого.

Они оба это понимали. И Тед даже не был уверен, что отважится открыться ей, когда этот кошмар закончится. Почему-то это казалось ему неправильным. Как будто он просто пытался воспользоваться своим преимуществом.

– По-моему, ты ей нравишься, – заявил Рик, и Тед усмехнулся.

Они разговаривали, словно двое мальчишек из средней школы или даже из начальной. Как двое подростков, которые во время перемены играют в шарики и обсуждают девчонку из шестого класса. Было большим облегчением поговорить несколько минут о чувствах Теда к Фернанде, вместо того чтобы обсуждать спасение Сэма, жизнь которого висела на волоске. И Рику, и Теду нужна была такая разрядка.

– Мне она тоже нравится, – тихо сказал Тед, вспоминая о том, как она выглядела, когда они часами разговаривали, сидя в темноте, или как она заснула рядом с ним на полу в ожидании новостей о Сэме. У него тогда буквально растаяло сердце.

– В таком случае действуй, – шепнул Рик. – Жизнь коротка.

Это они оба знали и за долгие годы службы имели тому множество подтверждений.

– Что правда, то правда, – вздохнул Тед и отодвинулся от дерева, на ствол которого опирался во время беседы.

Разговор был интересный, но их ждали более важные дела. Им обоим было полезно временно переключить мысли на что-нибудь другое, особенно Теду. Он любил слушать, что думает Рик по тому или иному поводу. Он испытывал к нему безграничное уважение.